Страница 187 из 319
– Эй, ты чего? Нельзя в собаку носом, ее потом от соплей неделю отмывать придется.
Подействовало.
Мальчишка отлепил лицо от собачьего бока – и посмотрел вокруг. Сначала – робко, одним глазом, потом уже более осмысленно.
– А где… это?
– Живодеры малолетние? Разбежались.
– Н-нет. Это…
– Не знаю, о чем ты говоришь. Здесь только мы были, – не моргнув глазом сообщила Ирина.
Пацан приободрился и смотрел уже двумя глазами, и за собаку не цеплялся, как за последнюю надежду, а скорее обнимал.
– Тут что-то такое было… ух!
Ирина еще раз пожала плечами.
– Не знаю. Отвяжешь барбоса – или помочь?
– Справлюсь.
И верно, там уж веревка на честном слове держалась. Собака предупреждающе оскалила клыки на ведьму, но Ирина не реагировала, и пес махнул хвостом.
Ведьма?
Да и пес с ней… от мальчишек было куда как больше беды, лапа болит…
Ирина тоже обратила на это внимание.
– Кажется, пара камней прилетела, куда не надо.
– Ой…
Мальчишка стиснул зубы.
Ирина вздохнула и потрепала собаку по шерсти.
– Пошли. Доставлю вас до ветеринарки.
– Я… у меня…
– Денег нет? Придумаем что-нибудь. Ну что, барбос, поскачешь на трех лапах? Я тебя далеко не утащу, даже вместе с парнем…
Дворняга действительно была крупная. И умная, поняв, о чем идет речь, пес гордо захромал вперед, поджимая лапу. Если нет выбора – не то что на трех лапах, на четырех костях поползешь.
В ветеринарке – ближайшей к месту действий, врач посмотрел на собаку и сказал, что примет ее бесплатно.
Ирина поблагодарила и объяснила ситуацию. Мальчишка… хотя после таких поступков и мальчишкой-то его звать совестно, уже мужчина, считай, держал пса за повязанную вокруг шеи веревку. Сам весь замурзанный до того, что ветеринар покачал головой и отправил его умываться.
– Молодец, пацан.
– Определенно, – согласилась Ирина.
– Уж сколько случаев… животные пропадают. А оно вот что, может быть…
Ирина прикусила губу.
Может, конечно, быть. Но зачем?
– Это явная дворняга. И не домашняя, видно же…
– Но и не дикая. Не стайная, – покачал головой ветеринар. – Я в добровольцах подрабатываю, знаю о чем говорю.
– Простите, где?
– Добровольцы? Объединение такое, помогаем, животных подбираем, спасаем, лечим, пристраиваем… на мне вот медицинская часть.
– Понятно.
Ирина понимающе кивнула. Дело хорошее…
– А еще практика огромная. Ну и как десятину раньше отдавали, что на церковь, а сейчас туда идти-то не хочется…
Ирина махнула рукой.
– Ну, не все так плохо.
– Ага, позавчера комсомолец, вчера демократ, а сегодня поп-с. Нет уж, без меня, – поморщился врач. – Но Бог все же есть, и делать что-то надо, чтобы не быть сволочью. Вот, помогаю… Собакена есть куда пристроить?
– Это он? Мальчик, в смысле?
– Кобель натуральный. Я б даже сказал – кобелино. Бабушка тут точно мастина неаполитанская, уж очень уши характерные, да и размерчик оттуда…[21]
Ирина откровенно не поняла бы разницы, но раз так специалист говорит…
– Размер?
– Там кобели до восьмидесяти сантиметров в высоту, а то и покрупнее бывают.
– Хм.
– Ничего, они еще и умные.
– Собаки вообще умные. А глупых дворняг, как правило, не бывает, они не выживают, – согласилась Ирина.
– Есть куда определить-то? Собакена?
Ирина пожала плечами. И спросила у вернувшегося из туалета юного героя:
– Есть куда собаку пристроить?
Мальчишка впервые за все это время растерялся.
– А… не знаю. Если мама согласится…
– Тебя как зовут-то, бобер молодец? – весело спросил у него ветеринар.
– Стас…
– Так вот, Стас. Это – Станислав?
– Да.
– Если мама согласится – это хорошо. Если не согласится, я тебе сейчас визитку дам и сам этой даме позвоню. Пусть пристроит твоего барбоса в группу – и на временную передержку. А потом и дом ему поищем.
– Спасибо, – кивнул мальчишка. – Я надеюсь, мама позволит…
Ирина вздохнула.
– Ладно. Поехали к тебе домой. Съездим, посмотрим, что и как – доведу уж дело до конца, раз взялась помогать.
– Спасибо, – от всей души сказал мальчишка. – Большое.
Ведьма только рукой махнула.
Мальчишка жил в частном секторе. Очень удачно, надо сказать – собака, особенно большая, животное совершенно не комнатное. У нее должен быть дом, двор, территория. Хоть какое-то место, чтобы побегать, попрыгать, поиграть – а где это можно в квартире?
Нигде, если это не квартира олигарха.
А тут небольшой, но ухоженный домик, на одного хозяина, небольшой участок с грядками и деревьями, никаких дворовых санузлов, все чистенько, аккуратно.
Стас позвонил в звонок, висевший на калитке.
– Ключи забыл, – признался он.
– Бывает.
– Стасик! Ты на кого похож!
Вышедшая во двор молодая женщина лет тридцати, рыженькая и чем-то похожая на симпатичную лисичку, ахнула и кинулась к сыну. Сгребла его в охапку и принялась вертеть и крутить.
– Мам, да все в порядке, – куда-то в подмышку ей пискнул герой, пока ему деловито ощупывали руки-ноги. Вдруг там еще что-то пострадало, кроме распухшего носа?
Нос, кстати, тоже был разбит, но не сломан.
– В порядке? В порядке?! Ну, знаешь… а мили… то есть полиция здесь зачем? Признавайся, что ты натворил?
– Ваш сын ничего не натворил, – подняла руку Ира. – Наоборот, он у вас герой.
– Да?
– Разрешите представиться. Участковый уполномоченный, лейтенант полиции Алексеева, Ирина Петровна.
– Очень приятно. Спиридонова, Дарья Михайловна.
– Дарья Михайловна, получилось так, что ваш сын ввязался в драку, спасая вот этого пса. А когда проиграл, смог совершить тактическое отступление и привел помощь.
Прозвучало очень внушительно.
Женщина посмотрела с подозрением. Но спорить не стала.
– Да?
– Да. Именно так все и было. Я пришла, разогнала хулиганов и повезла всех к врачу.
– Мам, там Петька был. Михайлов, и Сенька с Венькой с ним, – затараторил мальчишка.
– Я сколько раз тебе говорила – не водись с ними! Дрянь мальчишки, и семьи у них дрянные! – возмутилась женщина.
– Ма-ам…