Страница 22 из 107
— Магией, значит, балуемся?.. А как насчет инквизиции? Она любит таких... на завтрак. Ша, не рыпайся — и я могу и промолчать... Вскочишь -под присягой подтвержу, что ты магичил на столе.
— Какая магия? — человек ласково-ласково улыбнулся. Слишком уж как-то ласково. — Вы, наверное, что-то путаете, ЛЕДИ МОРЕНА, — на последних двух словах он сделал особенное ударение, но постарался произносить их как можно тише, чтоб никто посторонний не мог расслышать. — Да и вообще, сейчас я здесь, через миг — уже Там.
— Чтобы я — и колдуна не распознала?! Фи! Да я сейчас ни с кем не побрезгую сделку заключить, чтобы невиновность свою доказать! Даже с Вами! Кстати — имя-то у благородного дона есть? А то нехорошо получается: Вы мое знаете, а я Ваше — нет пока... Представитесь, благородный коллега?
— Называйте меня Темный. Моред Темный.
* * *
Моред Темный, маг:
Идя по пустым вечерним улицам города, я опять размышлял о смысле жизни. Размышлял в который раз. Все, что могло заинтересовать какого-либо из нечасто попадавшихся мне на пути прохожих, меня уже вряд ли заинтересовало бы. В конце своего долгого нелегкого пути мага я добился всего, что могло бы мне понадобиться, но я так до сих пор и не узнал смысла жизни. Нет, я знал, что ее смысл не есть какое-то обобщенное для всех понятие, что он у каждого свой, единственный и неповторимый, но это не улучшало мое познание сего предмета. Я так и не установил для себя, для чего мне в самом деле стоит жить. И, чтоб окончательно не впасть в меланхолию, я решил заглянуть в таверну, пропустить там с веселыми завсегдатаями кружку-другую старого доброго эля.
В таверне было тепло, душно и накурено. За стойкой я взял две кружки эля и уселся за дальний столик. От скуки я начал разглядывать посетителей. Под самым окном пара лоснящихся от жира хоббитов вовсю чесали языки, старый монах, стоявший у стойки, быстро поглощал свой нехитрый ужин, через один столик от меня трое ночных уличных работников искали свою новую жертву. Иногда они поглядывали на меня. За соседним столиком сидел загадочного вида тип в натянутой на самый нос шляпе, замотавшийся в свой потрепанный плащ, как мумия в бинты. Он явно кого-то ждал. Самой интересной персоной здесь была леди Морена, разыскиваемая по обвинению в каких-то интригах. Она была переодета в платье простой куртизанки, отчего ее невозможно было отличить от Элис — настоящей ночной работницы. Тип за соседним столиком все время поглядывал на нее. Наконец, видимо решившись, он сделал ей знак. Та подошла и они завязали тихую беседу. Дворцовые интрижки мне были неинтересны уже лет двести, и я не стал подслушивать их сверхсекретный разговор, сопровождавшийся обменом каких-то записок. В зал зашел Боргенс — туповатый мускулистый стиляга, работавший шпионом у Черного Герцога. Его появления я ожидал менее всего. Я слегка подправил личину, так, чтоб этого не заметили окружающие. Теперь я мог спокойно наблюдать за ним, не опасаясь быть узнанным этим тупоголовым кретином-нюхачом. Какого черта он здесь делал, я понятия не имел, но все же мне не хотелось попасть к нему на заметку.
Шутки ради заменив Боргенсу уже проглоченную водку на пиво, я проследил, с какой скоростью он устремился в нужник.
Тут-то и началось самое интересное. Сперва даже я не понял, что происходит. Просто почувствовалось присутствие какого-то мощного мага, концентрирующегося для чего-то очень нехорошего. В то же время тип, болтавший с Мореной, сорвался вслед за Боргенсом, поудобнее охватывая прикрытый плащом кинжал. Все чудесатее и чудесатее. Уж этого-то я никак не ожидал. На моей памяти интриги дворца никогда не пересекались с делами Черного Герцога.
Когда же оба скрылись в туалете, кто-то шандарахнул туда мощной беззвучкой. Было ясно, что и Боргенс и тот, другой тип, уже никуда не выйдут — такого рода беззвучки сбоев не давали.
Увы, сделавшего эту каку вычислить так и не удалось. Вероятно, он следил за кем-то из этой парочки через Зрячий Шар и нанес удар издалека, а таких мастеров колдовства я до сего момента не знал. Идти же в туалет и проводить расследование мне совершенно не хотелось — портить отношение с местными властями в лице Святой Инквизиции было не в моем вкусе.
Через полчаса в туалет направился монах. Как я и ожидал, он тут же вылетел оттуда, так и не произведя желаемого действа. Странно, но крика почему-то он не поднял, что меня еще более удивило. Крик поднял в доску пьяный селянин, зашедший в нужник зразу же после почтенного священнослужителя. Все посетители сбежались поглядеть, что же случилось. Монаха, вероятно, никто, кроме меня, и не помнил, иначе бедолаге пришлось бы отдуваться за убийство. И тут я почувствовал, что таверна наполняется "Спорами Смерти". Это был тот же почерк, что и полчаса назад. Кто-то пытался избавиться от Морены... Или от меня.
По возможности незаметно я начертил в воздухе Руну Черного Щита. О эти интриганки: проворная Морена все же заметила мои пассы. Сделав вид, что падает в обморок, она завалилась прямо ко мне на столик. И, разумеется, тут же принялась меня шантажировать, дуреха! Пришлось поставить ее на место. Ну вот, теперь знакомиться начала...
* * *
— Моред? Уж не родственник ли Черному Герцогу?
— Ошибаетесь леди, не родственник. А все же интересно, с коих-то пор Двор плетет интриги вместе с Герцогом? Уж Вас-то я менее всего ожидал видеть в подобной компании. Глядите — не выпутаетесь еще...
— Менее всего?! — возмутилась интриганка. — А когда мое отравление повара, за то, что он так бездарно готовит, объявили сорвавшейся и провалившейся попыткой покушения на Короля — тогда они чем думали? Что я в темницу сама побегу, а трон им оставл... То есть, что я из темницы буду повара оплакивать?! Мне же щас покровитель нужон! Зашытник!
— О чем думали? Первый министр знал, о чем думал, когда яд повару подсыпал и когда Вас в этом обвинял. Уж Вы поверьте — я при этом прис... И причину Вашего э-э-э... интереса к трону я тоже хорошо знаю. Не притворяйтесь, Вы прекрасно понимаете, что мне известно: что все эти случаи не имеют никакого отношения к делам Черного Герцога.
— Просто я слышала от пана Мордена, что Черному Герцогу нужна антицелительница в его придворный штат... Вот и думала переждать опалу на теплой вакансии... В конце-концов, я свои яды не у аптекаря покупаю...
Моред ехидно усмехнулся.
— Давайте лучше продолжим наш разговор на воздухе, а то скоро сюда стражники понабегут.
— Отличная мысль... — и она привстала, не забыв при этом сказать:
— Я так понимаю — у Вас тоже есть для меня вакансия... Это отличная мысль: я готова служить тому, кто первым предложит мне кров и защиту, и даже клянусь не изменять ему и не предавать его до самой смерти!
Прежде чем в конце переулка появилась толпа нагломордых стражников, две фигуры скрылись в из ниоткуда взявшемся тумане.
Глава 15
Через грозовые тучи время от времени пробивались яркие лучи апрельского солнца. Здесь в Вековечном Лесу погода словно с ума сошла: почти ледяной воздух то тут, то там прорывали душные жаркие сквозняки. Отовсюду раздавались какие-то непонятные шорохи. И ни единой птицы. А если даже они и водились тут, то были совершенно безмолвны. "Эх, зря я так легко оделся! перемажусь — отец расстроится, опять поучать будет..." — малыш оглядел свою летнюю футболку и брюки. "Хотя, уже не будет... Никогда..." -откуда-то из глубины пришло воспоминание: отец погиб много лет назад. Много... двадцать... Но как? этого не может быть! Ведь маленькому Яромиру только двенадцать. Нет, это наверное какой-то сон, или одно из этих глупых ощущений, когда смотришь на что-то новое, а тебе кажется что ты это уже видел когда-то, только не можешь вспомнить когда."
Внезапно впереди зашуршали кусты. Прямо перед мальчишкой появился громадный, выше его ростом, паук и вперился в пацана всеми восемью холодными, немигающими глазами. Лесное диво словно изучало Яромира.
"Нет, все это ерунда! Сейчас надо выполнить Ответственное Задание! Нельзя подвести друзей, хоть это всего лишь игра. Нужно обязательно проникнуть в Храм. Добраться до Хранителей и показать им ЭТО."