Страница 12 из 17
— Сначала это был шок. Отвращения или страха не было. Я беспокоилась, — пожав плечами, подняла взгляд. — После того столкновения в коридоре, сама не знаю почему, очень переживала за него. Он показался таким подавленным, разбитым. В каком-то смысле даже уставшим от… всего. Мне показалось… Не знаю. Показалось, словно я почувствовала что-то знакомое и… Ну, прониклась каким-то сочувствием к нему. Когда увидела, как он стоит у бара и пьет, мне почему-то не было все равно.
— Что ты чувствовала после поцелуя? Почему ты оттолкнула его? Тебе было противно? Страшно? — задала уточняющие вопрос Александра.
— Это тяжело сказать, — разглядывая клавиатуру, не могла в первую очередь признаться самой себе. Сделав огромное усилие над собой, покусывая нижнюю губу, решилась. — После я почувствовала тоску. Мне очень захотелось вернуть тепло его рук. Вновь ощутить вкус его губ. Это безумие какое-то, — невесело усмехнулась, ногти впились в кожу ладоней.
— Это не безумие, — чуть тише обычного, сказала Александра, и я подняла на нее взгляд. — Чтобы лучше понять свои чувства, постарайся делать больше записей. Именно своих чувств, а не того что было. Сейчас тебе необходимо правильно пережить эти чувства и эмоции, чтобы их верным образом осознать, — она отложила блокнот в сторону. Придвинулась ближе к камере. — Моника, пережитое тобой, так быстро не проходит. Твоя психика пострадала от травмирующих событий, закрепив на подсознании определенные страхи и триггеры. Сейчас ты медленно восстанавливаешь утерянный контакт с реальностью, миром и с собой. Нет ничего страшного в том, что ты хочешь быть любимой, желаешь тепла и ласки. Не стоит избегать мысли о возможных отношениях, даже если это просто фантазия или безумие, как ты выразилась. Дай шанс себе жить. Позволь тлеющему пламени в душе разгореться вновь…
Обдумывая последние слова Александры, закончила собираться на пробежку. Сегодня первый день. Конечно я хотела начать раньше. Но это, как и с вещами, которые планировала разобрать еще в марте, растянулось не на один день.
Тело с каждым днем все сильнее ныло от отсутствия нагрузок. Последние дни я постоянно проводила в сидячем положении, работая, а беговая дорожка осталась в родительском доме. От покупки новой меня отговорила Элис ссылаясь на слова психотерапевта о выходе из зоны комфорта.
Дарси сидел на подоконнике, превратившись в неподвижную рыжую статую. Спина напряжена, лапы подобраны, хвост едва подрагивал на самом кончике. За окном, на ветках прыгала стайка воробьев. Они громко чирикали, ссорились, взъерошивая перышки, абсолютно не обращая внимания на хищника за стеклом.
Осторожно подойдя ближе, заметила, что мистер Дарси смотрел на них не моргая. Его зрачки расширились. Он издавал тот самый странный звук. Это было не мяуканье, не рычание или шипение. Гортанная, дробная трель, серия быстрых «кек-кек-кек». Внутри у него завелся крошечный моторчик, просыпающийся лишь от одного вида пернатой добычи, которую он не мог достать.
Губы дрогнули в улыбке. В груди растеклось приятное тепло, от вида этого серьезного охотника, что порой напоминал забавного мультяшного героя. Осторожно коснувшись его теплой головы, провела пальцами между ушей, слегка почесывая, как он любил.
— Охотник мой, — прошептала, чувствуя, как Дарси на долю секунды прижался к моей руке сильнее, но от птиц так не отвел взгляд. — Далеко тебе до них, пушистый герой.
— Мя-я-я-у, — протянул он, поднявшись на лапы и потерявшись об меня мордочкой.
— Я ненадолго, — пообещала я. — Ты не успеешь соскучиться. Скоро вернусь.
Солнце ударило в глаза стоило только выйти на крыльцо. Дверь за спиной захлопнулась с глухим звуком. Вставив ключ, повернула его в замке. Убрав связку в карман спортивных штанов, нервно положила ладонь на дверную ручку.
Надавила, проверяя закрылась ли дверь. Раз. Потом еще раз, чуть сильнее. Металл глухо клацнул, замок на месте, дверь закрыта. Дернула третий раз, просто чтобы убедиться. Четвертый на грани навязчивости. Сердце колотилось где-то в горле, хотя я убедилась, что дверь закрыта.
Я знала это!
Сегодня, как назло, тот самый день, когда простого знания не хватало.
Достав телефон, открыла камеру, наведя ее на дверную ручку, и начала запись. Несколько секунд крупным планом, мои пальцы сжимали ручку, я надавила на дверь, дверь неподвижна. Остановив запись, я наконец-то выдохнула.
Видео в галерее напоминание и залог. Просто чтобы я не вернулась и не закрылась внутри, отложив пробежку еще на пару дней.
Идя к дороге, подключила наушники к телефону.
— Здравствуйте, — робко поздоровалась я, увидев Миссис Хоппер.
Пожилая соседка в шляпке и фартуке облагораживала кусты роз секатором. Услышав меня, она подняла взгляд и тепло улыбнувшись помахала, сразу же вернувшись к делу.
Выйдя на тротуар вдоль дороги, вставила наушники, включив музыку на низкой громкости. Постепенно шаг становился быстрее. Дыхание глубокое, медленное, полностью под контролем. Я старалась не думать о возможных происшествиях.
«Honey, I could play the Joker9[9]», — мысленно подпевала я, двигаясь быстрее. — «My made up smile broke your heart last night10[10]».
Добежав до пешеходного перехода, остановилась, посмотрев по сторонам. Улица тихая, по крайней мере так мне казалось, когда я выглядывала в окно. И все же, простая мера безопасности. Убедившись, что машин нет, начала переходить дорогу. На противоположной стороне находился небольшой парк, где часто играли соседские дети. Мышцы разогрелись после недолгой пробежки и эти ощущения оказались приятными.
Я почти достигла противоположного тротуара. Со стороны парка доносился задорный смех детворы. Невольно всплыли воспоминания, как мы с Элис, Лео и Лорой играли в догонялки в детстве, пока мама покачивала в коляске маленького Кайла.
Свист тормозов раздался в воздухе неожиданно резко.
Я не успела даже повернуть голову и среагировать.
Все произошло за долю секунды.
Легкий, но жесткий толчок в бедро, и я уже лежала на асфальте. Ладонь обдало резкой болью. Наушники выпали из ушей, повиснув на проводе (старые, надежные, принадлежавшие мне еще в школе и до сих пор идеально работающие), где-то в районе плеч.
Странно, но я все еще слышала музыку. Она доносилась издалека, приглушенная и искаженная. Но она была здесь, вокруг меня. Или у меня в голове. Я не могла понять. Трек продолжал играть, пока я сидела на асфальте, глядя перед собой ничего не видящим взглядом.
Сердце колотилось где-то в горле, мешая дышать.