Страница 66 из 225
Безусловно, Виктор уже не раз замечал, что обретя первую звезду, его кожа стала куда плотнее. С того момента, его даже разок пытались пырнуть. Нападали со спины, и удар пришёлся прямо в печень, но лезвие так и не достало до органа. Тот случай позволил ему серьёзно переосмыслить уровни и внутреннюю энергию. Но даже так, он и подумать себе не мог, что кто-то сможет остаться цел после того, как в него разрядят магазин в упор.
— Пофиг, — бросил Гриша, когда молчание немного затянулось. — Господин Суэн, будьте любезны, подождите меня с другой стороны двери. — Фраза была сказана тоном не терпящим возражений, что тут же смекнул китаец.
— Конечно, господин Григорий, — ответил он, поспешив подняться. — Пойдём Чен! — твёрдо добавил он, дотронувшись до плеча своего ученика, тем самым буквально приведя того в чувства.
По лицу последнего было видно, что он не очень доволен решением учителя. Но хорошая выучка и манеры сыграли ему хорошую службу, он поднялся вслед за Цзыхэн Суэном и покинул комнату, оставив все беспокоящие его вопросы на потом.
— Что ж ребята, — произнёс Григорий, когда за китайцами закрылась дверь. — Значит, соотечественниками решили торговать, — покачав головой, добавил он, а в следующий миг его образ размылся.
Несколько выстрелов, которые успел сделать Виталик, ушли в стенку перед ним, в то время как он сам полетел в другую. Практически в тот же миг, не издав ни звука, повалился на пол Дархан. Его голова была буквально вжата в тело, в то время как лицо выражало боль и ужас. Но он недолго мучился, как и его коллега, буквально размазанный о стенку.
— Я заплачу. У меня много денег, — на одном дыхании протараторил Виктор, с ужасом неотрывно глядя на Гришу, который стоял в полуметре от него.
— А вот здесь поподробнее, — улыбнувшись, произнёс парень.
Разговор с Виктором был не долгим. Как оказалось, на счету у него действительно имелась внушительная сумма, так ещё и в сейфе, имелось, чем поживиться. Две тысячи золотых монет и пять миллионов рублей было вполне неплохой платой за «ночную работёнку». Последний Гриша сразу же попросил открыть. А вот далее, забрав содержимое оного, он просто активировал на бандите чары отнятия души. Последняя тут же отправилась в инвентарь, в то время как тело, до поры до времени перекочевало в хранилище мёртвых. Данная способность позволяла Григорию хранить как поднятую нежить, так и тела, которые он планировал поднять. А бандюга ему ещё был нужен, как минимум, чтобы иметь доступ к деньжаткам на банковском счета. Хотя и помимо этого у парня имелись планы на него.
— Прошу прощения за ожидание, — произнёс Гриша, выйдя из кабинета.
— Ничего страшного, господин Григорий, — мягко улыбнувшись, ответил Цзыхэн, в то время как его ученик лишь недовольно сверлил парня взглядом.
— Учитель, но почему вы позволили этому лаоваю, так говорить с вами? — старательно сдерживая гнев, произнёс Чен Чу, когда они уже отъехали от базы Виктора.
— Всё же я не зря взял тебя с собой, — мягко улыбнувшись, ответил Цзыхэн. — Хотя, должен заметить, дерзости тебе не занимать. Надо же какой наглец! Оспариваешь решения учителя! — добавил он чуть твёрже, но всё с той же доброй улыбкой.
— Прошу прощения учитель, — протараторил Чен, изобразив поклон, насколько это позволял руль, за которым он сидел.
— Молодёжь, сначала говорите, потом думаете. Но ты молодец. Не стал влезать в разговор двух драконов.
— Неужели этот лаовай насколько силён? — искренне удивился Чен. На что Цзыхэн, усмехнувшись, ответил:
— Боюсь, на его фоне это скорее я не дотягивают до того, чтобы зваться драконом.
— Учитель, как так⁈ — уставившись на Цзыхэна, воскликнул Чен.
— Смотри за дорогой! — твёрдо изрёк старик, после чего, чуть потише добавил:
— Знал бы, взял водителя. Слишком уж ты импульсивен.
— Прошу прощения Великий мастер.
— Хватит обезьянничать! Раз за рулём, так рули! А то поклоны он пытается делать! — фыркнул старик, подумав:
— Как же так получилось, что в этой стране зародился столь свирепый дракон?
Цзыхэн хорошо запомнил не только Григория, но и его подчинённых. Причём, в том, что это были именно подчинённые, он не сомневался. Сильные и могучие войны, каждый из которых стоил отряда охотников, а то и больше. В этом он также был уверен. Об этом свидетельствовали их взгляды, движения и поведение.
— Но насколько же они все сильны⁈ — думал он, в то время как за окном мелькал ночной Краснодар.
— Простите учитель, но я всё равно не понимаю, — вновь нарушил ход мыслей старика Чен, но на этот раз в его голосе место возмущения твёрдо заняло удивление.
Цзыхэн вздохнул.
— Я бы и сам хотел знать, как так получилось, — произнёс он. — Но это не столь важно. Запомни главное, господин Кузнецов слишком опасен, чтобы связываться с ним.
— Вас понял, учитель.
В действительности Чен, ничего не понял и в целом был не согласен с Цзыхэном, но посчитал, что дальнейшие расспросы будут неуважением к мастеру. — Раз учитель так говорит, значит, на это есть весомые причины, — подумал он.
— Гриша, с тобой всё в порядке? — обеспокоенно вопросила Нарли, когда парень вернулся.
Несмотря на то, что на дворе была глубокая ночь, девушка не спала, она тихонько сидела в Гришиной комнате, ожидая его. И теперь, когда он вернулся, еле удержалась, чтобы не прыгнуть ему на шею.
Безусловно, Нарли прекрасно понимала, что Гриша далеко не так слаб, чтобы о нём беспокоится. Но поделать с собой ничего не могла.
— Как видишь, всё в полном порядке, — ответил парень, с лёгкими нотками беспокойства в голосе.
Григорий был уверен, что не оставил отпечатков или ещё каких других следов. Но с другой стороны, напрямую или косвенно, за одну лишь неполную ночь он убил не менее сотни человек. Соответственно, он был уверен, что это не останется незамеченным, а значит, рано или поздно могут выйти на него.
— Мама не сильно расспрашивала? — поинтересовался он, пройдя вглубь комнаты и присаживаясь за стол.
— Нет, спросила, как провели прошлую ночь и всё.
— Ну и хорошо, — протянул парень, а затем чуть веселее поинтересовался:
— Кстати, ты со мной остаёшься ночевать или к себе пойдёшь?
Нарли немного покраснела, но это осталось незаметным для Григория. Она бы с радостью согласилась, но посчитала, что это недопустимо, поэтому тут же протараторила в ответ:
— Прости. Я уже ухожу.