Страница 5 из 6
Глава 1. Дух
«Выкорми ворона, и он выклюет тебе глаз», – думаю я с улыбкой, забирая бутылку виски у мужчины, которого собираюсь в скором времени прикончить.
– Учти, пойло крепкое – сносит крышу напрочь, – ухмыляется тот, демонстрируя кривые желтые зубы.
Неимоверно хочется застонать. Как сдерживаюсь – сама не знаю.
– Именно такое мне и нужно.
В глазах моего собеседника будто чего-то не хватает, и чем шире расплывается его ухмылка, тем яснее это видно. Я уже замечала такие взгляды прежде – когда маска на лице не в силах скрывать истинную натуру человека.
– Берешь одну – вторая за полцены.
Он кивает на стол, уставленный разномастными бутылками. Их явно использовали уже не раз: стекло успело поцарапаться и помутнеть. Верчу в руках свою, глядя, как янтарная жидкость лениво стекает по стенкам. Невольно морщусь. Снова ловлю на себе взгляд, и меня передергивает.
– Мне и одной достаточно, спасибо, – говорю я, протягивая деньги.
Улыбка у мужчины на мгновение пропадает. Левый глаз дергается.
С него и начну.
Мимо нас, едва не врезавшись, пролетает лихо отплясывающая парочка. Из динамиков по всему амбару разносятся вопли Люка Комбса. Мужчина смотрит танцорам вслед: вроде спокойно, но я замечаю легкую гримасу раздражения – поседевшие брови на миг сходятся вместе, а в уголках глаз залегают недовольные морщинки.
Он снова поворачивается ко мне, поправляя кепку на коротко остриженных сальных волосах. От мужчины едко пахнет куриным пометом. На кепке овальный логотип: вышитая курица, а поверх нее затертая надпись – «Манстер и сыновья».
Вот и попался со всеми потрохами.
– Кэрри Уинстон, – говорю я, протягивая мужчине руку. Имя, разумеется, фальшивое – его я придумала в дань уважения своему милому, хоть и злому котику.
– Аллан Манстер.
Он пожимает мне ладонь. Пальцы у него мозолистые, все в разводах машинного масла, под короткими ногтями забились тонкие полоски грязи.
– Что делаешь в наших местах? Проездом?
Я пожимаю плечами.
– Да, катаюсь вокруг.
– Любишь танцы? – Он кивком указывает на местных в амбаре, которые лихо отплясывают или стоят вдоль стен с пластиковыми стаканами пива в руках, пристроившись поближе к ярко-синим переносным холодильникам. В колонках включают «Гудбай, Эрл» от группы The Chicks, и я еле сдерживаю улыбку, которая могла бы показаться слишком уж… хищной.
– Есть немного. – Я все-таки улыбаюсь краешками губ. – Надо же как-то убить время. А что тут еще бывает интересного?
В глазах собеседника загорается огонек.
– Походы любишь?
Я снова пожимаю плечами.
– Люблю.
– Тогда загляни в здешний заповедник, в Спроул. Там отличные тропы. По дороге есть антикварная лавка «Риверсайд Антикс», если хочешь посмотреть всякие безделушки или мебель, например. А если вдруг передумаешь и решишь взять еще немного виски, можешь заехать ко мне на Вэлли-роуд. – Он тычет пальцем в свою кепку. – Спросишь ферму Манстера. В основном я держу кур, но немного балуюсь и домашней перегонкой.
Я разглядываю этикетку на бутылке. «Манстер муншайн премиум-виски». Какое абсурдное сочетание. Содержимое больше напоминает не премиальный виски, а самый дешевый самогон, какой только можно представить. В жидкости плавают какие-то хлопья, которых, как я понимаю, при стандартном процессе перегонки быть не должно. Хотя я, конечно, не эксперт. Но одно знаю точно: мой обожаемый супруг с радостью вылакает эту дрянь, а через пару часов будет, напившись вусмерть, распевать «Каменистую дорогу в Дублин». Его старший братец, Лахлан, скорее всего, тоже не удержится и опрокинет вместе с ним пару стопок. В итоге завтра оба станут мучиться таким лютым похмельем, что от них будет мало толку в нашей ежегодной охоте на серийных убийц.
У каждого должно быть свое хобби. Например, убийство самых конченых тварей, каких только носит земля, превращенное в небольшое состязание. И я не собираюсь уступать свой титул чемпионки Ежегодного августовского турнира даже любимой родне.
Я на секунду задумываюсь, не купить ли вторую бутылку, но мне нужно выиграть партию, а не случайно угробить мужа.
– Ясно, – киваю я.
– Хочешь, налью попробовать? – спрашивает Манстер.
– Нет, спасибо, и так сойдет.
– Почему не хочешь? Городская девочка обычно такое не пьет?
Манстер улыбается, будто шутя, но мелкий нервный тик в уголке глаза выдает его истинный настрой – раздражение никуда не делось. Он явно опасный тип. Честно говоря, мне это нравится. Хотя внешне я, разумеется, ничего не показываю.