Страница 8 из 63
Дана(5)
Когда я подняла глаза, то увидела Анжи. Её появление здесь, в этот самый момент, было последним, что мне было нужно. Я попыталась спрятать своё замешательство за новой порцией холодной воды, плеснув её на лицо.
— Какие люди и без охраны, – хмыкнула она, приближаясь. – Ой, с охраной. Забыла про твоего бородатого надзирателя, – фыркнула она пренебрежительно, буравя меня недовольным взглядом.
Я судорожно пыталась собраться с мыслями, но сердце всё ещё колотилось где-то в горле, отдаваясь глухим стуком в висках.
– Привет, Анжи, – выдохнула я, наконец встретившись взглядом с подругой. С той, кто была мне как сестра. Теперь – женой парня, которого я любила.
У меня нет права обижаться или злиться. Нет. Но чувство предательства всё равно обжигало, словно кто-то вырвал мне сердце и растоптал его. Анжи поддерживала меня, радовалась нашим отношениям с Димой… Что же пошло не так?
Может, они начали проводить больше времени вместе и… влюбились?
Одна эта мысль уже причиняла мне невыносимую, тупую боль.
Анжи не ответила на моё приветствие, лишь горько усмехнулась.
– Ты помнишь моё имя? Я думала, ты забыла. Как забыла и о том, что мы были подругами, когда молча свалила и просто заблокировала меня, – в её голосе звучали осуждение и боль.
Её слова, словно ледяные иглы, впивались в душу. Я не могла отвести глаз от её взгляда – в нем плескались обида и разочарование, зеркальное отражение моих собственных чувств.
– Чего молчишь? – голос Анжи звенел как натянутая струна. – Я хочу получить ответы на свои вопросы и никуда не уйду, пока не поговорим.
Она скрестила руки на груди, словно готовясь к бою.
Я не могла вынести этого. Хватит. Сегодняшний день выжал из меня все соки.
– Не сейчас, пожалуйста, – прошептала я, словно выдыхая последний воздух. – Давай как-нибудь потом?
Анжи скептически прищурилась, и несколько долгих, мучительных секунд спустя процедила:
– Ладно. Ты же помнишь кафе, куда мы ходили после школы?
Я молча кивнула.
– Жду тебя завтра там, в десять утра. Надеюсь, не сбежишь, как обычно
– Думаю, что твоему мужу не понравится, если ты будешь со мной разговаривать, – я выдавила из себя улыбку, которая больше походила на гримасу. Слова прозвучали так, будто в горле действительно застряли осколки стекла.
Её губы изогнулись в усмешке.
– За него не переживай. У нас в браке равноправие и не держат на коротком поводке, – каждое её слово, словно удар хлыста.
Анжи отступила на шаг, её взгляд всё так же не отпускал меня. Я смотрела на неё, чувствуя, как в груди разверзается новая рана.
Собрав последние крохи самообладания, натянув на лицо улыбку беспечности, я выпорхнула наружу. Девушка, словно тень, последовала за мной. В коридоре, как грозный стражник, возник Тимур.
– Дана, тебя долго не было, – проговорил он со странным беспокойством в голосе, внимательно изучая моё лицо.
Не успела я и слова вымолвить, как воздух разрезал ехидный смешок Анжи.
– Ой, а ей теперь и в дамскую комнату без твоего Высочайшего разрешения нельзя? – пропела она, а в голосе её затаилась ядовитая змейка. – Я с ней разговаривала, поэтому не было. В следующий раз позовём тебя в женский туалет, будешь сумочки держать, раз так боишься, что Дана потеряется, – она одарила мужчину презрительным взглядом.
Тимур опешил от такой дерзкой выходки. Мужчина никогда не сталкивался с такой наглостью со стороны женщин. Я же не удивилась, ведь Анжи всегда отличалась прямолинейностью, не боясь говорить то, что думает, вне зависимости от обстоятельств и собеседника. Остановить её практически невозможно.
Мужчина, словно бы отряхиваясь от мелких брызг ее слов, сдержанно поправил пиджак и произнес голосом, в котором звенела ледяная сталь:
– Тебе следовало бы следить за словами.
Анжи фыркнула и смотрела на него так, словно хотела вцепиться ему в глотку.
– Ой, какой опасный. Аж трясусь. Случайно детский сад в страхе не держишь?
Его глаза сузились, в них заплясали искры, угрожающие спалить все вокруг. Я испугалась, когда мужчина сжал челюсть и сделал шаг в нашу сторону. Но Анжи не дрогнула, лишь чуть приподняла бровь, словно говоря: "Ну-ну, покажи, на что способен".
– Дана, пойдём, – велел мужчина, и я сразу согласилась, желая скорее уйти, пока не вспыхнула ссора.
Девушка презрительно закатила глаза, оттеснила нас и ушла в зал.
– Что она от тебя хотела? – спросил он, когда мы остались одни.
– Поговорить. Она обижена, что я исчезла, не сказав ей ничего, – уклончиво ответила я.
С каждой минутой мне становилось хуже, будто из меня вытянули всю жизненную силу. Я хотела бежать отсюда, упасть в постель и забыться. Желательно, навсегда.
– Мы можем уйти? Я очень плохо себя чувствую. Пожалуйста, давай уйдём, – взмолилась я, взяв его за руку.
Тимур удивлённо вскинул бровь, глядя на мою руку, держащую его. Только так я могла его уговорить. Его губы дрогнули, тронутые довольной улыбкой.
– Хорошо, уйдём.
Мужчина сжал мои пальцы и направился в сторону выхода. Я не поднимала взгляд, боясь вновь увидеть
Громова.
Я выдохнула, когда села в машину. Я прижалась лбом к холодному стеклу, наблюдая, как ночной город расплывается в слепящих полосах света и слушая музыку. Чувствовала взгляд мужчины, скользящий по моему профилю, тяжёлый и оценивающий, но мои мысли были заняты Димой.
Мы рядом с тобою шли...
Ты шёл мне, я тебе шла!
Это ты нашёл, я нашла!
Но временем не зашить.
Сердце, что из стекла.
Любовь, что истекла.
Я буду самым больным твоим секретом!
Буду для тебя темой, что под запретом!
Ты была без сердца — теперь смертна!
Ты была моей песней, но ты спета!
Сумасшедшая секта, кайф и момент!
А нам надо было брать обратно билеты!
Боже, перестань, ну сколько нам лет?
Да я знаю, всё это пройдёт до лета, но...
Навряд ли ты найдёшь покой где-то, вряд ли...
Я буду счастлив с кем-то навряд ли...
– Тебе лучше? – спросил Тимур, и в его голосе не было прежней властности, лишь отголосок какого-то странного беспокойства.
– Нет.
Когда мы остановились у дома, я с трудом оторвала голову от стекла. Тимур вышел, чтобы открыть мне дверь, что было так на него непохоже. Его рука подхватила меня под локоть, когда я пошатнулась, выходя.
– Я помогу, – заявил он коротко, и в его тоне не было места возражениям.