Страница 234 из 256
78. Летняя любовь
ШАННОН
Милая Шаннон!
Это я – Джонни. Я пишу это и могу снова удивить и впечатлить тебя моим безумным искусством письма. Та-дам! Видишь, я же говорил тебе, что не стоит беспокоиться насчет того удара, что я получил на поле в прошлые выходные. По телевизору выглядело хуже, чем на самом деле, – и я не забыл, как писать буквы, покупать марки и отправлять письма, так что мои мозги по-прежнему работают. Надеюсь, мое письмо найдет тебя в добром здравии. Я молюсь о том, чтобы ты скучала обо мне так же, как я скучаю о тебе. Иначе это было бы нечестно.
Я в тренировочном лагере в Южной Африке, со взрослой командой. И живу в одной комнате с Миком охренеть Фланаганом, детка, – нашим КАПИТАНОМ.. и я чувствую себя глупо, сообщая об этом в письме, потому что мы говорили об этом по телефону всего час назад.
Я скучаю по тебе.
Каждая моя клеточка тоскует по каждой твоей клеточке. Я скучаю по прикосновениям. По тому, как ты спишь рядом со мной. По нашим разговорам. Скучаю по тому, как мы ездили по Баллилагину и ты сидела на пассажирском сиденье. Блин, я почти уверен, что начинаю скучать и по твоим братьям тоже. Вот так время без тебя плохо на меня влияет. И дело не только в сексе, Шан, – хотя мой член тоже по тебе тоскует яростно, до боли.
Как ты себя чувствуешь? По телефону ты всегда говоришь, что все в порядке, но я же слышу печаль в твоем голосе. Не знаю, может, это потому, что я чувствую то же самое. Я теперь понимаю, что не могу нормально справляться с тем, что тебя нет рядом, Шан. Я ночами шарю в этом чертовом Bebo, где Клэр завела тебе аккаунт, и говорю об этом без капли стыда (кстати, я тоже завел там аккаунт, так что отметь меня как твою вторую половину, пожалуйста).. Ох, не стесняйся посылать нюдсы мне в личку. Мне бы не помешало что-то новенькое. Моя память, похоже, никогда не отдает тебе должное.
Здесь есть пляж, примерно в четырех милях от нашего отеля, и каждый раз, когда иду по песку, я думаю о тебе. О том дне, который мы провели на пляже.
Ты всегда в моих мыслях, Шаннон. И в сердце тоже. Ты что-то сделала со мной много месяцев назад. Думаю, ты меня сломала, потому что я с тех пор сам не свой. Когда мы не вместе, как сейчас, я чувствую себя неуверенно, как будто на плечах тяжкий груз, и если я его не уроню, наградой станет то, что я снова увижу твое лицо.
Вот так-то, да.
Я хочу рассказать тебе кое-что в этом письме, кое-что такое, что не мог бы сказать по телефону или в сообщении, потому что вряд ли сумел бы справиться с твоей мгновенной реакцией..
Мне страшно, Шаннон. Я здесь чувствую себя как рыба, выброшенная на берег. Парни в команде? Они все намного старше меня – и намного опытнее. Они настоящие взрослые мужчины, детка, и мне кажется, что я какое-то инородное тело, какой-то придурок-юнец, который выезжает на удаче и которого скоро выгонят.
Я никогда прежде не испытывал ничего подобного. Я не понимаю, что это за херня. Если честно, я выдыхаюсь. Я почти все время в шаге от того, чтобы сдаться и сесть в первый же самолет, который заберет меня домой, к тебе. Я все еще здесь, потому что обещал тебе блистать.. ну или хотя бы вспыхнуть, или что бы ты там ни просила сделать. Тут говорят, что в эту субботу я смогу играть по-настоящему, а не сидеть на скамейке запасных, так что, возможно, я наконец сделаю дело.
Здесь все очень напряженно, Шаннон. Это совсем не похоже на все, что я видел раньше. Молодежный турнир по сравнению со взрослым уровнем – просто цветочки. Там я начинал каждую игру – и никакого давления. Но здесь? Господи, в главной команде я максимум второй сорт, и уже от этого мне хочется сбежать. А я никогда раньше не хотел сбежать, мне такое и в голову не приходило. Я работаю над тем, чтобы обрести уверенность. Сражаться за футболку, которая всегда была моей, – это прямо стремно. Знать, что с полдюжины игроков мирового класса готовы налететь на меня и отнять ее, если споткнусь, – это давление, с которым я пытаюсь справиться. Я постоянно на грани, Шаннон.. Может, я просто тоскую по дому, а может, все преувеличиваю или, может, просто оставил голову в Корке, с тобой?
Но из хорошего – у меня теперь мышцы каменные. И во мне теперь шесть футов и четыре дюйма. Но хватит о моей ерунде; как ты проводишь лето? С Гибси все в порядке? А Джоуи? Шон освоил какие-то новые слова? А Ифа как? Есть от нее вести? И как моя Сьюки? Мальчикам лучше бы не слишком к ней приставать. Ты загорела? Ты улыбаешься? Боже, как я по тебе скучаю..
Я знаю, по телефону ты мне твердишь, что все в порядке, но если ты похожа на меня и тебе трудно все обсуждать по телефону, то, может быть, ты тоже мне напишешь?
А знаешь что? Не думаю, что мое сочинение по английскому на аттестат младшего цикла было таким же длинным, как это письмо. Что это говорит обо мне? Примечание: Надеюсь, что ты не слишком переживаешь за свой аттестат. Знаю, ты всех уделала. Охренеть, я люблю тебя! Я разве еще не написал это? Пофиг, еще раз напишу. Я люблю тебя, Шаннон Линч. Всю тебя. Каждую часть тебя.
Как бы там ни было, у меня заканчивается оборотная сторона листа, значит пора закругляться. Ох, и не могла бы ты попросить маму не звонить мне так много? Я понимаю, она скучает по мне, но это уже выходит за границы разумного.
Всегда твой – Джонни. x
(P. S. Мой член по-прежнему в штанах, и я люблю тебя охрененно сильно.)
Аккуратно сложив письмо Джонни, я спрятала его обратно в конверт, засунула под подушку, к другим, а потом потянулась к коробке с моим именем, которая лежала на кровати.
Держа коробку в руках, я залипла на его аккуратный почерк и тоскливо вздохнула. Наши отношения в последние шесть недель состояли из непрерывного потока сообщений и поздних разговоров по телефону, из писем и посылок, но этого было недостаточно. Даже наполовину. Я чувствовала его тревогу, сочившуюся со страниц, и она ранила мое сердце. Я хотела только одного: сесть в самолет и помчаться к нему, но он уже скоро должен был вернуться домой. На несколько дней позже, чем предполагалось, но все равно уже в обозримом будущем.
— Что ты на этот раз получила? – требовательно спросил Олли, запрыгнув на мою кровать и едва не спровоцировав сердечный приступ. – Вот ведь, он тебе каждый день присылает подарки!
— Не каждый день, Олли, – пробормотала я, краснея.
— Ты получаешь по две посылки в неделю с тех пор, как он уехал! – простонал Олли. – И так все шесть недель! Получается двенадцать. А я получил одну!