Завязка на любовь

— Гордей, помнишь Василису? – спрашивает мама, выходя из кухни с подносом картофельной запеканки в руках. Вслед за ней в гостиной появляются Анна и сама Василиса.

Растерянно киваю, смотря на девушку. Конечно, я её помню. И пусть в последний раз я видел Васю, когда ей было пятнадцать, то есть больше восьми лет назад, встреть я её случайно на улице, я бы легко её узнал. Да, она повзрослела, короткие пшеничные волосы отросли почти до талии, черты лица заострились, фигура, наоборот, округлилась, стала женственнее, но в зелёных глазах плещется всё то же озорство. Её глаза.. Она всегда смотрела на меня так, словно видела больше, чем остальные.

Бондаревы переехали в Берёзки через год после нас. Васе тогда только исполнилось десять, и помимо того, что она была младше меня на два года, так ещё и ростом едва доходила до моего подбородка. Она была для меня малявкой, и ни о какой дружбе и речи быть не могло. А вот наши отцы сдружились довольно быстро, и мы стали часто гостить друг у друга. Вася перевелась в мою школу. Сначала всё было хорошо, но потом у неё начались проблемы с русским и литературой, и её родители попросили меня помочь ей подтянуть эти предметы.

Тогда-то всё и началось. После нескольких занятий Вася призналась, что я ей нравлюсь. Я тактично ответил, что она тоже нравится мне как человек. Вроде бы и послал, но вежливо. Но тогда я ещё не понимал масштабов надвигающейся катастрофы. Вася стала меня преследовать. Ладно, «преследовать» – громко сказано, но она буквально таскалась за мной по пятам. Где бы я ни был, Вася тоже там появлялась. А потом она начала трепать одноклассницам, что мы встречаемся. Слух разошёлся по школе, и надо мной стали угорать друзья из-за того, что я якобы встречаюсь с малолеткой. Это было последней каплей, и я по-тихому стал Васю ненавидеть.

С появлением соцсетей всё стало ещё хуже – Василиса начала преследовать меня не только в жизни. Она оставляла лайки и комменты на все мои публикации, а истории просматривала в первые же минуты выкладки. Меня начало это дико раздражать, и я её заблокировал, но и это не помогло мне окончательно избавиться от Васи. Наши семьи дружили, а значит, на любых праздниках мы всегда оказывались с ней за одним столом. Тогда в выпускном классе я пошёл на крайние меры и специально замутил с её лучшей подругой, надеясь, что за это Василиса меня возненавидит и отстанет. Не просчитался. Отстала. Перестала писать и даже не пришла на мои проводы в Москву. И вот спустя столько лет мы снова встретились с ней в нашей гостиной.

Садимся за стол. К счастью, Вася не садится напротив, а это значит, что нам не придётся весь вечер вечно сталкиваться взглядами. Однако любопытство берет верх, и я снова начинаю её рассматривать. Прямой, чуть приподнятый аккуратный носик, пухлые губы, знакомые ямочки на щеках, заострённые уши, словно у эльфа. Ва-си-ли-са. Долго же мы не виделись.

— Так здорово, что ваш с Васей приезд совпал! – радостно говорит Всеволод, не замечая возникшего между нами напряжения. – Васька сюда на практику приехала.

— Ой, Василис, рассказывай, – подключается моя мама.

— Окончила художественный, решила, что хочу иметь ещё и педагогическое образование. У нас в институте были дополнительные пары для желающих, но для разрешения нужно пройти ещё практику.

Как же давно я не слышал её голоса. Не скучал, конечно, но эмоции вызывает сильные. Как тогда, когда случайно находишь вещь, утерянную много лет назад. А тут не вещь, а целый потопленный корабль.

— Вот Вася и выбрала для этого нашу местную художественную школу, – с гордостью за дочь продолжает Анна.

— Как замечательно! – Мама буквально разрывается от восторга. – Значит, задержишься здесь? Гордей к нам вот тоже на весь месяц приехал, можете погулять как-нибудь или сходить куда-то..

— Мам. – Предупреждающе смотрю на маму. – Мы разберёмся.

— Что я такого сказала? – Мама хлопает глазами и в поиске поддержки смотрит на Василису.

— Тётя Оль, боюсь, мне надо готовиться к практике.

— Ох, конечно, – раздосадованно вздыхает мама, а я впервые сам поднимаю глаза на Васю. Не поддержала мамину идею, отказалась от встречи со мной. Значит, переживать и правда не стоит. Прошлое осталось в прошлом.

Едва заметно киваю ей в знак благодарности. Вася кидает в ответ понимающую улыбку, и я невольно останавливаюсь взглядом на её губах, покрытых лёгким блеском. Раньше Вася не красилась.

— А у тебя, Гордей, как дела? – спрашивает Всеволод. – Видел, у тебя недавно ещё одна книга вышла. Купил, но ещё не успел прочитать. Предыдущая про королей была очень занятной. Всё уговариваю Ваську прочитать, но она ни в какую – говорит, что фэнтези ей неинтересно.

«Неинтересно» – почему-то именно это слово задевает меня. И вместо того чтобы порадоваться ещё одному признаку Васиного безразличия ко мне, я чувствую лёгкое негодование.

— Просто времени пока нет, – подаёт голос Василиса и смотрит на меня виновато, мол, прости моего отца, глупость сморозил.

— Ничего, – вывожу безразличие в голосе до максимума, – понимаю.

— А сейчас о чём пишешь? – снова спрашивает Всеволод.

— Кхм. – Облизываю губы, обдумывая, говорить или не говорить, и всё же говорю: – О любви.

Василиса тихо хихикает, и я спрашиваю немного резко:

— Что?

— Прости, – снова виноватый взгляд, – я не хотела. Просто ты и любовь.. вау!

— Что-то не так?

— Нет, нет, – извиняющимся тоном говорит Вася, но её зелёные глаза снова озорно горят, – эту книгу я бы прочитала. Правда.

Разговор плавно перетекает в обсуждение предстоящего похода. Вернее, общаются больше наши отцы, мы же с Василисой просто молча слушаем. Мне казалось, что хуже, чем сегодняшний вечер, быть не может, но, когда Всеволод сообщает, что с нами в поход пойдёт ещё и Василиса, я буквально давлюсь только что выпитым морсом.

Знал бы, ни за что бы не приехал. Ходил бы по всем заготовленным Борисом мероприятиям и радовался. Только вот поздно давать заднюю. Отец меня уже никуда не отпустит.

— А разве тебе не надо готовиться к практике? – Ловлю Василису в коридоре, когда их семейство собирается уходить. – Какой поход?

— Слушай, я не совсем понимаю. – Василиса бойко поднимает голову, и я на мгновение теряюсь, видя её глаза так близко.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Так не иди, – со всей серьёзностью говорит она. – Я хочу провести время с отцом. А если ты боишься, что я снова начну тебе докучать, то не беспокойся, это давно в прошлом.