Страница 4 из 9
Искусство одиночества
Одиночество – вот проклятая вещь, Тиррей. Вот что может погубить человека.
Возможно, такое удивительное искусство действительно есть. Нажитое за века неординарными людьми всех народов и племён, даже слабо различимых в нашей истории.
Возможно, оно только-только складывается всерьёз, произрастая из нелёгкого опыта предков, из наших собственных проб, удач и ошибок, как и предчувствия похвальных умений и навыков потомков.
Возможно, в других мирах вообще из азбучных истин. И в глубинах Галактики давно проходят в школах более важную науку – неодиночества. Как принцип и основу всей жизни для всех мыслящих существ.
Лично я убеждён: сколько и как ни старайся, проблема одиночества никуда не денется, сродни и простым испытаниям – голодом и жаждой, желанием свежего воздуха, исцелением от ран. Быть может, ещё на миллионы лет вперёд.
Спросить бы для надёжности кого из Туманности Андромеды, да попробуй дотянись.
А пока одиночество жестоко косит: одних наживанием тяжких болезней, других досрочным, в чувствах, старением с угасанием интереса к жизни, даже к самому себе. Третьи спиваются. А кто-то от безысходности и кончает с собой.
Мы не растения, и там, где организму дано приспособиться, никак не выйдет душе, которой впрямую нужны не еда, вода и воздух – отношения с другими!
Такова наша именно человеческая природа!
Заполучить одиночество – ничего проще! Без труда даётся и самое свинцовое – в толпе! Слишком легковесно сходимся, непрочно скрепляемся в дружбе и любви. Ненадёжны в совести. Цепляемся за мимолётные происшествия. И редко увидишь, поскользнувшись, протянутую руку, а на службе, в деловых отношениях локоть соседа скорее оттолкнёт, чем поддержит.
Другая напасть – воспринимаем одиночество приговором. Рок!
А куда бы лучше, как бы оно ни донимало, не разлюбить ни в себе, ни в других человека в его коренной сути. Прибавляя света и тепла всем, с тем и себе самому. И одиночество, каким бы ни выпало, ни за что не обернётся фатальной тягостью. К жизнелюбивым оно не пристаёт и не висит на шее тяжким грузом.
Первейшее наше дело – отобрать его у зла, обращая в добро. И, похоже, как раз в том секрет этого диковинного искусства – вочеловеченного одиночества. Была бы на то воля!
Я не сочинял рецептов, как излечиться от одиночества. Лишь отметил следы его постижения в особенностях своего места и времени с верой, что другим наверняка пойти дальше, узнать и сделать больше. На пользу всем!