Страница 187 из 256
— Тихо, тихо.. – Отведя ей волосы с лица, я шептала: – Все нормально..
Я повторяла это ей на ухо снова и снова.
Но я лгала.
Потому что, когда мой брат скрылся из вида, я поняла, что ничего уже не будет нормально.
— Поеду за ним, – тихо сказал Даррен; а я даже не заметила, как он вышел из дома.
Держа в руке ключи от машины, он обошел садовую ограду и направился к своему «вольво».
— Тебе лучше уйти внутрь, Шан. – Открыв дверцу машины, он добавил: – А ты бы ехала домой, Ифа.
— Пожалуйста, найди его, Даррен! – выдохнула я.
— Найду, – ответил он, садясь в машину.
Ифа, всхлипывая, с трудом поднялась на ноги. Я наблюдала, как она механическими движениями стряхнула пыль со своей пушистой желтой пижамы.
— Поеду, пожалуй, – произнесла она неживым голосом. – Пока, Шаннон.
— Пока, Ифа.
Не добавив больше ни слова, она села в свой старый, потрепанный «опель-корса» и уехала.
Я дождалась, чтобы Даррен на «вольво» отъехал от дома, опустила голову на руки и прямо там, сидя на земле, позволила себе заплакать. Я плакала громко, не в силах больше сдерживаться.
Я плакала о моем сломанном доме, о моей больной семье, о маленьких братьях, но больше всего – о Джоуи, который сам себя разрушил и уничтожил то единственное хорошее, что было в его жизни.
Чуть позже я услышала вдали шум мотора; звук приближался, фары осветили темную улицу. Когда машина остановилась перед нашим домом, во мне вспыхнула искра надежды.
Сопя, я вытерла щеки ладонью и встала.
— Джоуи? – позвала я, стараясь рассмотреть, кто сидит за затемненными окнами. – Это ты?
Водительская дверца распахнулась, и появился он – светлые волосы и улыбка..
Только светлые волосы и улыбка были не Джоуи.
Нет..
— Привет, Шаннон!
Воздух вылетел из легких одним махом; я ослабела, чувствуя, как сердце замерло в груди и перезапустилось отчаянным ударом.
— Н-нет.. – Качая головой, я попятилась, но споткнулась и упала. – Ты н-не должен б-быть здесь..
Папа вошел в палисадник и направился ко мне.
— Я здесь живу, помнишь?
Страх взорвался в моей груди, парализуя и приковывая к месту.
— Ну же! – Остановившись передо мной, он смотрел на меня красными глазами, раскачиваясь и улыбаясь. – Дай руку! – велел он. – Ты должна быть в кровати. – Запах виски ударил в ноздри, пробудив бурю воспоминаний и боли. – Я тебя уложу в постель.
Он вернулся, чтобы прикончить тебя.
Нужно было держать рот на замке.
Беги, Шаннон!
Пробудившись к действию, я встала на четвереньки и еле поползла, спотыкаясь, ко входной двери, а сердце колотилось так, что мне было больно.
— Помогите! – закричала я, хватаясь за дверную ручку и вваливаясь в коридор на четвереньках. – Мама! – кричала я, задыхаясь, и кожа стала липкой от страха. – Мама!
— Что? – Мама выскочила из кухни – и тут же застыла, увидев, кто стоит в дверях позади меня. – Ох, боже мой..
Она прижала ладонь к груди и попятилась.
— Привет, Мэри.
— Мама.. – Отчаянно дрожа, я ползла по полу к ее ногам. – Мама!
— Тедди, – прохрипела мама, дрожа так же, как я. – Тебе нельзя здесь быть.
Он вскинул руки.
— Я хочу только поговорить с тобой. – Он сделал еще шаг в дом, качаясь при каждом движении. – Я больше тебя не обижу, дорогая!
Он лжет..
Я качнула головой:
— Мам, нет, не слушай его!
— Ты должен уйти, – задохнувшись, сказала она, пятясь в кухню и волоча меня за собой. – Ты должен сейчас же уйти.
— Мэри, – начал он ласково, плохо выговаривая слова. – Мы же семья. – Он закрыл за собой дверь и повернул в замке ключ. – Мы должны быть вместе.
— Нет. – Мама качала головой. – Нет, нет, ты должен уйти.
— А дети уже спят? – спросил он, не обращая внимания на ее мольбы, опуская ключ от дома в карман. – Это хорошо. – Он сделал еще шаг к нам. – Лучше, чтоб они спали.
— Тедди.. – У мамы сорвался голос. – Пожалуйста, не надо..
— Все хорошо, Мэри! Мы снова будем вместе.
Это плохо, Шаннон.
Это по-настоящему плохо.
Тебе лучше убраться отсюда.
Давай.
Беги..
Оторвавшись от ног матери, я всем телом рванулась к лестнице, но каждый дюйм моего тела сковывало страшное предчувствие.
— Хорошая девочка, Шаннон. Я не собираюсь обижать тебя, – пробормотал папа. – Ложись в постель и закрой глазки. Утром все будет лучше.
Решив, что лучше бежать, чем стоять на месте и ждать, пока он передумает, я взлетела по лестнице, насколько мои ноги были готовы меня слушаться.
— Что происходит? – спросил Тайг, выглядывая из своей спальни. – Шан..
— Запри дверь, – бросила я. – Он вернулся.
Глаза Тайга расширились от страха.
— Ч..что?
— Запри сраную дверь, Тайг! – заорала я. – Это не шутка!
Он исчез в комнате и запер дверь на задвижку.
Тяжело дыша, я вбежала к себе и захлопнула дверь. Запирая замок, я в панике огляделась вокруг. Подгоняемая инстинктом выживания, я бросилась к комоду и изо всех сил налегла на него, придвигая к двери. Не успокоившись на этом, я подтащила к двери и прикроватную тумбочку.
Внизу звучал голос отца.
Я его слышала.
И я слышала ее голос.
Они не кричали и не ссорились.
Они разговаривали.
Почему они разговаривали?
Я металась по комнате, пытаясь перевести дух, но это было нелегко. Забравшись на кровать, я накрылась одеялом, натянув его на голову. Что-то брякнуло и упало на пол, и я застыла.
Мой телефон.
Дрожа, я отбросила одеяло и скинула его на пол. Я вообще не думала о том, что делала, когда набирала номер. Я действовала инстинктивно. Нажав кнопку вызова, я прижала телефон к уху и задержала дыхание.
— Гибс, – послышался в трубке сонный голос Джонни, и меня окатила волна облегчения. – Если это не что-то срочное, я тебе на хрен шею сверну.
— П-привет, Джонни..
— Шаннон? – Его голос тут же смягчился. – Ты в порядке?
Я качнула головой и вскочила на ноги, не в силах сидеть на месте.
— Нет.
— Что случилось? – В его голосе возникла тревога. – Что происходит?
Я не могла говорить.
Я не могла произнести это вслух.
— Говори со мной, Шан, – попросил он. – Эй?
— Он здесь, – выдохнула я. – Он внизу, и я боюсь.
— О чем ты?
— Мой отец, – задыхаясь, пояснила я. – Он в доме, Джонни.
— Ты можешь уйти? – быстро спросил он.
— Нет. – Я помотала головой и с трудом подавила рыдание. – Он в кухне. Я не могу туда спуститься.
— Еду, – мгновенно ответил он. – Выезжаю прямо сейчас.
— Прости, – прошептала я, снова садясь на кровать.
— Не извиняйся, – возразил он. – Ты спряталась? Ты в своей комнате?