Страница 47 из 256
— Ох, ну да, дело вот в чем.. – замялась мама. Я нетерпеливо вытаращил глаза и ждал, когда она перейдет к сути. – Возможно, я не смогу к вечеру вернуться домой.
Слава тебе господи!
— Как жалко.
— На дорогах просто безумие, и мне даже подумать страшно о том, чтобы ехать в такой толчее.
Гибси просиял.
— Тогда тебе точно лучше переночевать вместе с папой в старом доме, – успокаивающе произнес я. – Ты устала, мам.. слишком устала, чтобы проделать такой путь.
— Одна, в темноте, – уточнил Гибси. – Одинокая женщина.
— Гибс! – предостерег я.
— Слишком опасно, если нужно мое мнение, мамочка Ка, – продолжил Гибси, не обращая на меня внимания. – Ехать ночью через Дублин, в полном одиночестве..
— Она из Баллимуна, осел! – проворчал я. – Она тебя, задницу калчи, размажет одной левой.
— Мальчики! – прикрикнула мама, а потом тяжело вздохнула. – Но я буду дома завтра не позднее обеда, повезу тебя к психологу.. Уверен, что справишься без меня?
— Уверен, – быстро перебил ее я, решив не упоминать о том, что уже не один год прекрасно справляюсь без них обоих. – Все будет отлично. – перегнувшись через ванну, я выключил душ. – Мы тут справимся. – Схватив с вешалки два полотенца, бросил одно Гибсу, а второе сунул под мышку. – Не беспокойся.
— Люблю тебя, милый.
— Да, и я тебя тоже, мама. – пристроив телефон на краю ванны, я накинул полотенце Джоуи на плечи.
— Ой, пока я не забыла..
— Мне пора, мам. Пока-пока! – Нажав отбой, я с облегчением вздохнул и сунул телефон обратно в карман. – Спасибо, Господи.
— Точно, – согласился Гибси, убирая ладонь со рта Джоуи. – Я бы сказал, все чисто, чел.
— Черт, – прошипел Джоуи, стуча зубами. – Ты мамочкин сынок, да?
— Хочешь, чтобы тебе снова пасть заткнули? – прищурился я. – Можно устроить.
— Да пошли вы оба, – пробормотал Джоуи, тяжело дыша. – Не надо делать мне одолжений.
У меня отвалилась челюсть.
— Джоуи, ты что, издеваешься?
— Мне кажется, ты хотел сказать «спасибо вам обоим», – бодро вмешался Гибси. Он бросил на меня многозначительный взгляд и покачал головой, предостерегая. – И конечно, всегда пожалуйста, Джозеф.
Придержав язык и совладав с собой, я отступил назад и наблюдал за тем, как Гибси помогает ему выбраться из ванны.
— Не трогай меня, козлина! – Грубо оттолкнув Гибси, Джоуи покачнулся и повалился на пол. – Не нужна мне твоя помощь!
— Ну, придется потерпеть, раз уж вляпался, – рявкнул я. – Нравится тебе это или нет.
— Ты малость облажался, Джоуи-хёрлингист, – задумчиво произнес Гибси. – Ты ведь в курсе, да?
— Да, я облажался, – насмешливо ответил Джоуи, дрожа всем телом. – А вы явно просто долбанутые оба.
— Это точно, – серьезно подтвердил Гибси.
Громко дыша, Джоуи уронил голову на руки и запустил пальцы в волосы.
— Где мой телефон? – Судорожно выдохнув, он заявил: – Мне нужен телефон, я должен позвонить.. черт!
— У тебя больше нет телефона, приятель.. и бумажника, – спокойно ответил Гибси. – Твоя сестра сказала, что ты его продал вместе с достоинством ради тех чудовищных страданий, которые сейчас испытываешь. – Взяв с вешалки еще одно полотенце, Гибси бросил его на колени Джоуи, прикрывая его. – Вся та гадость, которая из тебя выходит, все, что ты выблевал, обошлось тебе в один бумажник, один телефон и одну душу. Довольно высокая цена, как думаешь? Я очень надеюсь, что оно того стоило. – Он хлопнул Джоуи по плечу. – Ладно, если вы меня извините, я тоже приму душ.
Стянув через голову промокшую рубашку, Гибси кинул ее в корзину для грязного белья у двери и быстро вышел из ванной комнаты.
Я почти ожидал, что Джоуи Линча снова вырвет прямо посреди комнаты, но этого не случилось. Вместо этого он обхватил руками колени и опустил голову:
— Херь.
Потирая ладонью затылок, он принялся раскачиваться взад-вперед, снова и снова бормоча:
— Херь.
— Чего ты наглотался?
Молчание.
— Ладно.
Сев на край ванны, я потер бедро и попробовал другой подход.
— Зачем ты это сделал?
— Не осуждай меня, – тихо сказал он, переводя взгляд на меня. – Не смей меня осуждать..
Крепко зажмурившись, он сжал кулаки и сдавленно взвыл, продолжая дрожать.
— Даже не думай, пока не побываешь на моем месте. Увидишь то, что видел я. Услышишь то, что я слышал.
Я замер неподвижно, как статуя, сопротивляясь порыву потянуться к нему и поддержать.
— Я тебя и не осуждаю, чел.
— Нет? – Измученный взгляд зеленых глаз остановился на мне. – Ты ее видел. Ты видел, что онс ней сделал. И я не.. я не смог.. – Он умолк и снова уронил голову. – Пошло оно все. Какой смысл?
— Ты в этом не виноват, – медленно произнес я, хмуря брови. – Ты должен это знать.
Снова молчание.
— Я не то имел в виду, – повторил я попытку. – Тогда, по телефону. Это моя паника говорила, друг.
Ничего.
То, что он никак не реагировал, породило во мне холодок неуверенности.
— Ты не отвечаешь за действия твоего отца, – повторил я, не позволяя сочувствию к этому парню захлестнуть меня. – Не отвечаешь, поэтому не надо спускать в канаву свою жизнь и свое будущее, думая, что это так.
Глядя на собственные колени, Джоуи прошептал:
— Я не смог защитить ее. – Качая головой, он судорожно вздохнул. – Я не смог защитить никого из них..
— А ты и не должен. – Сердце колотилось у меня в груди. Боже мой..Я словно тонул в его боли. – Ты не должен их защищать. Онидолжны их защищать! Они должны защищать всех нас.Включая тебя.
— Я думал, она умерла, – признался Джоуи так тихо, что его с трудом можно было расслышать. – Сколько там было крови? На полу. На стенах. На моей одежде. Кровь у нее изо рта.. И эти звуки.. она же не могла дышать! Потому что умирала! А потом тишина.. Вообще никаких звуков. – Он прижал ладони к глазам и прошептал: – Я не могу перестать это видеть, а уж поверь мне, я старался!
Боже мой..
Я похолодел до костей; дрожа, я сидел там и слушал его признания.
— Я не смог скинуть его с себя, – тяжело дыша, продолжил Джоуи. – Я знал, что ей нужно помочь.. я знал, на хер, но не мог с ним справиться. Я ничегоне мог сделать! – Качая головой, он безрадостно засмеялся, а по его щекам лились слезы. – А мой брат, мой одиннадцатилетний братишка, заставил его отпустить меня! – Шмыгая носом, он утер его тыльной стороной кисти и всхлипнул. – А онапри этом просто стояла и ничего не делала!
— Твоя мать?
— Кто же еще..
Я мгновение-другое осмыслял все это, прежде чем спросить: