Страница 9 из 16
Переломный момент .
Лейла, благодарю за лайк для моей книги " Хирон и Хелена".
Иногда зло в глазах других- это женщина, которая отказалась подчиниться правилам мужчин.
Запись в дневнике памяти о героинях вдохновляющих Ламию.
Её семь раз продавали и покупали за три месяца. Затем она выступила перед Организацией Объединенных Наций, заставила мир посмотреть ей в глаза и стала лауреатом Нобелевской премии мира.
Её история началась в маленькой иракской деревне Кочо 3 августа 2014 года — в день, который начался с гула моторов и закончился криками геноцида.
Наде Мурад было всего 21 год, когда грузовики ИГИЛ окружили её дом. Поскольку она была езидкой — религиозным меньшинством, — террористы назвали её народ «поклонниками дьявола».
Жестокость носила систематический характер. Мужчин и мальчиков, включая шестерых братьев Нади, отвели на окраину деревни и казнили. Её мать, сочтённую слишком старой, чтобы быть полезной, убили и похоронили в братской могиле. Надию и других молодых женщин затолкали в автобусы и похитили в сексуальное рабство.
В городе Мосул Надя попала в настоящий кошмар.
С ней обращались как с собственностью, а не как с человеком. Сначала её купил высокопоставленный судья ИГИЛ.
В течение следующих девяноста дней её семь раз продавали и обменивали. Её избивали, обжигали сигаретами и неоднократно насиловали.
Когда она попыталась сбежать, её похитители не просто поймали её; они жестоко изнасиловали её группой из шести мужчин, пока она не потеряла сознание.
Они избили её так сильно, что она больше не могла ходить.
Целью было сломить её дух, но Надя Мурад не сломалась.
В ноябре 2014 года произошло чудо: дверь осталась незапертой.
Надя выскользнула в ночь. Рискуя собственной жизнью, местная мусульманская семья спрятала её и помогла ей тайно покинуть территорию ИГИЛ.
В конце концов она добралась до лагеря беженцев, а позже получила убежище в Германии. Она была в безопасности и свободна.
В тот момент никто бы её не осудил, если бы она выбрала спокойную жизнь, полную исцеления. Вместо этого она выбрала войну — не с оружием, а с правдой.
В декабре 2015 года Надя предстала перед Советом Безопасности ООН.
Ей было 22 года, она была невысокого роста, но обладала невероятным мужеством. Она не стеснялась в выражениях.
Она рассказала миру о том, что произошло: как девочек в возрасте девяти лет продавали как скот, как убивали матерей и как уничтожали целую культуру.
Ее свидетельство сделало то, чего не смогли сделать многолетние новостные репортажи. Оно заставило мир почувствовать боль езидского народа. В 2016 году ООН официально признала геноцид езидов.
Надя понимала, что одних разговоров недостаточно. В 2018 году она основала «Инициативу Нади» — организацию, занимающуюся восстановлением деревень, школ и клиник на своей родине, а также оказывающую юридическую поддержку пострадавшим.
В том же году, в возрасте 25 лет, она стала первой иракской женщиной, получившей Нобелевскую премию мира. Пока мир ликовал, Надя оставалась сосредоточенной. Она сказала толпе в Осло, что единственная награда, которую она действительно желает, — это освобождение каждого человека, всё ещё находящегося в плену.
Сегодня Надя Мурад продолжает говорить. Каждый раз, рассказывая свою историю, она заново переживает травму, но делает это ради 10 000 убитых езидов и тысяч пропавших без вести. Она превратила свои шрамы в дорожную карту к справедливости. Она доказывает, что прошлое не должно определять будущее.
Молчание — это выбор, но правда — это оружие, потому что выступление против несправедливости — это первый шаг к её прекращению для всех.
Боль можно превратить в цель, это значит, что мы не можем изменить плохие вещи, которые с нами происходят, но мы можем использовать этот опыт для создания лучшего будущего.
Надя не просто выжила; она победила. Вы можете быть жертвой преступления, но вы не обязаны оставаться жертвой в душе.
Постепенно отношения Харона и Ламии стали доверительными и уважительными.
Оба поняли , что только половая принадлежность не определяет сознание и благородство души.
Все зависит от того, как именно женщина или мужчина , воспользуется своими возможностями и разумностью и чувством справедливости.
Харону, вначале было очень тяжело признать, что именно привилегированное положение мужчин в этом мире , их извратило и заставило думать, что женщина, это лишь более тупое создание чем мужчины, к которому , поэтому можно относиться как к скоту и полностью управлять жизнью.
Осознание этой истины далось болезненно. Некоторые поселенцы - мужчины, Харону в теле Ламии , много гадостей говорили и делали.
Просто потому что видели перед собой слабую и красивую молодую мать с дочкой на руках. Несколько раз Харону даже пришлось отбиваться от особо настойчивых и агрессивных " ухажёров" , которые искренне думали, что только их интерес к якобы доступной и скучающей домохозяйке будет воспринят ею с восторгом.
Однако все было иначе. Харона воротило от их немытых тел и оскорбительных шуток и намёков. Вначале Харон пытался сам с ними разобраться, но кто из насильников, будет слушать отказ от женщины, если думает ,что имеет право осквернить её тело ,лишь потому что ему хочется и он сильнее?
Эти двое поселенцев , с которыми Харон хотел разумно поговорить, не слушая его и заткнув ему рот затащили его в амбар и попытались изнасиловать, так как его душа была в теле женщины, а с женщиной у этих негодяев разговоров не подразумевалось. Они просто хотели утолить свою похоть, рассчитывая что о случившемся, терпеливая и умная жена мужу рассказывать не станет, опасаясь за свою порядочную репутацию.
Ламия , возвращаясь домой среди амбаров заметила , как скрутили Харона и потащили внутрь . Ламия едва успела. Имея в распоряжении сильное и гибкое тело Харона и используя эффект неожиданности, Ламия очень быстро расправилась с пьяными несостоявшимися душегубами, пока связанный и оглушенный Харон лежал на полу без сознания .
Шум борьбы привлек внимание окружающих и уже через час , по приказу старосты , выслушав объяснения Ламии и Харона, напавших на Харона преступников, посадили под домашний арест.
К сожалению, более серьезного наказания, ни Ламия ни Харон, для приступников добиться не смогли.
Возможное надругательство над женщиной, не считалось здесь достойным внимания преступлением.