Страница 43 из 49
Глава 30
Глава 30
Слава
Я прекрасно знал, что служба в армии — это не только парады и байки.
Мой дед был военным. Не просто военным — генералом. И его отец тоже был военным, правда, остался майором — слишком рано из жизни ушел, сказались травмы, полученные во время войны, осколки, навсегда оставшиеся в его теле.
Я прадеда не знал, его не знала и моя мать.
Но память его мы чтили.
Всегда на девятое мая в нашем доме стоял его портрет.
Мы вместе с дедом и бабушкой ходили в колонне Бессмертного полка, и я считал это честью.
Да что говорить, в нашей семье — в маминой семье — фильм “Офицеры” с раннего детства был главным. Культовым, как говорит мое поколение.
“Есть такая профессия — Родину защищать”, — это тоже был не пустой звук.
Совсем.
И как-то с детства я принял решение.
Возможно, для этого и пошел в спорт, пусть в хоккей — но как раз в хоккее, как нигде, развивается и сила, и выносливость, и способность работать в команде, и руководить этой командой. Не зря я несколько лет был капитаном нашей дружины.
И слово это — дружина — оно тоже армейское.
Дед всегда приходил на наши матчи. Болеть.
Идти в армию или не идти — с детства этот вопрос даже не стоял.
Идти, конечно, а как иначе?
Хотя.. отец что-то нудел по поводу выброшенного, потерянного времени. Я его не понимал. И еще эти его слова, мол, служить — это для нищебродов, а мы можем тебя отмазать.
В смысле? Если я сам хочу?
Потом уже пришла мысль о военном училище.
И о том, чтобы в принципе связать жизнь с этой темой.
Я не думал о престиже.
Не думал о деньгах.
Не всем быть миллионерами. Не всем только бабло рубить.
Кто-то реально и родину защищать должен.
Хотя бы от таких персон, которые со всех сторон пытаются расшатать нашу государственность.
Этих я не понимал от слова совсем.
Особенно когда несколько лет назад они кинулись бежать из своей страны.
Орать, что бегут в лучшую жизнь.
Интересно, но для меня тут ключевое слово — бегут.
Бегут только крысы с корабля!
Лучшую жизнь каждый может себе построить сам. Там, где живет. И это справедливо.
И я строил свою лучшую жизнь.
С девушкой, с которой надеялся эту жизнь прожить.
Где я упустил момент? Не знаю.
Видимо..
Нет, это не молодость, не глупость.
Диана действительно казалась той, ради которой и хочется защищать свою Родину.
Мы ведь не мифического кого-то защищаем!
Мы защищаем своих.
Мать. Бабушку. Деда. Отца. Сестер, если они есть, младших братьев. И любимых женщин.
Диана казалась такой хрупкой, нежной. Ранимой.
Она писала мне сообщения, письма. Описывала свои чувства.
Говорила, что боится потерять меня. Боится, что в ее жизни больше не будет ничего.
“Я растворилась в тебе, мне только ты нужен, только тебя хочу видеть рядом, только с тобой могу позволить себе всё. Позволить быть свободной, позволить секс..”
У нее никого не было до меня.
Я в это верил. Она ведь совсем девочка!
Я в свои двадцать себя уже мужиком считал. Это армия.
Армия делает из пацана мужчину.
Армия формирует очень многое.
Армия — это не “от забора и до обеда”, как любят многие шутить.
И да, у нас могут заставить красить траву. И ты будешь красить. Потому что это приказ. А приказы в армии не принято обсуждать. И не выполнять тоже не принято, какими бы абсурдными они ни казались, когда ты на гражданке.
Диана так трогательно относилась к моей службе, к моему призванию.
Постоянно повторяла, что не встречала такого цельного парня.
— Понимаешь, все вокруг такие пустышки. На уме только одно — тусоваться, весело время проводить, выпивка, секс.. Никаких стремлений. Берут бабло у родаков, не задумываясь, а что потом.
— А что потом? — усмехнулся я, потому что, несмотря на учебу, пытался еще и подрабатывать, хоть и тяжко было.
— А ничего. Родители же не вечные!
— Это да, увы..
— Знаешь, что мне один такой вот парень сказал, однокурсник?
— Что?
— Ну, умрет мамка, найду жену, которая меня содержать будет. Представляешь?
— Честно? — я смеялся, хотя и представлял.
Нет, в училище у нас таких не было. Почти. Была, естественно, пара тюфяков, которых папы-генералы к нам пристроили, лишь бы куда. Они пытались плыть по течению, чаще — как говно в проруби. Но их держали из уважения, а может, и из страха перед высокопоставленными отцами. У меня за спиной был дед-генерал. Тоже мощная поддержка, хоть и в отставке давно. Но я никогда не пытался вылезти за счет связей деда Георгия. Считал ниже достоинства.
Мне тогда нравилось, что Диана меня понимает.
Мне казалось, что понимает.
Я видел, что маме она не очень понравилась.
Отец..
Тогда я посчитал, что и ему тоже.
Кто же знал.
Черт.. Хочется влупить кулаком по стене, но в моем теле и так уже не так много целого и не больного, чтобы я саморазрушением занимался из-за такой..
Сначала Диана была милой и нежной. После свадьбы тоже.
Потом уже я стал соображать, уже когда попал в зону, что все ее поведение было притворством.
Она словно заманивала меня в сети, делала всё, чтобы я потерял бдительность.
А я и потерял.
Нет, не то что она меня заставила подписать контракт. Наоборот.
Я сам об этом подумывал. И не из-за денег.
Много моих однокашников там было. Кто-то уже и остался навсегда. Хотелось пойти за них. Бить врага во имя дружбы. Во имя жизни.
А Диана..
— Зачем тебе эта армия? Там опасно! У твоего отца хороший бизнес! Деньги!
— Ты.. ты о чем вообще говоришь, Диан? Ты сама думаешь?
— А ты думаешь? Ты.. да, ты зарабатываешь нормально. Но можно же больше? А когда мы будем детей планировать? Как я вообще могу думать о детях, когда я не знаю, где завтра будешь ты? Отправят в Мухосранск..
— Куда?
— Туда! Откуда я чудом сбежала! Слав, ну что ты как ребенок?
— Это ты у меня как ребенок, Диан. Ну что ты? Всё у нас будет хорошо. И детей можно планировать, как закончишь учебу, да и я..
Тогда я реально думал, что она еще ребенок.
Незрелый.
Поэтому так рассуждает.
Кто ж знал, что моя жена — такая прошаренная тварь?
Отец..
Об отце я даже и думать не могу.
Я ведь не сразу всё узнал.
Дозированно. Порционно.
Измена Дианы. Ее похождения. То, как она хвалилась, мол, муж служит, бабло мне капает, а если помрет — вообще буду в шоколаде.
Да, да.. так и сказала.
Кому?
Диана не слишком хорошо выбирает друзей. Или слишком.
Зачем-то вляпалась в компанию моего друга Миши.