Страница 31 из 60
— Правда? – То, как у Марты загораются глаза, просто очаровательно.
— Конечно. – И уточняю: – Если позовёшь.
— Систр, подожди на улице, – просит Марту Юра.
Марта хмыкает как-то чересчур осознанно и исчезает за дверью. Юра берёт меня за руки и смотрит пристально. Так, что ноги подкашиваются. Неужели поцеловать хочет? Божечки!
— Мы завтра снова не сможем увидеться, надо уехать на денёк, – говорит он виновато. Ясно, напугала парня своей истерикой. – Но на послезавтра точно ничего не планируй. И на послепослезавтра.
— И на послепослепослезавтра? – спрашиваю я лукаво.
— И даже на послепослепослепослезавтра, – улыбается Юра, продолжая держать мои ладони в своих, отчего меня вот-вот пробьёт мелкой дрожью. – Если захочешь.
— Зависит от того, что ты готов мне предложить.
— А если я предложу тебе себя? – тихо спрашивает Юра.
Кажется, ничего интимнее я ещё не слышала.
— Думаю, маловато, – отвечаю я, понимая, что уже откровенно флиртую.
— А если к себе я приложу ещё и карамельный фраппучино с вафельной крошкой?
— Идёт.
Дверь резко открывается, и в проёме появляется возмущённое лицо Марты.
— Юр, ну ты скоро? Я замёрзла.
— Иду, – закатив глаза, отвечает сестре Юра и затем уже обращается ко мне: – Я тебе скину список того, что надо с собой взять туда, куда мы отправимся послезавтра.
— Список?
— Ты всё поймёшь, – отвечает Юра и затем кричит в коридор: – Мария Альбертовна, до свидания!
— До свидания, Юрочка! – кричит из кухни бабушка.
Мы в последний раз пересекаемся взглядами, и Юра вслед за Мартой исчезает за дверью.
Гордей
Просыпаюсь в обед, и то не по доброй воле, а из-за долбаной мелодии вызова. Раздражённо беру телефон с полки. Ларионова.
— Алло, Поль.
— Ты что, спишь, что ли? – удивлённо спрашивает Полина.
— А что, мне нельзя поспать?
— У-у-у-у-у, кто-то не в настроении, – сразу считывает меня подруга. – Колись, что случилось?
— Ничего не случилось, – бурчу я.
— Ага, рассказывай.
— Ты ржать будешь.
— Не буду.
— Будешь.
— Даже если буду, переживёшь.
Жму на громкую связь и кидаю телефон на подушку рядом с собой. Что ж, если я и могу с кем-то поделиться, то только с Полиной. А поделиться, видимо, надо, иначе из-за отсутствия нормального режима меня или мать в дурку отправит, или отец отвезёт в лес.
— Кажется, я влюбился.
Жду, когда на другом конце трубки послышится Полин смех, но вместо этого она спокойно спрашивает:
— В кого? В ту, которой свидание устраивал?
— В ту, которая мне это свидание загадала.
Короткий смешок всё же слетает с Полининых губ, но она быстро берёт себя в руки.
— И в чём проблема?
— Например, в том, что несколько дней назад один урод совал свой язык ей в рот.
— А она что?
— А она отвечала, Поль, – говорю я обречённо.
— Ты прям видел?
— Я прям видел.
— Та-а-а-а-ак, – протягивает Ларионова, – может, это ничего не значит.
— Прикалываешься?
— Ну, смотри, я тут на днях себе тоже такого напридумывала. А потом оказалось, что всё совсем не так.
— И что же ты там себе напридумывала? Фантазии, случайно, не твоего кучерявого бариста касаются?
— Неважно, – резко отвечает Полина.
— Тоже втюрилась, что ли?
— Неважно! – уже громче повторяет девушка.
— Как скажешь. – Тихо смеюсь.
— Достал, просил над тобой не смеяться, а сам ржёшь, – обиженно говорит Полина.
— Я не просил, – уточняю я.
Из трубки доносится нечленораздельное рычание.
— Я чего звоню, – говорит она, успокоившись, – а то в сеть не заходишь. У нас сегодня совместный пост про наше с тобой пари. Не проспи.
— Помню, помню, – успокаиваю я Ларионову, хотя сам напрочь забыл про пост. – Я, кстати, почти дописал книгу.
— Ты – что? – удивлённо переспрашивает Полина. – У тебя же даже половины не было.
— Да как-то вот так.
Просто я конченый. Лучше бы бухал или громил всё подряд, так нет же, все три дня часами торчал перед ноутбуком, вкладывая все свои эмоции в дурацкий текст. Ладно, не дурацкий, как бы я ни относился к любовным романам, книга получается весьма неплохая. По крайней мере, на те главы, которые я уже залил в сеть, мне ежедневно поступают восторженные отзывы. Двое влюблённых, у которых спустя много лет появился шанс всё исправить и быть вместе. Очень иронично.
Попрощавшись с Полиной, снова тянусь к ноутбуку, но меня вновь прерывает звонок. Что ж за день! Не глядя подношу телефон к уху.
— Да? – говорю я раздражённо.
— Привет, не отвлекаю? – звучит мелодичный голос Василисы.
— Нет, я свободен, – произношу я уже гораздо мягче. – Абсолютно.
— А можно я тогда попрошу тебя кое о чём?
«О чём угодно», – думаю про себя, но озвучиваю другое:
— Например?
— Мне нужно в город, а папа отвезти не может.
— А Илья что? – срывается с языка.
— Он..
— Отвезу, – перебиваю я; не хочу слышать историю о том, как сначала она позвонила этому дуболому, а затем уже мне как запасному варианту. – Собирайся, скоро зайду.
— Спасибо, спасибо, спасибо! – радостно благодарит Вася.
Бросаю взгляд на ноутбук и волочусь в ванную. Последние дни я выгляжу как бомжара, поэтому перед встречей с Васей надо привести себя в порядок. Умываюсь, чищу зубы, бреюсь, пшикаюсь духами и даже вместо повседневной футболки надеваю белую, а-ля парадную. В коридоре скептически оглядываю себя в зеркало. Высокий, руки рельефные, прессак имеется, но до Ильи далеко. Он просто одна сплошная груда мышц и весит, наверное, килограмм сто двадцать.
Звонить в соседскую дверь не приходится, Вася выпархивает из калитки, обнимает, целует в щёку по-дружески. От этого невинного жеста сначала поднимаюсь к небесам, но затем резко падаю с них на землю. Для неё этот поцелуй ничего не значит. Как подружку чмокнула. И везу её в город как подружка, у которой есть водительское удостоверение.
— И зачем тебе в город? – спрашиваю я, когда садимся в машину.
— Мне нужно красок докупить для урока.
— Понятно, – отвечаю я кратко и завожу мотор.