Страница 27 из 115
Через несколько моментов посреди леса колыхалась призрачная фигура, сплетённая из светящихся звёздным серебром ниточек, а шар поднялся на высоту человеческого лица и там медленно заколебался, быстро вращаясь вокруг себя, словно волчок.
— Твою мать, — восхищённо протянул на своём языке Стаканишт, заставив Шарлотту едва заметно улыбнуться, ибо высшая магия наводила трепет на очень многих, и, бездна их побери, это было приятно.
Девушка стиснула пальцы, и вся громадная, как амбар, конструкция почти мгновенно и совершенно беззвучно сжалась в точку, уместившись внутри хрустального шара.
Шарлотта развернула руку раскрытой ладонью вверх, и сфера неспешно подплыла поближе, осталось ее только поймать, что и было сделано. А затем юная волшебница зажмурилась и стала медленно очерчивать палочкой круг, центром которого была она сама. И кончик палочки оставлял в воздухе медленно тающий белёсый след.
— Ты записываешь? — буркнул барон на пришлого с зеркалом.
— Так точно.
— Убью, если не записал, — снова выругался барон.
— Записал, товарищ генерал, — протараторил в ответ халумари.
Шарлотта слушала их только краем уха, а сама сосредоточилась на ощущениях, возникающих от потоков волшебных сил. И ведь действительно, вокруг стояла тишина, в которой можно различить биения и журчания лесных духов, скрип и свист разной магии и далёкий-предалёкий мерный гул храма, словно колокол после удара.
Внезапно пальцы защипало, послышался хор нестройных писклявых голосов.
Девушка открыла глаза и посмотрела в ту сторону, куда указала палочка — в лес, почти у самого берега реки.
— Туда, — коротко проронила она и медленно двинулась вперёд, обходя стволы деревьев и густые колючие кусты. Под ногами захрустели веточки, и зашуршала трава. Над головами пели птицы. А Небесная Пара уже стояла в зените, благословляя этот мир своим живительным светом.
— К оружию, — проронил приказ барон на своём языке и добавил: — Заряжать серебром. Брать по четыре магазина!
— Есть! — понеслось по цепочке, и за девушкой последовал топот тяжёлых солдатских сапог. Залязгало железо снаряжения.
Но Шарлотта старалась не обращать внимания. Она двигалась к ближайшему месту, издающему волшебный шум.
И голоса становились всё сильнее, хотя никого не было видно. А когда шум внезапно стал отдаляться, девушка даже немного растерялась.
Она замерла, прислушиваясь обычным слухом, и стала бегать глазами, не двигая головой.
Потом сделала шаг.
Но нет, не показалось. Волшебный шум действительно стал отдаляться.
Но как же так?
Шарлотта сделала глубокий вдох и с нажимом, но без крика произнесла:
— Десекрето!
— Внимание! Воздух! — закричал на своём языке ближайший халумари.
— Занять позиции! — проорал второй.
Пришлые кинулись врассыпную, прячась за стволами деревьев. Причём в середине круга оказалась Шарлотта, а скорострельные мушкеты зверомужей были направлены куда-то вверх.
Девушка быстро и немного испуганно задрала голову вверх, а там…
«Нечистая. Вот те крест, нечистая».
Именно такая мысль пришла к Петру Алексеевичу, когда он задрал голову.
— Стаканыч, ты видишь то же, что и я? — произнёс он.
— Так точно, командир, — отозвался прапорщик, морщась и опасливо поглядывая на громадный, не меньше трёх метров в поперечнике, серый шар, висящий меж толстых ветвей единственного в округе дуба. — Я только не пойму. Мы же всю округу обшарили, но чтоб не заметить такое. Бред какой-то.
Генерал и прапорщик одновременно вздохнули.
А шар был очень и очень похож на гнездо ос или шершней. Такой же деревянисто-серый, со слоями волокон. С темнеющим снизу отверстием и множеством крепёжных тяжей, словно из папье-маше.
Пётр Алексеевич опустил взгляд ниже и увидел, как насупленная и что-то бормочущая под нос волшебница Шарлотта медленно пятилась от этого дерева, держа палочку направленной на шар.
— Магия для отвода глаз, наверное, — проронил генерал, продолжая щуриться на несуразную конструкцию. Губы расползлись в ухмылку сарказма. — Чую, без всякой местной магии нам операцию с тайными тропами точно не осилить. Ну ничего, клин клином вышибают.
— Командир, и что с этим делать? И что это вообще такое? — чуть ли не шёпотом поинтересовался Сизов.
Генерал пожал плечами и медленно покачал головой, мол, не знаю.
Он даже пропустил момент, когда что-то тихо и отрывисто свистнуло и тут же щёлкнуло.
— Что за… — растерянно начал капитан, снимавший шар и волшебницу на видео. Он покрутил смартфон в руках, и в ярком дневном свете стала отчётливо заметна иголка, воткнувшаяся в пластик и пробившая гаджет навылет. Из погасшего экрана торчало крохотное остриё.
— А-а-а-а, больно! — заорал секунду спустя один из солдат, схватившись за ногу. — Больно-о-о-о! — Протянул он и упал набок, пережимая конечность руками чуть выше колена.
Генерал быстро огляделся, оценивая ситуацию. Он хотел уже отдать приказ, но его опередил здоровенный взводник, хрипло заоравший:
— Рассредоточиться! Занять позицию!
Солдаты тут же кинулись врассыпную по кустам и за стволы деревьев.
Пётр Алексеевич проронил ёмкое едкое слово, а затем кинулся вперёд, к Шарлотте:
— Прячься, дура! — воскликнул он, только потом сообразив, что сказал это по-русски.
Девушка едва успела обернуться, как землянин схватил её за перевязь и потянул к ближайшим кустам, подальше от шара.
— Ваша милость! — заголосила волшебница, но генерал не слушал. Он доволок до зарослей и сделал подсечку, чтоб девушка не стояла на виду. Но это легко сказать, она же не пушинка. На вид худенькая, но почти метр девяносто росту, и вес по определению выше, чем какой-нибудь девки-коротышки.
А едва Шарлотта с визгом и звяканьем наперсника и шпаги рухнула, генерал вытащил пистолет и принялся быстро шарить взглядом по округе. Но ничего необычного, кроме пресловутого гнезда, не замечал.
И тут же один из бойцов, укрывшихся за толстой берёзой, завыл от боли, выронил оружие и взялся за руку. На ткани проступило пятнышко крови.
Пётр Алексеевич опять прорычал нецензурную конструкцию о половых признаках и лёгком поведении некой матери. А в голове зашуршали шестёрки мыслей. Щелчки промежуточных результатов из логических выводов быстро складывались одна за другой в строгую цепочку.
Шар был спрятан. Нашли. Начался обстрел.