Страница 52 из 54
Он слушает, не перебивая, его лицо остаётся спокойным, внимательным.
— Я не могу пока принять ваши ухаживания, — добавляю я, видя, что он не собирается давить или спорить. — Мне нужно время. Я должна быть честной прежде всего с самой собой. Я не хочу никого обнадеживать или впускать в свою жизнь, пока сама в ней окончательно не освоилась.
Он молчит несколько секунд, затем медленно кивает. На его лице нет ни разочарования, ни обиды. Только понимание.
— Хорошо, — говорит он наконец. — Вы правы. Честность — это наверное лучшее решение. Прежде всего с самой собой, — уголки его губ поднимаются в лёгкой, искренней улыбке. — Главное, чтобы вы были счастливы. А я.. я буду рядом. Как друг. Как врач, если что. Как.., — он делает паузу, — как человек, который вас ценит. Без условий.
Напряжение между нами тает, как утренний туман. Мы возвращаемся в гостиную с большим блюдом, уставленным кусками торта. Саша загадывает желание и задувает свечи под дружные аплодисменты и крики: “С днём рождения!”. Потом он поднимает свой бокал с лимонадом. Гости затихают.
— Я хочу сказать спасибо всем, кто пришёл. И.. я загадал желание, — он делает небольшую паузу, его взгляд находит меня. — Чтобы моя мама всегда была такой же счастливой, как сейчас.
В комнате раздаются умилённые “ахи”, кто-то хлопает его по плечу. А я чувствую, как тепло разливается по груди и поднимаю свой бокал.
— За моего сына! За нас всех!
— За Сашу! — подхватывают гости.
Я смотрю на его сияющее лицо, на Альбину, что смотрит на него с обожанием, на хохочущую Киру, на маму, которая смахнула слезу счастья, на Артёма Сергеевича, который стоит чуть поодаль и смотрит на меня с тихой, спокойной поддержкой.
И в этот момент я загадываю своё собственное, беззвучное желание.
Чтобы это хрупкое, новое, такое выстраданное счастье длилось как можно дольше. Чтобы мы сохранили этот миг.. этот шумный, немного безумный, но только наш праздник навсегда.