Страница 27 из 117
Глава 19
11
Один из тех, кого ты называешь влюбленными
Внезапные ветры начали крепчать, заставляя паруса корабля двигаться, словно подолы платьев в танце. Черный флаг взмыл высоко вверх, его полотно с треском полоскалось на ветру, и впервые я разглядела эмблему на нем: ухмыляющийся череп, обрамленный парой белых пернатых крыльев. Символ, который, вероятно, означал, что этот корабль способен летать.
Море начало раскачивать судно с огромной силой, словно напоминая: если мы не станем добычей «Правосудия Короны», то обязательно угодим в одну из водоворотных воронок.
Капитан уже собирался направиться к штурвалу, когда я схватила его за руку и крикнула:
— Они хотят загнать нас в угол, нас проглотит один из водоворотов!
— К чему ты клонишь?!
— У вас есть здесь лук и стрелы?
— Что?
— Лук и стрелы!
Он выглядел ошеломленным и сбитым с толку, но, как ни странно, сумел громко рассмеяться.
— Если мы выживем, ты отправишься на доску!
Через секунду он исчез, бросившись к штурвалу на помощь Дюку.
Я в отчаянии вздохнула и принялась оглядываться в поисках чего-то, что могло бы послужить луком — рычага, способного метнуть что-то острое. «Правосудие Короны» было достаточно крупным кораблем, чтобы уничтожить нас, просто пройдя напролом; у него было три ряда пушек, и мы бы не выжили, если бы они подошли так близко. Единственным решением было не допустить сближения.
Я заметила сломанное весло от одной из шлюпок, лежавшее на палубе, и внезапно в моей голове созрел план. Если привязать к нему мои тонкие эластичные чулки вместо тетивы, я смогу соорудить достаточно прочный лук.
Схватив весло и на ходу стянув с себя чулки, я босиком побежала к штурвалу.
— Поворачивай на правый борт! — крикнула я Дюку.
— Ты с ума сошла? Если я это сделаю, они протаранят нас! — проорал он в ответ.
Когда я добралась до штурвала и капитан с Дюком оказались достаточно близко, чтобы меня услышать, я объяснила:
— Наш корабль быстрее «Правосудия», нам нужно отойти от течений настолько, чтобы паруса смогли разогнать нас по прямой линии.
Я начала привязывать чулки к веслу, проверяя гибкость импровизированного лука.
— Какого черта ты творишь? — на этот раз спросил капитан.
— Дай мне свой меч и поворачивай на правый борт, — сказала я, протягивая руку.
— Прошу прощения?
— Я собираюсь зацепить якорь того корабля и выиграть нам время, пока ваши паруса не унесут нас за горизонт, оставив их позади. Но мне нужно, чтобы ты вывел нас из течений, чтобы мы могли набрать скорость по прямой без препятствий.
— Как, во имя Богов, ты собираешься сбросить их якорь отсюда? — спросил Дюк.
Капитан Пирс посмотрел на мою протянутую руку и с игривой, понимающей улыбкой вытащил из своего сапога одну из стрел с розовым алмазным наконечником, которую Диего дал мне этим утром.
— Подумал, что она может тебе понадобиться.
— Ты украл её! — воскликнула я, выхватывая стрелу у него из рук.
— Скорее, я взял её в долг, я бы сказал.
Я приподняла бровь и сжала губы в тонкую линию, молча ставя под сомнение его здравомыслие. Мои глаза сузились в явном недоверии — настолько, что он это заметил, и тут же принялся оправдываться:
— Это же алмазы, от них не было бы никакого толку, если бы они пылились в том старом сарае.
— Это был подарок.
— Ах да, свадебный подарок… Как там его звали? — спросил он с улыбкой, и я всё ещё стояла на своем: его забавляло абсолютно всё. Улыбаться и шутить в такой момент — лучшее тому доказательство.
— Ты взял ещё что-то?
— Тебе придётся вытащить нас отсюда живыми, если хочешь узнать, — ответил он, и в каждом его слоге сквозила ухмылка.
Я повернулась к Дюку, стоявшему за штурвалом.
— Поворачивай на правый борт, пожалуйста.
Он посмотрел на капитана Пирса, словно испрашивая разрешения, и тот приподнял бровь:
— Ну? Разве она попросила недостаточно вежливо на твой вкус? Может, ему нужно ещё одно «пожалуйста»? Держу пари, он за всю жизнь не слышал, чтобы из уст пирата вылетало «пожалуйста». Любовь моя, спроси Дюка, не нужно ли ему еще одно «пожалуйста».
— Ради любви Богов, поворачивай на правый борт! — взревела я, прицеливаясь из своего лука как можно ближе к «Правосудию Короны».
Корабль начал поворачивать, и через секунду вражеское судно поравнялось с нами. Я видела лица солдат, когда они приблизились. Их был целый флот, а нас — всего пятеро на одном маленьком судне.
Я видела, как они готовят пушки, и мой голос сорвался на исступленный крик, призывая Дюка сократить дистанцию.
— Да смилуются Боги над нашими душами, — услышала я, как он пробормотал.
— Ближе! — с моей позиции я всё ещё не видела якорь. Мне нужно было подойти ближе.
Я приподняла свой самодельный лук, уперла его в плечо и приложила стрелу к чулкам, которые служили тетивой. Было даже забавно: еще мгновение назад я думала, что буду сражаться с незнакомым мечом в руках, а теперь держала стрелу с острейшим наконечником, который только можно представить — видимо, у пирата нашлось достаточно времени между спланированными похищениями, чтобы заняться кражей.
Я зажмурила левый глаз, не сводя взгляда с «Правосудия».
Я не промахнусь.
— Я бы не хотел, чтобы мой корабль превратился в решето, если это не слишком большая просьба! — раздался голос капитана за спиной.
— Это безумие! — одновременно с ним кричал Дюк. — Из всех способов уйти на дно, я никогда не думал, что это случится так!
Я прижала хвостовик стрелы к чулкам, натянула тетиву и сделала глубокий вдох. Теперь я видела якорь и маленький рычаг, удерживающий его на борту.
Рукой, державшей чулки, я коснулась носа указательным пальцем, а нижней губы — средним. Голоса вокруг растворились. Как только цель была поймана, я отпустила пальцы и выдохнула. Секунда — и стрела, выпущенная с огромной силой, вонзилась точно в механизм, разломив его пополам. Якорь с грохотом сорвался и рухнул на дно, заставив «Правосудие» резко встать как вкопанное. И прежде чем я успела опустить лук, сильные ветры ударили нам в паруса, и «Ребекка» рванула вперёд.
Из-за невероятной скорости мне пришлось вцепиться в первое, что попалось под руку, и я улыбнулась, глядя, как «Правосудие Короны» стремительно остаётся позади.
Получилось.
— Черт возьми, — пробормотал Дюк, когда я обернулась к ним.