Страница 32 из 107
По дороге он тренировался в метании кинжала. Из различных рассказов он знал, что шпионы, орудуя таким образом, быстро и успешно убивают разбойников, которых им нужно было разыскать. А Винченто разбойников искать не собирался. Он их опасался. И поэтому резонно считал свои тренировки не лишними. Но то ли он был уже слишком стар для обучения таким штукам, то ли зрение подводило — почти все его попытки попадать в деревья оканчивались безуспешно. И это было естественно, ведь Винченто не знал, что этот кинжал не предназначен для метания. В конце концов монаху надоело это бесполезное занятие и он, решив, что в крайнем случае воспользуется кинжалом как мечом, побрел далее.
Около полудня до слуха нашего почтенного монаха долетели странные звуки. Казалось, будто стрекочет огромная цикада. Неожиданно впереди над деревьями пронесся громадный зеленый дракон. Сверкнув на солнце огромной глазастой головой, он тут же скрылся за верхушками деревьев.
— Уф-ф-ф! Слава тебе Господи! Спас ты мою душу грешную!... Пронесло-то как! — Винченто вылезал из-под кустов, по ходу отряхивая с себя придорожную грязь.
Вечерело. Легкий туман покрыл дорогу и закатное солнце окрасило его золотом. На чистом небе проступил круглый лик ранней луны. Стояла неимоверная тишина. Брат Винченто предался меланхоличному настроению и потихоньку топал по направлению к трактиру.
Неожиданно его внимание привлек какой-то странный звук, исходивший справа из чащи. Монах настороженно вгляделся в лабиринт деревьев, но в вечерних сумерках так ничего и не смог рассмотреть. Тем временем звук повторился. Более отчетливее и ближе. Он был похож то ли на плач, то ли на мяуканье.
Брат Винченто ускорил шаг и пошел дальше по дороге, стараясь пройти никем не замеченным, и лишь пройдя пару километров и убедившись, что опасности нет, он перешел с бега на шаг, затем остановился, развел огонь, поел и заночевал под деревом.
Утро сияло небесной голубизной. Разбросав пепелище ночного костра по поляне, монах наскоро перекусил и продолжил свой путь.
Пройдя минут двадцать, слуга Господен увидел вдалеке одинокого путника, идущего навстречу. Некоторое время монах судорожно раздумывал, что ему делать: спрятаться в кустах или идти дальше. Пока он рассуждал, человек приблизился настолько, что пришлось выбирать последнее.
— Доброе утро, брат мой во спасителе! — почтенный священнослужитель поприветствовал незнакомца, с опаской покосившись на его павианью прическу и два меча, телепающихся на поясе.
— Утро доброе. Далеко ли еще до города?
— Полтора дня пути.
— О, недалеко! Спасибо, святой брат, — незнакомец поправил шлейку странной кожаной сумки.
— А долго ли еще до ближайшего трактира? — в ответ поинтересовался монах.
— До трактира?... А-а-а, Э-э-э... Ну, в общем, довольно... относительно долго, но не очень.
Пока тот отвечал, Винченто окинул взглядом его странную сумку и попытался определить, что в ней.
Сумка была диковинной. На ней не было видно ни завязок, ни застежек. Сверху она была будто зашита. Да и два квадратных кармана сбоку — тоже. Сама сумка была забита какими-то угловатыми вещами, которые распирали ее кожаные бока. Увы — расспрашивать незнакомца о содержимом не захотелось...
Распрощавшись со случайным путником, святой брат направился к трактиру.
Сие почтенное заведение оказалось в часе ходьбы. Так что у странника, похоже, было странное понятие о "недалеко" и "долго"...
Зато кормили здесь неплохо, да и вина — приятные на вкус. Недаром "Волчья Берлога" находилась на дороге между Вольдаром и Британумом.
Закончив трапезу, Винченто подошел к ханыге, стоящему у стойки, и, заказав две кружки вина — одну для себя, другую для будущего собеседника -попытался вытянуть из него все, что тот знает.
Витя — так звали ханыгу — знал, по всей видимости, очень много. И эти знания он с радостью стал изливать на несчастного монаха. Увы, из них стоящей была разве что информация о том, что дочка мельника из Рыбачьего села спит со всеми подряд.
Еле дождавшись, когда алкаша окончательно развезет и тот погрузится в мир грез, монах заказал еще одну кружку вина и стал понемногу пить и слушать, что другие говорят.
Какой-то пьяный всклокоченный тип рассказывал всем, что сегодня пополудни видел гигантскую, с дом ростом, стрекозу, что она гналась за ним и чуть было не сожрала. Естественная реакция окружающих, плюс упоминание его постоянного слегка трезвого состояния и его предыдущие "совершенно правдивые" истории о подземном городе колдунов и о железных людях с юго-востока, обидели пьянчугу и тот, завернув многоэтажную речевую конструкцию и махнув на всех рукой, удалился восвояси, пнув напоследок ни в чем не повинную дверь.
Так и не услышав ничего полезного, Винченто снял комнату и отправился на покой.
Ночью почтенному священнослужителю снились стаи гигантских стрекоз-драконов. Они летали над лесом и поливали огнем все на своем пути.
Утром сон почти забылся. Винченто страшно захотелось в... в общем, страшно захотелось. Солнце еще не встало, но на дворе уже было довольно светло. Кряхтя, монах встал с кровати и, не став ее заправлять, стремглав понесся по повелению сытого с вечера желудка.
Глава 21
— Андэ!
В ответ тишина...
— Андэ! Ну куда девался этот несносный мальчишка?!...
Да, он был похож на Тома Сойера из книжки, что привезут чуть позднее в этот мир земляне.
Он был сиротой и жил у тетки. Вернее — считалось, что он у нее жил. На самом же деле такого непоседу надо было еще поискать на весь Саннэ-Таун. Ни дня, чтобы не выдумать что-нибудь, ни часа, чтобы не влипнуть в какое-то приключение. Да остались ли на всю их тихую и мирную планету уголки, еще не посещенные этим мальчишкой?!
Тетка досадливо махнула рукой и на всякий случай еще раз выкрикнула:
— Андэ! Если ты немедленно не придешь домой, оставлю тебя без обеда! И виноват в этом будешь только ты сам!
И снова ответом — лишь кудахтанье кур, что-то разыскивающих в пыли, да тихое гупанье парового молота на окраине городка.
— Опять завеялся на свои плоты! — тетушка скрылась в доме, понимая, что ранее, чем через неделю, теперь этого пострела не увидать...
Да, юный Андэ любил отправиться в путешествие, посмотреть мир вокруг. Но постепенно весь мир становился привычным и уже обжитым домом. А так хотелось чего-нибудь новенького!
Каждый день он ждал, что вот случится чудо, и он окажется где-то, где все не так, все по-другому! Но когда посреди поля его подхватил невесть откуда взявшийся ураган — только вскрикнул испуганно, не зная, что ждет его в самом недалеком будущем.
Объятия урагана оказались цепкими и жесткими, словно очутился не в воздушном потоке, а внутри стального сверла.
Полет в никуда, вернее — стремительный взлет в вышину. "Ой, как навернусь потом!" — и мальчишка испуганно затрепыхался.
Трава ударила по ногам. Близкая. Неужели взлетел всего лишь на метр, не более?
Справа — лес, обычный высоченный лес, каких сотни уже исхожено по всей планете. А вот слева!.. Раскинувшийся у горизонта город можно было б принять за горный хребет, не будь он столь правильных форм. Но кому и зачем понадобилось строить такие высоченные дома? Это же должно быть жутко неуютно! Или их жители любят высоту, вот и соревнуются их жилища друг с другом в росте?..
Город поразил паренька, для которого трехэтажный дом Общего Собрания казался небоскребом. Тускло-зеркальные стены уходили ввысь, теряясь в низких облаках. По ущельям улиц сновали не только люди, но и какие-то остроухие существа. Но их хоть издали можно было спутать с людьми, а вот рослых созданий со здоровенными, завершающимися кисточками ушами и лицами, покрытыми короткой светлой шерстью, принять за людей удалось бы, лишь разговаривая с ними в полнейшей темноте и с завязанными глазами... Но никого не удивлял на улицах вид этих созданий.
За углом в тени дома затаились пятеро в зеленой одежде. В руках они сжимали короткоствольные винтовки.