Страница 30 из 102
— С чего такие вопросы? — подозрительно спросил дедушка. Однако тут же, видимо, понял ответ. Вздохнул и сказал: — Его жена тоже служила в Ордене. Редкий случай, женщин там почти нет. Она не была семи пядей во лбу и мощной магиней тоже не была, просто служила в архиве. Зато усердна и внимательна. На службе и познакомились. Лют в ней души не чаял.
— Была? — переспросил Ник.
— Она погибла несколько лет назад. В соседнем с ними доме взорвался камин, и случился сильный пожар. Евген не успел её вытащить, хотя сам обгорел. Это было почти тогда же, когда твой отец… — Тут дедушка коротко вдохнул.
— Ясно, — медленно произнёс Ник.
И ему стало стыдно за тот эпизод, когда он получил в челюсть. Справедливо, в общем-то. Но он же не хотел обидеть Люта, просто не знал. Так, подождите. Лют обгорел примерно в то же время, когда погиб отец Ника.
— Значит, Лют поэтому не приехал на кремацию отца? — тихо спросил Ник. — Я точно помню, что не видел его на церемонии.
— Да, — кивнул дедушка. — Он как раз тогда был в госпитале. Сначала жену потерял, потом друга и коллегу. Такие трагедии, знаешь, портят характер. Поэтому будь к нему терпимее.
— Я понимаю, — сказал Ник, мысленно сочувствуя этому грубому, но так много страдавшему человеку.
— Иди, отдыхай, — почти мягко произнёс дедушка, снова похлопывая Ника по плечу.
Ник вышел в холл. Как же хорошо! Сёстры что-то лопочут, слуги снуют туда-сюда, с кухни доносится тёплый аромат приготовления ужина. Кажется, сегодня будут печёные овощи, медовая коврижка и чай с мятой.
В общем, всё было так привычно и размеренно, будто Ник не уезжал на два дня, а просто вышел на минуту. И ведь потом придётся рассказывать родным о своих приключениях. Ну, маме и сёстрам — укороченную версию, а вот дедуле, похоже, придётся выложить абсолютно всё. И про зеркало, и про тётушку, и про хомяка, и про, господи помилуй, дом терпимости. В котором Ник просто покушал и поспал, но ведь он же там побывал. С другой стороны, Лют ведь говорил, что ещё дедушка и отец заводили там информаторов. Стало быть… Как Ник про это раньше-то не подумал?
Нет, папа очень любил маму. Наверное, он там тоже просто обсуждал с мадемуазелями какие-то важные дела.
Всё, хватит. И так голова кругом. Из ванной уже доносится аромат лаванды, а значит, нянюшка уже налила воды и добавила в неё эфирных масел. Надо хоть как-то отвлечься от событий этого сложного дня.
Ник сдал костюм горничной для чистки, принял у неё мягкий халат и тапочки и отправился в ванную.
Под потолком летали светящиеся пузырьки, какие продавались в любой галантерее, и какими обычно развлекали маленьких детишек, не желающих купаться. Похоже, нянюшка просто решила помочь своему воспитаннику расслабиться, ощутив себя снова ребёнком. Мудрая женщина, не смотри, что из простых.
Светильники в виде ракушек едва мерцали, так что светлый мрамор не бликовал и не раздражал глаз. Ник наконец разделся и медленно опустился в воду. Тепло окутало его, расслабляя каждую мышцу. Он длинно выдохнул и откинул голову на мягкий валик, закрыв глаза. Аромат лаванды успокаивал, прогонял тревогу, а тепло воды дарило ощущение невесомости.
Вода чуть колыхалась, создавая мягкие волны, которые ласково касались кожи. Где-то за стеной размеренно и убаюкивающе тикали старинные фамильные часы. Доносились приглушённые голоса родных и слуг.
Ник расслабился окончательно. Мысли о магии, купце, судьбе Люта, тётушке, Лапе — всё отошло на второй план. Остались только тепло, тишина и ощущение, что здесь, в этом родном доме, он наконец-то в безопасности.