Страница 272 из 431
– Надеюсь, что все именно так и будет! – грозно произнес Лайз и молча направился обратно в медпункт.
Я разрывалась на части: с одной стороны, я хотела посмотреть, что там с Сорамару, а с другой, Зусман ясно выразился, зрители будут мешать лечебному процессу. А тут и рассвет мягко тронул темное небо, еще какой-то час и все зальет нашим привычным, условно солнечным, светом. Еще одна ночь прошла в суете, и я ощутила, как подкрадываются апатия и оцепенение. Не хочу думать, не хочу двигаться, ничего сейчас уже не хочу. Поспать, что ли? А потом внять предупреждению и попробовать вернуться к учебе?
Но что будет дальше, когда я закончу учебу? Меня привяжут к академии, как и остальных до меня? Тьма не отпускает своих избранников просто так. Неужели мне предстоит провести тысячелетия, кормя плотоядные цветочки и мечтая напиться мертвой водички? Год за годом будто стираясь из мира, жить одним днем…
– Много будешь думать, облысеешь, – ткнула меня локтем Мия. – Пошли поспим, а потом уже будем все вместе решать. Одна голова хорошо, а восемь гораздо лучше.
Рэнди, Морис, Амилота, Ма, Чо, Светка, Мия и я, а кто, собственно, восьмой?
А потом я вспомнила про надгробие. Конечно! Кирра! Я пообещала себе, что, как только закончится эта катавасия, приду к ней и все подробно расскажу. Даже если она не услышит, все равно. Тем более мы сегодня так капитально нарушили ее покой, что она просто не могла не разозлиться. «Увидимся», – мысленно обратилась я к мертвой подруге и отвернулась.
Общага встретила нас гомоном проснувшихся студентов и привычной утренней суетой. Наплевав на жужжащий будильником браслет, я упала на кровать и отключилась.
Просыпаться пришлось в авральном режиме, кто-то настойчиво тарабанил в дверь, рискуя конечностями и набором жизненно важных функций. Мия с шипением вылезла из кокона, чтобы оторвать визитеру голову. Два часа всего проспали, какого им надо?
– Игнорируете расписание? – из-за двери на нас грозно взирала кочка… то есть Сердолий Амфистрахиевич. Его что, приставили нас пасти?
– У нас больничный, змейки в источнике шкурки простудили. Поясничный прострел, – выдала я, отчаянно зевая.
– Не бывает у змей прострелов, – отрезал Страх. – Там ректор вас к себе просит.
Дедочек выглядел озадаченным, а это что-то да значит, и я едва не прикусила язык, спешно умываясь. Что там случилось, что дракон нас просит? Не приказывает, не посылает тучки. Это ж неспроста.
Вместе с нами к ректору направился и Куросаки. Людочка сидела на своем месте и выглядела крайне встревоженной. Ушки прилегли, шерсть клочками. На ее столе теперь высились целых два монитора, по полу тянулись провода, постоянно что-то попискивало.
– Что происходит?
Секретарша оторвалась от созерцания монитора и просто повернула его ко мне. В прямом эфире шла трансляция со Светлого факультета, бледный парень в сером неумело зачитывал заготовленные фразы, краснел и заикался. Но самый кошмар был не в ведущем, а в комментариях, то и дело проплывающих по экрану. Сжечь – это самое милое из того, что я увидела.
Стало обидненько.
Пока эта моль бледная расшатывает аудиторию, между прочим, еще и донаты зарабатывает, мы тут сидим ровно и не чешемся. Посмотрела на потрепанную Людочку и поправилась – нет, чешемся, но не так, как необходимо.
Надо что-то делать!
– Маргарита! – из кабинета выглянул мрачный Миллхаус. – Заходи!
– Я ничего не делала, – призналась я на всякий случай, но дракон отмахнулся от меня и вздохнул.
– Я провел пресс-конференцию, но это не помогло.
– Ого, а посмотреть можно? – и когда только успел?
Дрей скривился, но пропустил меня к компьютеру. Надев наушники, я развернула видео. Миллхаус представился и рванул с места в карьер, причем в своей ректорской манере, отчего у меня тоже появилось желание нервно почесаться.
«Тьма не представляет угрозы, наши студенты великолепно контролируют свою разрушительную силу, и пока все инциденты со смертельным исходом строго в рамках допустимого».
– Какое «в рамках допустимого»?! Да мы же… вы им еще один повод вбросили! Какой великолепный контроль, когда я музей пробудила и все видели последствия? И это за многозначительное «пока»? Короче, увольняйте своего внутреннего контент-менеджера и давайте по новой. Второе интервью будете давать уже в образе дракона, он внушительно смотрится, можно даже пару раз дыхнуть огоньком.
Дрей выдохнул клуб дыма, а я подумала, что с наездом переборщила, он же все-таки старался. Наверное.
– Ладно, сейчас сама придумаю, – смилостивилась я. – Дайте подумать только.
Из меня пиарщик тоже был не очень, но когда я останавливалась при виде препятствия? Только вперед, по газам, ввалим вражинам по полной.
С таким настроем вернулась в приемную и донесла свою мысль до Куросаки, тот понятливо кивнул, настроил браслет, и теперь за техническую сторону эфира отвечал он. Людочка шустро стучала по клавиатуре, отвечая на особо злобные комментарии. Меня слегка заштормило – ну не блогер я, вот ни капельки, ни при жизни, ни после нее. Меня вообще не предупредили, что в месте, где на каждом шагу магия и чудовища, вопросы решаются не только когтями и хвостами, но и киберпрессингом. И все же спасать честь и достоинство собственного учебного заведения было надо.
– Минута до эфира-ня, – котик приготовился, я откинула змей назад, перехватила микрофон поудобнее, создала на лице самую милую улыбку, на которую была способна с недосыпа, и смело скомандовала: «Начали!»
Куро щелкнул по браслету, и Рита Змеешова вышла в эфир!
– Приветствуем вас, дорогие зрители! Наш эксклюзивный репортаж о жизни Темного факультета начинается, позвольте представиться, я Рита Кудряшова, студентка первого курса и по совместительству реликтовый представитель рода горгон. Змейки, поздоровайтесь-ка!
Прическа подчинилась, но лучше бы я их не просила. Почувствовав момент славы, змейки выдали все, что умели, в плане оскала и шипения.