Бездельники

– Под «Дюран-Дюран»? – смеётся Нинка. – Легко.

Лёгкая она баба. Необидчивая. Весёлая. Не то что ты.

Дэн, тыча пальцем в окно, громко спрашивает (практически орёт, собака):

– Энди, смотри! Это не твоя жаба прётся? Вырядилась-то как!

И точно. Проглядел! Отвлёкся на Нинку. К парадной подходит Объект в нарядном платье и в туфлях на каблуках. Она слышит вопрос Дэна, меняется в лице, поднимает глаза – видит уставившиеся на неё пьяные рожицы, краснеет, разворачивается у дверей и быстро уходит обратно.

Ты вспыхиваешь и искришься, как сухой камыш:

– Ну ты и придурок, Дэн!

Бежишь к дверям.

– Ой, какие мы все ранимые. Прямо кисейные барышни! – кричит Дэн тебе вдогонку.

Но ты уже его не слышишь. Уши заложило обидой и досадой. Она пришла! А ты её проворонил! Дал обидеть козлу Дэну! Милая, хорошая, ранимая, твоя! Ты выбегаешь из квартиры прямо в тапках. Дверь остаётся открытой нараспашку. За тобой увязался пёсик, бежит рядом, заливается радостным лаем. Метров через двадцать с тебя слетают тапки, но ты бежишь дальше. По асфальту, по газонам, по песчаным дорожкам. Зачем бежишь? За кем бежишь? Объекта впереди нет. Исчезла без следа. Растаяла в воздухе? Спряталась? Может, её и не было вовсе? Ты добегаешь до её дома, торчащего рядом с полузасыпанным озерцом. Останавливаешься, напряжённо глядишь в её окна на третьем этаже. Они все горят жёлтым резким светом. Все! И в её комнате тоже. Пёс прыгает рядом, тявкает. Ему понравилось. Хочет ещё так поиграть. Глупый пёс. Глупый ты. Глупый и несчастный. Всё у тебя через жопу. Гоняешься за каким-то миражом. Дэн, конечно, тоже редкостный мудак. Помог тебе в очередной раз. Зачем вообще это всё? Ты удивлённо смотришь на свои босые грязные израненные ноги. До тебя только сейчас доходит, что ты бежал босиком. Босикомое!

– Ну ладно. Похоже, любовь сегодня и впрямь от меня ушла, – говоришь ты вслух. – Пошли домой, соб

а

к!