Страница 10 из 16
Я хлопнула ресницами. Его пальцы все еще сжимали мои плечи, но теперь его гнев ощущался иначе. Он говорил правду. Каким-то животным чутьем я знала, что он переживал уж точно не за себя.
— А меня зачем держишь? Из-за брата?
— Сначала-да.
— А теперь?
Он молчал. Его пальцы ослабли. Он провел ладонями по моим плечам вниз, к локтям и замер. Его руки были горячими, шершавыми и моя кожа горела под ними.
— А теперь - нет, — сказал он глухо. — Теперь я держу тебя, потому что хочу. И могу.
Я всмотрелась через мрак в его черты. Едва различимые, но чертовски выразительные. Острые скулы, твердую линию челюсти и рта.
Машинально облизнула губы. Его дыхание участилось.
— Ты опасен, — сказала тохо.
— Ты тоже. — Он перехватил мою ладонь, внезапно прижался к ней губами. Короткое, но потрясающее сознание прикосновение. — Ты опаснее всех, кого я знаю. Потому что только ты можешь меня уничтожить.
Он поцеловал центр моей ладони, потом запястье — туда, где бился пульс. Медленно, тягуче. Я чувствовала его язык, его дыхание на своей коже. Внизу живота разливалось тепло.
А потом я задала вопрос. Тот самый, который крутился в голове с первой минуты:
— А что ты сделаешь, если я расскажу? Если все-таки решу пойти в деканат?
Он замер. Его губы оторвались от моего запястья. Очень медленно он поднял голову и даже в темноте я увидела, как изменились его глаза. Сплошная холодная тьма.
Один вздох и он резко развернул меня грудью к стене. Прижал. Придавил собой. Почти коснулся губами мочки уха.
— Ты словно напрашиваешься. Ты ведь хочешь, чтобы я наконец сделал с тобой что-то плохое.
— Нет, — всхлипнула. Соски теранулись о грубую стену. Хлопковая ткань лифчика и майки не спасала.
— Хочешь.
Поняла, что он оскалился.