Страница 13 из 44
– Ну а здесь мы будем пользоваться этой постройкой для своих, – уверенно сказал Громов, первым входя внутрь. Из-за дверей пахнуло древесиной и металлом. – Хм. Уютненько…
Зал, открывшийся нашим взглядам, был огромен. Потолки в семь-восемь метров, исцарапанный дубовый пол, в ближнем углу – стойки с тренировочным оружием. Не самым разнообразным, но тем не менее. Рапиры, сабли, шпаги, полуторные мечи, короткие клинки – всё это было простеньким, без вычурности и украшений.
«За версту видно, что тут занимаются, а не делают вид».
– Новенькие? – раздался низкий голос откуда-то сбоку.
Мы почти синхронно обернулись, чуть ли не нос к носу столкнувшись с высоким, чуть-чуть сутулящимся мужчиной лет шестидесяти. Стариком его не повернулся бы назвать язык: он был могучим, крепким, поджарым, с тронутым морщинами лицом, но аккуратной бородкой и донельзя ясными, начавшими выцветать бордовыми глазами.
Одет он был в простую, свободную рубаху тёмно-серого оттенка, такие же свободные штаны и, неожиданно, обычные кроссовки. Ни катализатора, ни чего-либо подобного при нём видно не было.
– Мастер Клаус, я полагаю? – Дима первым шагнул вперёд, коротко, по-военному чётко поклонившись. – Студенты первого курса. Пришли ознакомиться с клубом клинкового боя. И, если позволите, размяться.
– Ознакомиться, значит, – мужчина хмыкнул, обведя нашу компанию цепким взглядом. – Шестеро… нет, пятеро, – он кивнул на меня, – с повязкой без справки к занятиям, даже демонстрационным, не допущу.
– Я тоже только зритель, – подняла руку Эльза, привлекая внимание.
– Значит, четверо, – согласно кивнул мужчина. – Впишите имена и фамилии в журнал, вон он, на стойке. Своё оружие, боевое или тренировочное, в зал приносить запрещено. Используются только здешний инвентарь. Ко всему относиться бережно, намеренно пытаться покалечить друг друга, использовать катализаторы в бою или воссоздавать с их помощью инвентарь – категорически запрещено. Сегодня за соблюдением правил наблюдают старшекурсники. От них же вам потребуется получить допуск, если вы хотите взять в руки оружие. Зрители могут разместиться на скамейках вдоль стен, или создать себе более удобные места. Вопросы?
– Как часто постоянные члены клуба получают травмы? – Эльза снова подняла руку, словно в школе на уроке. – Растяжения, переломы, сотрясения? Всё то, что значительно влияет на функциональность тела?
Клаус приподнял бровь, явно не ожидая такого вопроса. Впрочем, судя по тому, сколь одобрительно он хмыкнул, позиция Шталь ему понравилась:
– Не более десяти случаев в году, юная леди. Этот клуб зиждется не на примитивном мордобое, а на дисциплине тела. Контактный спарринг же подразумевает защитную экипировку, но сегодня она никому не понадобится. Я удовлетворил ваше любопытство?
– Всецело, мастер Клаус.
Мужчина кивнул и, проследив за тем, как мы внесли свои имена и фамилии в журнал, вернулся к скамье у окна, откуда, видимо, он и наблюдал за занятиями.
– Приятный старик, – тихо заметил Виктор, отложив авторучку. – Сразу чувствуется, что у него тут всё схвачено.
– Пф-ф, – фыркнула Эльза, осторожно взяв меня за локоть. – Идём, Лекс. Займём места получше, пока нас кто-нибудь чем-нибудь не прибил ненароком…
Махнув свободной рукой остальным, – дерзайте, мол, – я позволил отконвоировать себя к длинной деревянной скамье, одной из многих свободных. Отсюда открывался отличный вид на весь зал, и при том мы сидели достаточно далеко, чтобы никому не мешать, обсуждая любые вопросы.
Я опустился на жёсткое дерево. Эльза села рядом – близко, но не вплотную, закинув ногу на ногу и оправив юбку. Руки она сцепила на колене.
– Знаешь, а я ведь впервые в таком месте, – бросила девушка негромко, наблюдая за тем, как остальные из нашей компании выбирают оружие у стоек. – В сознательном возрасте, если точнее.
– Не интересовалась фехтованием? – я чуть приподнял бровь.
– Угу, – Эльза кивнула, и от меня не ускользнуло то, что она слегка напряглась. – В детстве я вообще боялась крови. И оружия. Всего, что с этим связано.
Я не торопился открывать рот, отчётливо ощущая, как вокруг нас сгущается атмосфера. Эльза не просто так начала этот разговор, да и чувствовалось, что каждое слово даётся ей не очень-то легко.
– С боязнью крови мне помогла справиться медицина. Ну, – она пожала плечами, поёрзав на месте. – Когда знаешь, как устроено тело, когда понимаешь всё вплоть до самых страшных ран, кровь становится просто частью работы. Весь ореол жути растворяется. Но оружие…
Она покачала головой, глядя за тем, как живо Громовы выбирают мечи по руке, сравнивая разные экземпляры «на вес».
– Оружие я всё ещё не люблю, Лекс. Оно создано, чтобы причинять боль. И чтобы убивать. Я понимаю, что это иногда необходимо, но… Мне от этого всё равно не по себе. Не знаю, зачем я вообще это сказала… но как-то оно так.
– И ты всё равно пришла сюда, – вздохнул я, пристально её рассматривая. Собранные в хвост вьющиеся огненно-рыжие волосы, тёмно-зелёного, почти чёрного цвета глаза, тонкая линия губ…
Эльза сейчас казалась какой-то очень уж уязвимой.
– Пф-ф, – она фыркнула тихо. – Да, пришла. За компанию. У меня же не фобия. Да и оружие тут не настоящее.
– Значит, «не настоящее», – произнёс я тихо, глядя за тем, как старшекурсники проверяют экипировку наших друзей. – Что ж, это многое объясняет.
– Что именно? – во взгляде Эльзы промелькнуло лёгкое подозрение.
– Твоё отношение к фехтованию. Я-то думал, причина в нехватке времени или, действительно, в травматизме. А тут, – я ненавязчиво толкнул её плечом, – всё куда прозаичнее.
– А ты, наверное, ожидал, что любая аристократка по-умолчанию владеет хотя бы рапирой?
– Скорее предполагал, – признался я. – Но в моих глазах это не минус, Эльза.
Но девушка уже поджала губы, а между нами повисла не неловкая, а какая-то напряжённо-задумчивая тишина.
На площадку тем временем вышли Громовы. Дима взял саблю – широкую, массивную. Лиза же выбрала парные клинки, один короче другого. Им довольно быстро озвучили правила, после чего родственники сошлись в спарринге – быстром и агрессивном.
Дима безостановочно пёр вперёд, Лиза – защищалась. Двигались они умело, но не слишком активно. Без той искры, которая отличала бой от спарринга.