Страница 8 из 77
Глава 5. Ева
Утро в магазинчике у заправки начинается привычно. Для девчонок утро, а для меня конец смены. Мне так проще - ребенок по ночам спит, маме моей меньше с ним возиться.
- Девяносто второй, пять литров, - чеканю привычно в переговорное устройство. Приветливо улыбаюсь мужчине на кассе, пробиваю чек.
Коллега Наталья уже наливает ему двойной «Американо» и запихивает хот-дог в микроволновку, подогреть.
- Все, Нат, я домой, - поворачиваюсь к ней и устало открепляю от униформы бейджик.
Мобильный телефон вибрирует вызовом. Звонит мама. Я знаю, что она мне скажет, поэтому не тороплюсь брать трубку. Но мама настойчива, как никогда.
- Да, мам? - начинаю без приветствия.
- Ева, отец снова приходил к нам домой. Он очень зол! Пойми, ты не можешь отказаться, - звенит истерикой ее голос. Тоже без приветствия. Ее можно понять. Позавчера вечером я опозорила свою семью повторно, сбежав со смотрин и нагрубив Арсену Набиеву, который до сих пор находится под стражей. Мне повезло, что полиция решила провести свой рейд именно на наш праздник.
Я молчу. Мне нечего сказать. Я опозорила семью уже давно. Связалась с русским офицером, любила его до безумия… Если бы у меня был хотя бы один шанс уехать из этой дыры, я бы им воспользовалась. Но шансов у меня нет. Без денег с ребенком на руках я никому не нужна.
- Молчишь?... Ты все время молчишь! Иман предлагает хорошую сделку. Ребенок получит его фамилию!
- Я не хочу, чтобы моего ребенка воспитывал бандит, мама… - шепчу едва слышно, а голос дрожит. Слёзы обжигают горло, и я выключаю мобильник.
Не хочу с ней разговаривать. Это бессмысленно. Да и стычка с Босовым накануне определила мою дальнейшую судьбу. Если не свершится чудо, дорога у меня одна - в объятия Имана навечно.
В голове кружатся тревожные мысли о том, что надо было уезжать отсюда сразу, как только выяснилось, что я беременна. Возможно, тогда я ещё могла что-то изменить. А теперь все усложнилось.
С досадой срываю с груди бейджик, снимаю через голову черный фартук.
У стойки притормаживает мужчина. Я поднимаю на него усталые глаза. Моя смена закончена, но я готова его обслужить, пока Ната возится с кофе для предыдущего посетителя.
Рассматриваю его несколько мгновений. Мужчина весьма привлекателен. На вид ему лет сорок, может, чуть больше. Его темные волосы коротко острижены, четко выведенная небритость на скулах придает ему суровости. Серо-голубые глаза настолько выразительны, что у меня по коже бегут мурашки. Четкая линия губ, сталь во взгляде. Видно, что суровый незнакомец привык гнуть свою линию и вести жесткую, бескомпромиссную игру. Мне кажется, он на кого-то до боли похож, но отгоняю от себя догадку.
- Я вас слушаю? - возвращаюсь за стойку. - Бензин? Сколько литров?
Смотрю на него с ожиданием.
Мужчина молчит. С интересом меня рассматривает. Задумчиво потирает колючий подбородок. От его молчаливого и пронзительного взгляда я ёжусь. Я и так уже вторые сутки на нервах, а тут ещё непонятный клиент. Немой, что ли? Ловлю себя на мысли, что где-то его видела. Только вот где? Никак не могу вспомнить.
До моего обоняния доносится аромат его туалетной воды - что-то холодное, как лед в Антарктике. Мне, конечно, не до мужчин, но этот экземпляр настолько привлекателен, что даже если он немой, внешность полностью компенсирует этот недостаток.
Взгляды на миг встречаются, и у меня по коже против воли бегут мурашки. Он не похож на Имана, который приходил накануне в наш дом и вел себя, так, будто я его собственность. Он похож… сердце в одно мгновение раскалывается напополам, когда я понимаю, на кого он похож.
- Надо же, какие у вас глаза выразительные, - внезапно сообщает мужчина, тем самым разрушая мое предположение о том, что он немой. - Никогда таких глаз не встречал. Думал, шутят про красоту падчерицы Эдуарда Галаева.
Усмехаюсь неловко. О моих глазах всегда говорил отчим. Его поражала их глубина и цвет. Я злилась. Мне казалось, это больше насмешка, чем комплимент.
- Полковник Багров. У меня есть к вам пара вопросов по поводу заправок вашего отчима, - спокойно сообщает незнакомец и рушит все короткое очарование момента. Достает красную корочку, и мое сердце, оборвавшись во второй раз, летит куда-то вниз.
Багров Виктор Константинович - написано на ксиве. Несколько секунд я внимательно смотрю на красивые, волевые черты лица собеседника. В голове всплывают обрывочные фразы подельников отчима, которые часто трутся рядом с заправками, фото из криминальной хроники... От страха язык прилипает к нёбу. Багров - и есть тот самый следователь по особо важным делам, визита которого отчим весьма опасался в последние два месяца? Не только отчим, но и все его партнеры по теневому бензиновому бизнесу избегали прямого столкновения с присланным из столицы новым начальником отдела по борьбе с организованной преступностью.
«Неподкупный мент - плохой мент», - цедил сквозь зубы Арсен Набиев. За последний месяц местная бизнес-элита пыталась сместить полковника с должности, его даже пытались заказать, но все тщетно. Снайпер промахнулся и отправился на тот свет - новый начальник оказался метким стрелком. Что он тут забыл, интересно?
- Это допрос? - жутко тушуюсь. Я не знала, что новый начальник - тоже Багров. Может ли быть такое, что они с Русланом родственники? Если так, то понятно, отчего его так боятся. Кровная месть - страшная вещь.
Губ полковника касается едва заметная улыбка.
- Какой же это допрос, барышня? Ведь мы с вами не в моем кабинете. Да и у меня сегодня выходной, как у всех нормальных людей. Сегодня воскресенье.
Мне с трудом удается подавить вздох. У всех нормальных людей выходной, а у падчерицы Галаева ночная смена только что подошла к концу.
- И часто вы в свой выходной на рассвете прогуливаетесь по придорожным кафе на заправках? - срывается против воли, и я тут же прикусываю язык. Допрыгаюсь, что и меня вслед за Арсеном отправят за решетку.
Но Багров не злится. Наоборот, его четко очерченных губ касается кривая ухмылка - нечто похожее на усмешку.
- Иногда бывает, - отвечает он. - Кстати, хотите чашечку кофе? Заодно и побеседуем.
- Здесь, в этой тошниловке? Не хочу, - качаю головой. - Спрашивайте так, без кофе.
Багров несколько мгновений рассматривает мое лицо.
- А если я приглашу вас позавтракать в другое место? Согласитесь?