Страница 43 из 157
Обстрел продолжался около двадцати минут.
Когда разрывы стали реже, Штурмин поднялся к наблюдательному пролому. Немецкая пехота отошла за соседние здания. Танки находились дальше по улице и больше не пытались приблизиться.
Подбитая машина во дворе оставалась неподвижной.
Люк башни был закрыт. Двигатель несколько раз кашлянул и заглох. Экипаж либо погиб, либо ещё находился внутри.
Щербина подошёл к Штурмину из подвала. Лицо сапёра было покрыто кирпичной пылью, на рукаве темнела кровь, но двигал рукой он свободно.
— Ящик сработал, — сообщил Щербина, осматривая проход. — В следующий раз поставим выше. На балке над лестницей ещё держится железо, туда можно добавить обрезков и накрыть весь пролёт сверху.
Штурмин посмотрел на переплетение труб и обрушенных перекрытий.
— И ещё один заряд спрячем в станине у второго цеха. Пусть ищут ящики на полу.
Щербина кивнул и направился к своим людям.
Руденко появился немного позже. Капитан прошёл по нижнему этажу, принял доклады командиров и приказал подсчитать потери.
Третье отделение потеряло двух человек убитыми и пятерых ранеными. Один из раненых мог остаться в строю после перевязки. У Сивого снова была рассечена щека, на этот раз осколком кирпича, но пулемётчик отказался идти к санитару, пока не закончил чистить «ДП».
Во дворе насчитали больше двух десятков убитых немцев. Несколько раненых ещё подавали признаки жизни. Их вытащили после того, как сапёры проверили проходы и пространство возле танка.
Штурмин спустился к погрузочной площадке.
От бочки остались искорёженные полосы металла. Бетон почернел, деревянные обломки догорали у стены. Проход, где стоял ящик с металлическим мусором, был завален телами, щепой и кирпичом.
Он вызвал двух бойцов и приказал расчистить только узкую дорогу для санитаров. Остальное до осмотра сапёров трогать запретил.
После этого Алексей вернулся в подвал, развернул заводскую схему на ящике и начал отмечать разрушенные проходы, новые сектора огня и места, через которые немцы смогут войти при следующем штурме.