Страница 27 из 256
Отпустив мою руку, Джонни откинулся на спинку стула и прижал ладони ко лбу, словно пытаясь оградить меня от своего гнева. Он не сказал ни слова. Он просто сидел так, глубоко дыша и явно сражаясь с собственными эмоциями.
Его темные волосы торчали в разные стороны, и он явно не брился несколько дней, судя по щетине на подбородке. Однако такой взъерошенный вид был ему к лицу. На Джонни были свободные серые спортивные штаны и синяя толстовка с капюшоном. Больничный браслет, который я видела на нем в прошлый раз, все так же висел на его левой руке, а на полу рядом валялась пара костылей.
— Ты должна была рассказать мне все, – выговорил наконец он. – О том, что с тобой происходит.. – Оторвав руки от лица, он наклонился и снова сжал мою руку. – Я мог бы тебе помочь.
— Ты не мог бы, – выдохнула я. – И я бы не смогла.
— Нет? – Тон Джонни был печальным, глаза тоже. – Почему нет?
— Потому что.. – Мое сердце колотилось о ребра. – Потому что..
— Потому что? – мягко подтолкнул меня Джонни, придвигаясь ближе и опираясь локтями о край постели. – Ты думала, я тебе не поверю? – Он сдвинулся еще немного вперед, прижался подбородком к нашим соединенным рукам. – Но я бы поверил. Всему.
— Потому что он алкоголик, – с трудом произнесла я, внезапно ощутив нехватку кислорода. – А я хотела, чтобы моя семья была в безопасности.
— В безопасности? – продолжал прощупывать Джонни, соблазняя меня мягким тоном, обещанием защиты. – От него?
Я покачала головой; мои глаза расширились от невысказанного страха.
— От социальной системы. – Мое сердце словно подобралось к самому горлу, мешая выложить остальное. – Мы уже в нее попадали. – Болезненно выдохнув, я ухватилась за его руку, слегка успокоенная тем, как Джонни вселял в меня ощущение твердой почвы под ногами. – Не хочу снова туда возвращаться.
— Когда это случилось?
— Когда я была маленькая. – Я с трудом сглотнула, чувствуя жгучую боль. – И это было.. неприятно.
Джонни кивнул, и жаркий интерес в его глазах дал мне понять, что он запомнил мои слова. Все в этом парне выходило за любые рамки. Он был слишком умен, чтобы оскорблять его ложью или полуправдой, так что я и не стала.
Вместо того я стала рассказывать правду.
— Они не хотят, чтобы я с кем-то об этом говорила..
А в особенности с тобой.
— Кто такие «они»?
— Моя мать, – объяснила она, чувствуя себя неуверенно и настороженно. – И Даррен.
Брови Джонни недоуменно приподнялись.
— Даррен – это тот твой брат, который больше не живет в Корке?
Я кивнула:
— Он вернулся.
Брови Джонни буквально взлетели.
— Когда?
— После этого. – Я смущенно показала на себя. – Он говорит, что теперь будет жить дома и что собирается помочь маме с детьми и, ну.. с моим о-отцом. – Мне едва далось последнее слово.
— Он говорит? – Джонни прищурился. Ну да, он слишком догадлив. – Но ты ему не веришь?
— Я вообще не знаю, чему теперь верить. – Я пожала плечами; я слишком устала, чтобы ставить между нами барьеры. – Куча взрослых говорят всякое, болтают вокруг меня и поверх моей головы, а я просто..
— Сыта по горло всем этим дерьмом? – продолжил Джонни, сжав мою руку.
— Да, – кивнула я, благодарная ему за такое резкое истолкование. – Я сыта по горло всем этим дерьмом, Джонни.
— А где сейчас твой отец?
Я дернула плечом:
— Не знаю.
— Что значит – не знаешь? – Тон Джонни был резким, даже злым. – Его не арестовали?
— Он сбежал.. смылся после того, как все случилось, и с тех пор его не видели, – прошептала я, чувствуя панический страх при мысли, что отец где-то неподалеку. – Даррен говорит, что его найдут и арестуют, но Джоуи в этом совсем не уверен. Никто мне ничего не говорит.. ну, кроме Джоуи. Джо думает, что папа, скорее всего, у своих друзей в Уотерфорде, залег на дно, пока пыль не уляжется и мама снова.. – Я удрученно вздохнула и пробормотала: – Снова его не примет.
— Обратно?
Я лишь кивнула.
— Я правда не собиралась говорить об этом с..
— Но это же я, – сказал Джонни, приподнимая пальцем мой подбородок. Заглянув мне в глаза, он добавил: – Ты можешь говорить мне все, ладно?
— Я боюсь, – призналась я, прикусывая нижнюю губу. – И я не хочу возвращаться домой.
— К маме?
Я снова напряженно кивнула.
— Потому что она тебя подвела, – тихо произнес Джонни. – Потому что ты ей не доверяешь.
— Она обещала много раз, но все это было просто так, пустые обещания. – Вздрогнув, я хотела обхватить себя руками, но вместо того крепче ухватилась за его теплую ладонь. – Предполагается, что мы должны ее пожалетьиз-за того, что ей пришлось вытерпеть, потому что она тоже жертва, и я это знаю, правда, но я просто.. Я не могу найти в себе жалости.
Привычный страх и неуверенность, что я всегда испытывала рядом с Джонни, теперь исчезли. Я открылась до мозга костей, я лежала обнаженная перед этим парнем, а он все еще был здесь, все еще смотрел на меня теми же глазами, все еще ждал большего.
— Теперь она получает поддержку, полиция и социальные службы явно уверены в ее способности заботиться о нас.. поэтому они с ней работают. Назначают разные консультации, социальную помощь..
— Но ты не веришь? – спросил Джонни. – Ты не думаешь, что она справится?
— Я знаю, что она никогда не причинит нам вреда, – тихо сказала я. – По крайней мере, намеренно. Она не жестокая, Джонни, и она не грубая. Она просто слабая. Даррен постоянно твердит, что мы должны набраться терпения и дать ей шанс, но я.. Я не могу на это надеяться. – Я схватила его кисть обеими руками и крепко сжала. – Потому что я все это уже видела. Она снова его примет.. я знаю, примет, – и что тогда? Что тогда будет? – Я отчаянно боролась с эмоциями, стряхивая проклятые слезы. – Ничего. Ничего не случится, как всегда, а я так уже от этого устала, Джонни.. – Нервный вздох вырвался сам собой. – Я хочу уехать из этого города, уехать далеко-далеко и никогдане возвращаться.
— А ты можешь им это сказать? Что ты не хочешь возвращаться домой, к ней?
— И куда я денусь? И что будет с моими младшими братьями, если я так поступлю? Они-то хотятжить с мамой.
— Ты уверена?