Страница 16 из 244
Какое-то время генерал молча смотрел на Крячко. Понятное дело, что с недоверием и сомнением. Иначе было и нельзя. Петр Николаевич по своему опыту знал, что означает выражение «быть на ответственном задании». Оно могло означать все что угодно. И, главное, попробуй хоть как-то докопайся до сути этого выражения, а тем более попробуй его опровергнуть! Это было не просто само по себе расплывчатое выражение, это была просто-таки непрошибаемая крепость! Сколько раз сам Петр Николаевич, будучи еще обычным рядовым оперативником, произносил перед начальством эти таинственные слова! «Где это вы были, товарищ лейтенант? — спрашивал, бывало, Орлова какой-нибудь начальник. — Полдня не могу вас найти!» — «Как где? — удивленно вопрошал лейтенант Орлов. — Я был на ответственном задании!» — «Это на каком же?» — с недоверием вопрошало начальство. «На секретном!» — не моргнув глазом отвечал лейтенант Орлов. Да, было, было…
— Ладно, — хмыкнул Петр Николаевич. — Когда-нибудь он таки вернется со своего задания…
— Это уж непременно! — заверил Крячко. — Можете в том не сомневаться!
— Пока мне хватит и тебя одного, — сказал генерал. — Проходи, присаживайся. Тут, понимаешь, такое дело… Интересное дело, в чем-то даже загадочное…
— Я весь внимание, — сказал Крячко.
— Ты знаешь, где находится город Новореченск? — спросил генерал.
— Разумеется! — с готовностью ответил Крячко. — Не доезжая нескольких верст до Парижа.
— Приблизительно там он и находится, — самым серьезным тоном произнес генерал. — Настоящая, понимаешь, глубинка. Леса, реки, воздух… Ну и все такое.
— Понимаю, — сказал Крячко. — Мы со Львом Ивановичем должны будем съездить туда на экскурсию. Я не ошибся?
— Пока что ни о какой экскурсии речи не идет, — сказал Петр Николаевич. — Пока у нас разговор сугубо теоретический. В общем, слушай, что я тебе скажу…
И генерал рассказал Станиславу Крячко о загадочных событиях в городе Новореченске. То есть об убийстве молодой женщины и обо всем прочем, что с этим убийством связано. Крячко молча выслушал и сказал:
— Ну, убийство… Ну, положим, присутствует в нем некая загадочность… Так и что же? Каждое убийство по-своему загадочное.
— Так ведь я не все еще тебе рассказал, — возразил генерал Орлов. — Ты, конечно, прав — в каждом убийстве таится загадка. Но это смотря какая загадка. Есть, скажем, такие загадки, которые поддаются логике и осмыслению, а есть и другие. Нелогичные загадки, можно сказать, бессмысленные… Точнее, загадки с трудноуловимым смыслом.
— Так! — произнес Крячко. — Значит, загадка с трудноуловимым смыслом в ее новореченском исполнении. Ну-ну…
— А ты не ерничай, — сказал на это генерал Орлов. — Потому что все так и есть на самом деле. Загадка с трудноуловимым смыслом и притом, сдается, даже не одна. Возьмем, к примеру, флеш-карту, найденную у убитой женщины. Точнее сказать, не саму флеш-карту, а ее содержимое…
— И что же такого на ней отображено? — спросил Крячко.
— А вот ты послушай…
И генерал рассказал все о флеш-карте. Вернее, о том, что на ней находилось.
— Как вы сказали, прибор для угадывания мыслей? — переспросил Крячко. — Интересно… Нам, уголовному розыску, такой прибор не помешал бы, это уж точно. Ведь не помешал бы?
— А ты не скалься! — сказал Орлов и поморщился. — Какое-то у тебя сегодня настроение — просто-таки предельно ехидное. К чему бы это? Давай-ка настраивайся на серьезный лад. А то, понимаешь ли, один на ответственном задании, другой скалит зубы… А дело-то непростое, уж поверь моему предчувствию! Я хоть и старый пес, но нюх у меня еще не выветрился.
— Прошу прощения, — склонил голову Крячко.
— Вот это другое дело. Ну, слушай дальше. Тамошние, новореченские, специалисты в один голос заявили, что на флеш-карте — сущая ерунда. Чушь, бессмыслица. Какой такой прибор для угадывания мыслей? Откуда бы ему взяться? Но на всякий случай эти самые специалисты посоветовали обратиться за разъяснениями в высокие научные инстанции. Ну а где они находятся, эти самые инстанции? Здесь, в Москве. Ты понимаешь, о чем я?
— Не совсем, — сказал Крячко. — Вот пускай они и отправляют флеш-карту в эти инстанции. Мы-то тут при чем?
— В высоких научных инстанциях трудятся всякие профессора, академики и прочие доктора наук, — сказал генерал. — Ученый народ! А значит, они люди занятые. Они, может, и вовсе не захотят вникать в содержимое флеш-карты. Отмахнутся да еще и поднимут нас, сыщиков, на смех. Вот, скажут, подсунули нам научную фантастику… А даже если и не отмахнутся, то все равно нам с того радости мало. Потому что изучать эту чертову флеш-карту они могут и месяц, и три месяца, и полгода… Ну а что, если эта флеш-карта имеет какое-то отношение к убийству? Мало ли что на ней накорябано? Может, это какое-нибудь зашифрованное сообщение? Или я уж и не знаю, что там может быть. Но карту-то ведь нашли при убитой женщине! Такое, понимаешь, дело…
— Значит, женщину убили, а флешка с непонятным содержимым нашлась у нее в кармане… — задумчиво произнес Крячко. — В самом деле загадка…
— Ну, а я о чем толкую! Разве это не загадка?
— Загадка, — согласился Крячко. — Да, загадка… Вот только мы-то тут при чем? Что, наши коллеги в этом Новореченске просят, чтобы мы им помогли?
— Просят, — подтвердил генерал.
— Что ж, теперь понятно. Нам с Гуровым нужно ехать в Новореченск?
— Думаю, что пока нет. Для начала хватит и того, о чем коллеги из Новореченска нас попросили.
— И о чем же?
— Ускорить процесс, — сказал генерал. — Убедить всех этих академиков, докторов и кандидатов, чтобы они дали свое заключение о той фантастике, которая на флеш-карте. Чтобы они не откладывали дело на завтра, а тем более на послезавтра.
— Что ж, задачу я понял, — отчеканил Крячко. — И готов вступить в контакты с ученым миром. В научные пререкания, так сказать. Убедить их, дать, образно выражаясь, пенделя, дабы они не затягивали с этим делом. Я правильно говорю?
— В общем, да, — сказал генерал. — Но только, конечно, без грубостей. Все-таки кандидаты, профессора, академики… Это тебе не какая-нибудь шпана замоскворецкая…
— Ясное дело, — согласился Крячко, поднимаясь. — Ну так где она, та драгоценная флешка?