Страница 48 из 77
Глава 34. Ева
Утро следующего дня выдается суетливым. Иман выполняет свое обещание - мы отправляемся в Дербент на другой машине - неприметном черном внедорожнике, каких в округе сотни. Даже номер, и тот сливается с другими номерами. Ни за что не запомнить. Конечно, мой муж недоволен. Машины - его страсть. А тут придется ехать не на новой «Бентли», а на старом внедорожнике. Но недовольство он держит при себе. Накануне перед сном я решилась примерить сорочку, которую подарила свекровь, и наша ночь с лихвой окупила его страдания по этому поводу.
Прежде, чем попадем в Дербент, мы заедем в гости к родителям Имана, они пригласили нас на завтрак. От их дома до Дербента рукой подать, всего час езды. После завтрака свекровь предложила моему мужу оставить ребенка погостить до вечера у них в доме. Пояснила: чтобы привыкал. Ему даже приготовили отдельную детскую комнату в доме.
Мне приятно, что родители мужа готовы взять на себя ребенка, пока мы с Иманом будем в Дербенте. В отличие от меня, моему мужу с родителями повезло - они принимают его выбор, как есть и готовы поддержать.
Я наряжаю Русика в новый костюм. Надеваю ему новые сапожки. Его не удержать - рвется к Айне на кухню, показать, какой он красивый.
Выпускаю его из рук и иду в нашу с Иманом спальню, где меня ждёт приготовленное платье для визита к родителям.
Взгляд падает на постель, и по коже бегут колючие мурашки. Чувствую, как краснею и отвожу глаза. Не знаю, сколько раз за ночь я, задыхаясь от страсти, умирала и воскресала в жарких объятиях мужа на этих простынях, но заснуть мне удалось лишь на рассвете. Иман никак не мог насытиться. Брал меня снова и снова, и когда казалось, что у нас закончились силы, внезапно, то-то начинало искрить, и нас вновь заносило совсем не в сон.
Мне нравилось то, что он со мной делал. Мое тело, обычно такое неживое, внезапно расцвело. Оно реагировало на откровенные прикосновения ответной страстью, и это заводило мужа ещё сильней.
Гоню порочные воспоминания прочь и тянусь за платьем. Оно строгое, черного цвета. Длина до колен, руки и грудь полностью закрыты. Колготки и длинные сапоги дополнят образ, а шелковый платок цвета горького шоколада и новая шубка добавят шарма. День выдался теплый и солнечный, но я все равно надену шубу, уж больно мне нравится этот подарок мужа, в отличие от золота, которого так много, что его некуда складывать. Идея сдать часть украшений и обменять их на деньги кажется мне разумной. Ведь в другой стране, пусть даже это дружелюбный Кипр, без денег никак.
Я почти заканчиваю с макияжем, когда в спальню заглядывает Иман. Он в джинсах и мягком черном свитере. Мое обоняние улавливает терпкий восточный аромат его мужских духов. По коже летят мурашки, а внизу живота что-то сладко сжимается - с тех пор, как между нами началась близость, мое тело очень остро реагирует на его персону. Удивительно - он так долго меня добивался, а я только сейчас заметила, что у меня привлекательный муж.
- Готова? - интересуется он.
Киваю. Спохватываюсь:
- Чуть не забыла духи.
Пока я наношу духи, муж придирчиво осматривает мой наряд.
Наконец в его глазах мерцает удовлетворение. .
- Охрана уже подогнала машину, можем ехать. Мама звонила, они нас ждут.
- Тогда поехали?
Я иду за Русиком. Забираю сына из столовой, и мы втроем выходим во двор. Айна выглядывает на порог, машет нам рукой.
- Пока, Ана! - весело кричит Русик. Машет ей в ответ своей маленькой ручкой и улыбается. Айна улыбается в ответ:
- Пока, малыш!
Двор залит солнцем, и я прикрываю глаза ладонью. В воздухе витает свежесть. Как будто не разгар зимы, а ранняя весна. Я смотрю на открытые двери большого гаража. «Бентли» там нет. Видимо, ее отогнали на вулканизацию, чтобы отбалансировать. Отвожу взгляд. Я не теряю надежды убедить Имана избавиться от подарка. Не нравится он мне, и все.
- В Дербенте будет хорошо сегодня, - открывая нам с Русиком заднюю дверцу, делится со мной Иман. Опаляет мои губы потемневшим взглядом и загадочно улыбается.
Я вспыхиваю, отвожу глаза. Отчего-то смущаюсь. Муж ждёт, когда мы устроимся на заднем сиденье, и только после этого сам садится за руль.
Машина набирает скорость. За нами следом едет охрана. Машины несутся по горной дороге, а солнце играет с ручками дверцы и обивкой, рассыпается солнечными зайчиками.
- Мама, смотри, смотри, - Русик пытается остановить игру света ручкой, но зайчики обводят его вокруг пальца. Малыш сопит. Недоволен. Хлопает ладошкой по обивке, а я смеюсь. Наверное, я смеюсь впервые с того момента, как меня увезли из родного поселка.
Поднимаю голову и наталкиваюсь на глаза мужа в зеркале заднего вида. Его взгляд пробирает до колючих мурашек.
Свекор Ибрагим встречает нас во дворе. Они с Иманом обнимаются, я сдержанно киваю. В вольере в углу двора разрывается лаем большая кавказская овчарка. Притягиваю сына к себе ближе, переминаюсь с ноги на ногу. Лай собаки меня пугает.
На пороге показывается свекровь Амина. Машет нам рукой, и я с облегчением веду сына к ней.
- Приехали? - она радуется. Целует меня в щеку. - Ох, дочка, как тебе идет шелковый платок! Ты в нем, как будто сошла с обложки журнала.
- Спасибо, - застенчиво киваю. Я не привыкла к комплиментам.
Свекровь ведет нас с Русиком в дом, помогает снять с него комбинезон и сапожки.
Я осматриваюсь.
Дом у свекров не такой большой, как тот, где живем сейчас мы. Но столовая просторная. В центре стоит добротный стол, стулья ему в тон. На стенах висят картины, в основном горные пейзажи. Большая арка соединяет столовую с кухней. Есть гостиная, две спальни и мансарда. Все оформлено в восточном стиле. На полах цветные ковры, на диванах покрывала и расшитые золотом подушки.
Пока Иман беседует с отцом, Амина ведет меня в одну из спален. Здесь пол устелен повсюду устелен пушистым ковром. У одной из стен стоит небольшой диванчик с бортиком. У окна объемный ящик для игрушек и запакованные в коробки подарки.
- Смотри, Ева, здесь мы с отцом решили сделать детскую. Она просторная, хватит места, чтобы побегать. А когда у вас появятся ещё дети, им не будет тесно играть вместе. Да и для ещё одной кроватки найдется угол.
При словах о детях я краснею. Снова встают перед глазами сцены из прошлой ночи, и под кожей против воли разливается жар. Если мы с Иманом будем продолжать в том же духе, дети точно не за горами.
- Очень уютно, спасибо, - произношу с благодарностью. А Русик, вырвав свою ручку из моей руки, несется к игрушкам.
Притормаживает, оборачивается.
- Моно? - спрашивает со страхом.