Страница 102 из 208
В начале сентября дожди кончились, но подвоз хлеба продолжал оставаться слабым, главным образом из-за недостатка промышленных изделий, предложение которых явилось главным стимулом для крестьянства. Товарный голод, который начался еще в июле, из месяц в месяц обострялся. В деревне не было достаточного количества мануфактуры, кожевенных и металлических, других, наиболее ходовых товаров. Недостаток промышленных изделий предвидели в начале заготовительной кампании, но неожиданной явилась острота дефицита, вызванная, с одной стороны, значительным ростом покупательного фонда крестьянства из-за продажи зерна по повышенным ценам, а с другой — оседанием большей части ходовых промышленных товаров в городах, где товарный голод также был очень острым. Программа поставок импорта в деревню была выполнена с большим опозданием и не могла значительно ослабить товарный голод. Все импортные товары по плану должны были быть завезены на места к 15 ноября, а фактически удалось доставить к 1 января 1926 года только 53 % от запланированного. Не удалось также решить важнейшую задачу кампании — растянуть крестьянский спрос. Предварительная подписка крестьян на сельскохозяйственную технику не дала ожидаемых результатов, так как крестьяне опасались, что весной им привезут товар плохого качества или вообще не привезут.
В этих условиях снизить цены экономическими мерами не удалось, и они в сентябре продолжали расти. На основе этих высоких цен заготовки увеличивались. За первый квартал кампании было заготовлено 160 млн пудов вместо 169 млн пудов по плану.
В этой ситуации в конце сентября было решено применить административные методы регулирования цен. Хлебозаготовительные органы получили директиву резко снизить цены. Все предварительные рассуждения о необходимости пользоваться только экономическими мерами регулирования были отброшены, поскольку этими мерами было нельзя быстро снизить цены. Дело в том, что к началу хлебозаготовительной кампании 1925 года у хлеботоргующих организаций потребляющих районов были весьма незначительные запасы. Внутренний рынок создавал большой спрос на хлеб, особенно на пшеницу, потребление которой сильно возросло, а достаточного предложения со стороны плановых заготовителей не было, т. к. они старались в первую очередь удовлетворить экспортные требования. Чтобы понизить заготовительные цены, надо было в первую очередь насытить внутренний рынок, однако это требовало отказа от форсированного экспорта. Кроме того, административным снижением заготовительных цен государство пыталось уменьшить покупательный фонд крестьянства, чтобы ослабить товарный голод в деревне. Все это создавало благоприятные условия для усиления деятельности частных и прочих конкурирующих заготовителей.
Директивное снижение цен для плановых заготовителей, проведенное в конце сентября — начале октября (цены были снижены на 10–15 %, а по отдельным районам еще больше, например по Украине заготовительные цены на ячмень упали на 25 %) привело к сокращению плановых заготовок и, соответственно, к росту заготовок неплановых заготовителей — до 40 % и более привозимого крестьянского хлеба. Разумеется экспортные планы оказались сорванными. Тогда в ноябре на Северном Кавказе, а затем и в ряде других производящих районов были применены административные меры, в соответствии с которыми грузы внеплановых заготовителей отправлялись по железной дороге в последнюю очередь, что при нехватке вагонов и паровозов практически привело к невозможности вывезти хлеб. Такой мерой удалось прекратить деятельность внеплановых заготовителей из отдаленных потребляющих губерний, но внеплановые заготовители из соседних потребляющих районов и частники продолжали вести заготовки, отправляя хлеб гужом. Однако и этот канал перевозок скоро был практически перекрыт. В январе 1926 года на внеплановые государственные и кооперативные организации были распространены те же регулирующие меры, что и на плановые, т. е. они должны были вести заготовку по тем же ценам, не переплачивая крестьянам. В ряде районов было введено жесткое количественное регулирование частных заготовителей.
Ограничение деятельности внеплановых заготовителей еще более ухудшали положение на потребительских рынках, которые в значительной мере снабжались ими. Восполнить сокращение внеплановых заготовок плановыми не удалось. Хотя в некоторых производящих районах в результате ликвидации конкурентов плановые заготовки несколько увеличились.
Итоги второго квартала хлебозаготовительной кампании были весьма плачевными. Вместо 376 млн пудов по первоначальному плану было заготовлено 176 млн пудов. План концентрации в портах хлеба для экспорта был выполнен всего на одну четверть. Стало ясно, что годовой план в 780 млн пудов выполнить невозможно, и 10 декабря 1925 года был принят новый план — 600 млн пудов. План хлебного экспорта был снижен с 350 до 195 млн пудов, а в феврале — еще до 143 млн пудов.
С лета 1926 года наблюдалась некоторая стабилизация хозяйственного развития. Потребности страны были удовлетворены за счет плановых и неплановых, «задушить» которые окончательно так и не удалось заготовок. Плановые хлебозаготовки за сельскохозяйственный год — с 1 июля 1925 года по 1 июля 1926 года — охватили около 60 % товарного хлеба и составили 517 млн пудов зерновых и 68 млн пудов маслосемян. Пересмотренный годовой план был выполнен на 97 %.