Страница 59 из 108
Конечно, он не знал, что сказать. Да и что можно сказать взрослой женщине после такого признания?
Я высвободила руку из ладони Рэмси и поднялась.
— Пойду спать…
Он тут же шевельнулся, едва заметно сжал мою ладонь и потянул к себе.
— Шайло.
Мы оказались близко. Так близко, что я чувствовала запах кожи и хвои, въевшийся в него.
Я действовала инстинктивно, сокращая оставшееся расстояние.
И мои губы коснулись его.
Такие чертовски мягкие. Но под моими они оставались неподвижными.
Я резко отстранилась.
— Прости. Я не должна была…
Он заставил меня замолчать своим поцелуем.
На этот раз не было ни неловкости, ни оцепенения. Только мы с Рэмси и восхитительный жар, разгорающийся между нами. Я подалась к нему, отчаянно желая еще этого тепла.
Ладонь Рэмси скользнула мне под волосы, запрокидывая голову. Его язык раздвинул мои губы и коснулся моего.
От нахлынувших ощущений закружилась голова. Жар опустился в живот. По коже разлилось покалывание.
Я растворилась во вкусе Рэмси. Хотела утонуть во всем этом.
Он медленно отстранился, и его глаза пылали.
Я несколько раз моргнула и коснулась пальцами губ.
— Это было…
Уголок рта Рэмси приподнялся.
— Лучше самого лучшего чертова виски, который я когда-либо пробовал.
Я снова моргнула и опустила руку.
— Я не должна была вынуждать тебя…
Рэмси схватил меня за руку и снова притянул ближе.
— Ты ни к чему меня не вынуждала.
— Ты просто меня пожалел. Я практически вынудила тебя поцеловать меня из жалости.
Он громко рассмеялся.
— Шайло, последнее, что я к тебе чувствую, — это жалость.
Рэмси наклонился и прижался лбом к моему.
— А что ты ко мне чувствуешь?
Его пальцы переплелись с моими.
— Не думаю, что в английском языке для этого есть слово. Но это чувство сжигает меня изнутри. И я никогда не хочу его отпускать.