Страница 29 из 42
Глава 20
Миронов
Доезжаем до дома Лиды.
Сын у нее, конечно, с характером. Тот еще..
Усмехаюсь мысленно – весь в мать! А в кого еще? Отец-то там пряник бесхребетный, приспособленец. У таких характер только на одно работает – жопу свою прикрыть. Вот он и прикрывает.
Черт.. Когда думаю о пятой точке и о том, что мне Женька сказал – пригорать начинает. Та самая точка.
Потому что это точно по мою душу.
Понял, не дурак.
Копают. Только вот раскопают ли?
У нас вообще система, конечно, ущербная, в том плане, что присосаться к государственному баблу через военку очень просто. Пожалуй, самые простые схемы экономических преступлений лежат именно в нашей плоскости. Государство выделяет достаточно средств, но ушлые товарищи на местах часто считают, что это их личные средства. И получается, что вместо строительства фортификационных сооружений, так необходимых сейчас на нашей границе, какая-то сволочь строит себе дачу. Или домик у моря.
У нас же довольно узкая сфера, все друг друга знают. Каждый кому-то кум, брат, сват.
И не всякий может сказать брату, мол, усмири своего внутреннего Мамону! Хватит молиться богу богатства, алчности и корыстолюбия. Хватит наживаться за чужой счет, ведь расплата может прийти внезапно!
Да, воруют многие, многие придумывают хитрые схемы увода государственной собственности, поэтому у любовниц некоторых высокопоставленных воров в погонах золотые унитазы и картины Левитана в гостиной.
Мне, боевому генералу, вообще странно. Как можно украсть у солдата? У того, кто тебе подчиняется, у самого уязвимого, у того, кто будет на поле боя задницу твою прикрывать?
Реально, сие мне неведомо.
Загадка.
Но многие идут в армию и стараются попасть на хлебные места именно для того, чтобы хоть раз справить нужду на бриллиантовом стульчаке, хоть он и царапает.
Конечно, не всё и не везде так печально.
Во власть стали приходить боевые генералы.
Их слушают те, кто стоят высоко.
С ними считаются.
Боевые генералы в основном все порох сами нюхали. Знают цену своей шкуре.
И не продадут ее задешево.
Да и задорого.
Просто не продадут.
Когда мне предложили в этот округ поехать, принять командование, сразу сказали – жди, Халк, прилетит. Будь готов.
Место уж больно хлебное.
Земли тут выделены под нужды военных лакомые.
Криминальные структуры давно на них зарятся, лапу положили.
Хотят построить коттеджный поселок у воды.
Да и вообще, нюансов много.
Но я был готов ко всему.
Ну, еще и на самом верху мне оказали высокое доверие, поэтому нельзя уронить себя.
Думаю об этом, сжимая руку моей Лиды. Мы решили сесть вместе назад, ее сын впереди.
Водитель тормозит у подъезда.
— Провожу?
— Оставайся, куда ты поедешь? Водителя отпусти, ему ночь-полночь туда-сюда кататься.
— Лида..
— Оставайтесь, товарищ генерал, я не против, – влезает Женя.
Усмехаюсь. Ну, что ж.. Он ведь реально в этой квартире тоже хозяин, поэтому может решать, так что..
— Харитон Антонович, там у вас саквояж в багажнике, я подам, там всё.. командировочное и паек.
— Спасибо.
Ишь, водитель мой, значит, обо мне позаботился.
Командировочное – это так называем мы смену белья, носки, бритвенные принадлежности, в общем, всё то, что может нормальному мужику пригодиться для того, чтобы ночевать вне дома. Еще майка и легкие домашние штаны. Ну и тапочки – куда без них?
А паек – подозреваю, что он мне запихнул банку икры, шпроты мои любимые и еще балык армейский – есть у нас такой, новая вакуумная упаковка, вкусно – ум отъешь.
Лида шепотом спрашивает уже в коридоре квартиры, когда Женя, сбросив кроссовки, идет в комнату.
— Командировочное, значит?
— Ну, мало ли..
— И часто вы, товарищ генерал, по таким командировочкам? – она усмехается, но так, по-доброму.
— А если скажу, что первый раз?
— Не поверю. Про тебя, Харитон, такое рассказывают. Секс-символ нации прям.
— Ага, без ноги.
— Ой, да кому твои ноги нужны? У мужчины же не ноги важно, а то, что между?
— Ой, Лида, Лида.. Хулиганка вы у меня, товарищ майор медицинской службы.
— Ты голодный? Чай будешь?
— Насчет голодный – даже не знаю, как тебе сказать..
— Да так и скажи.
— До тебя голодный, и сильно.
— Так мы же только..
— Один раз?
— Разве был один?
— Ох, Лида, Лида..
— Ну, просто..
— Так времени уже сколько прошло? Или..
Я смотрю в сторону гостиной, куда ушел ее сын.
— При ребенке неудобно? Ты сразу скажи, я же всё понимаю.
— Он тоже понимает. Я надеюсь.
Женя как по заказу появляется.
— Мам, чайник поставлю? Вы же не сразу спать? Ой.. ну, в смысле..
— Ставь, сынок, попьем чаю, перекусим.
— Да, перекусить у меня точно есть чем.
Беру саквояж, прохожу на кухню, открываю, достаю паек, вижу краем глаза, как смеется Лида.
— Что?
— Да вспомнила из “Москва слезам не верит”, выкладывайте, Харитон, выкладывайте.
Смеемся вместе.
— Вот тем персонажем я как раз быть не хотел бы.
— А кем бы хотел? Рудольфом? Или Родионом? Или хоккеистом?
— Хоккеист хороший был, жалко, спился. А мне.. мне по душе рабочий парень Гоша.
— Но ты же не рабочий?
— Но руки у меня золотые, я уже заметил, что тебе надо ручку на двери починить, да и шкафчик вот.
Вижу, как Лида немного краснеет.
— Женя мне помогает обычно, всё делает, вот упустил.
— Ничего, теперь мы с ним вместе будем помогать, а вообще..
— Что?
— У меня же тут служебная квартира большая, в хорошем месте, так что.. Переезжайте ко мне?
Говорю это совершенно серьезно. Если кто-то думает, что я спешу – снова и снова готов повторить – я опаздываю. Я в этой стороне своей жизни безнадежно опаздываю.
Лида смотрит на меня, потом подходит и обнимает, неожиданно, крепко.
И молчит, но я чувствую, как трясутся ее плечи..