Страница 37 из 92
— Я принесу отвар, и не сдвинусь с этого порога ни на шаг. Можете бросать в меня вазы, можете проклинать меня, но знайте, что я выдержу всё, потому что ваша безопасность важнее ваших сиюминутных капризов.
Он развернулся и вышел в свою комнату, оставив двери открытыми настежь, чтобы держать меня в поле зрения.
Я сидела на краю кровати, дрожа от бешенства.
Мой план был не просто сорван, он был раздавлен, растоптан и похоронен под железобетонной плитой его непробиваемой, абсурдной заботливости.
Я, великий комбинатор, гений теневых интриг, оказалась заперта в роскошной спальне человеком, который считал меня истеричной дурочкой и искренне верил, что спасает меня от простуды!
Я сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.
«Он не скала, — в бешенстве думала я, глядя, как Мин-Хо невозмутимо разливает голубоватый отвар по пиалам. — Он — осадная башня. Бессмысленная, тупая и неодолимая».
Через минуту мужчина вернулся с подносом.
— Выпейте, пока горячее, — он протянул мне пиалу.
Я выхватила её из его рук, едва не расплескав драгоценную жидкость, и выпила залпом, даже не почувствовав вкуса.
— Довольны? — рявкнула я, швырнув пустую пиалу обратно на поднос. — А теперь оставьте меня в покое!
— Как пожелаете, Госпожа, — он слегка поклонился, не обращая внимания на мой тон.
Мин-Хо отошел к дверному проему между нашими комнатами, но не стал закрывать двери, вместо этого он снял с пояса свой огромный двуручный меч, положил его перед собой на пол и сел, скрестив ноги, прямо в проходе.
Его широкая спина полностью перегородила выход.
Мужчина закрыл глаза, сложил руки в медитативной мудре и замер.
Я смотрела на него, понимая всю безвыходность своего положения.
Вылезти в окно? Но я на втором этаже, а под окнами патрулирует стража Наместника. Проскользнуть мимо него? Невозможно, его слух и восприятие Ци находились на уровне монстра. Убить его? У меня нет ни единого шанса пробить его защиту в лобовой атаке, а мой яд остался в сундуке, который он благоразумно пододвинул поближе к себе.
Я оказалась в абсолютной, идеальной, непроницаемой ловушке, созданной из чистейших, благородных намерений.
Я застонала в голос, упала на кровать и зарылась лицом в подушки.
— Ненавижу, — прошептала я в шелк. — Как же я тебя ненавижу, Чон Мин-Хо.
Тишина комнаты нарушалась лишь его мерным, спокойным дыханием.
И самое ужасное заключалось в том, что отвар Снежного Лотоса начал действовать. Горячая, успокаивающая волна энергии Инь разлилась по моему телу, напряжение в мышцах растаяло, а ярость, бушевавшая во мне секунду назад, сменилась странной, тягучей апатией.
Мои веки потяжелели.
«Я не усну, — из последних сил сопротивлялась я. — Я должна придумать новый план на банкет... Мастер Ма...»
Но ритмичный звук дыхания Мин-Хо, сидящего на страже моего покоя, действовал как сильнейшее заклинание.
Моя последняя мысль перед тем, как я провалилась в глубокий, исцеляющий сон, была полна горькой иронии:
«Кажется, этот идиот всё-таки победил».