Страница 7 из 226
Глава 7
С утра у Лили было дурное настроение, в последнее время это случалось часто. Она догадывалась почему.
Вчера, притаившись за стволом платана около церковной ограды, она изгрызла все ногти, глядя на Марисабель, счастливо прижимавшуюся к Бето во время фотографирования на лужайке после венчания ее матери и отца.
Об удивительной истории своих настоящих родителей поведала со всеми подробностями сама Марисабель, которая и догадаться не могла, какую неприязнь вызвал в душе подруги этот непредвиденный поворот событий.
Всего несколько недель назад неописуемую радость испытала Лили, узнав, что Бето оказался сыном доньи Марианны и дона Луиса Альберто, а значит, родным братом ее соперницы Марисабель. Ура! Она его сестра! Путь к завоеванию сердца Бето был открыт. И вот новый сюрприз: Марисабель — приемная дочь родителей Бето.
Конечно, теперь Лили испытывала чувство превосходства над подругой-соперницей, которая так долго была приемышем (помимо всего прочего, положение Марисабель в новоиспеченной семье ставило ее в сознании Лили на более низкую ступень в обществе), но сознание того, что любящие друг друга Марисабель и Бето снова не родственники, буквально бесило ее.
Прежде она никого ни к кому не ревновала. Пытаясь сейчас разобраться в своих чувствах, она и сама не могла понять, влюблена ли сна в Бето настолько, что ревнует его, или настолько ревнует, что испытывает к нему влечение. И что тогда ее ревность: любовное влечение или азарт соперничества?
Ироничная и желчная даже по отношению к самой себе, Лили воскликнула тем циничным внутренним голосом, который возникал в ней в минуты растерянности: «Поздравляю тебя, Лили, ты, оказывается, и влюбляться умеешь!» Сама же себе и ответила вторым голосом своего второго «я»: «Ну уж нет, не дождутся они от меня!» (Под «они» подразумевались все представители сильного пола.) «Самое противное, — подумала она, — что непонятно, какой из внутренних голосов — мой?»
Идеи феминизма, полного раскрепощения женщин, их независимости от напыщенных кретинов мужчин, — идеи, столь распространившиеся в последнее время, особенно в университетах, Лили считала глупостью. Впрочем, возможность повелевать всеми этими «мачо» казалась ей симпатичной: уж больно распоясались за десяток-другой тысячелетий!
И все же, как ни приводила себя в порядок Лили внутренней иронией, унаследованной ею от покойного отца, достаточно известного радиокомментатора, из головы ее не выходил Бето.
До чего же он стал красив — покрупнел, раздался в плечах, а главное — появилось в его осанке нечто новое: спокойная уверенность, мужская неторопливость. В сочетании с доброй детской улыбкой, то и дело озарявшей его лицо, которую он, словно стыдясь, сгонял, нарочито насупив густые брови, юная его мужественность пробуждала в Лили неведомое ей желание — не только повелевать, но и в какой-то степени (конечно же в разумной) отдать себя под его покровительство.
Она позвонила. Подошла Мария, и Лили попросила к телефону Бето.
— Слушаю, — раздался в трубке мягкий баритон.
— Бето, это я, Лили…
— Приятно слышать тебя. Ты, наверно, хочешь поговорить с Марисабель?
— Я не стала бы тогда подзывать к телефону тебя…
— Ну да, конечно. Слушаю тебя.
— Бето, почему бы нам не повидаться?.. Не отправиться в субботу в парк Чапультепек?..
— Ты имеешь в виду всем нам? Думаю, Марисабель будет не против…
— Ты боишься, что мы без нее заблудимся? — съязвила Лили. — Или вы с ней сиамские близнецы?
Бето расхохотался и на мгновение умолк.
— Нет, Лили, мы не близнецы и уже не брат с сестрой. Просто я подумал…
Лили не стала унижаться до попрошайничества, до унизительной просьбы увидеться с глазу на глаз и сказала:
— Конечно, мое приглашение относится к Марисабель в той же мере, что и к тебе. Просто… у меня к тебе дело, мне нужен твой совет. Мужской совет.
— Хорошо, назначай место и время встречи. Я готов! — галантно ответил Бето.
— В одиннадцать. В сквере напротив входа в кабаре «Габриэла».
Повесив трубку, Лили рассмеялась — ей еще предстояло придумать, в каком мужском совете Бето она нуждалась.