Страница 155 из 225
Глава 2
Открыв глаза, Гриша не сразу понял, где находится. Комната была вроде похожа на его, но в то же время совершенно иная. Но посапывающая рядом Нарли, сразу напомнила ему, о событиях прошедшей ночи.
– Надо же, а я‑то думал, что это был сон, – мысленно констатировал он, удивляясь своему спокойствию и даже в некой степени безразличию. Собственно говоря, он уже давно поражался себе. Нарли ему нравилась, а, возможно, даже больше, чем нравилась. Но, в то же время, он никогда не испытывал к ней пылких чувств.
– Интересно, когда я стал таким? – подумал он, вставая и направляясь в душ. Но ответа на этот вопрос у него не было. Зато другие, не менее важные мысли стремились увести его в совершенно ином направлении. До сих пор было непонятно, что будет дальше. Зачистка C‑рангового подземелья не могла остаться незаметной, а значит, рано или поздно материализуются люди, у которых будет много вопросов к нему.
– Надо позвонить Дроздову, – подумал парень, понимая, что более не получится отсидеться, а значит, стоит действовать на опережение.
– Доброго утра, Лев Николаевич.
От Гришиного голоса Дроздову стало немного не по себе. Спокойный и размеренный, но в то же время с угрозой в глубине.
– Здравствуйте, Григорий Александрович, – поздоровался мужчина в ответ. – Довольно специфичное заведение, – добавил он, оглядываясь по сторонам.
К слову, сидели они в небольшой закусочной, на окраине города. Место было не особо людное, но кофе у них был вполне приемлемый, поэтому Гриша, к приезду Дроздова, успел заказать себе уже третью чашку.
– Только не говорите, что не бываете в подобного рода забегаловках, – произнёс парень, делая глоток кофе. – Кстати, кофе вполне неплохой, рекомендую.
В ответ Дроздов лишь поморщился.
– Бывает, – отстранённо произнёс Гриша.
– Григорий Александрович, я понимаю, что вы теперь мой… – было начал Дроздов, но парень, почти оборвав его на полуслове, сказал:
– Почему не сказали про репортёров?
Тон и взгляд Григория не сулили ничего хорошего, а то, с какой лёгкостью он переключал эмоции на своём лице, вызывали неоднозначные мысли у Льва, впрочем, как и то, что он перебил его. Но, тем не менее, Дроздов абсолютно спокойно ответил:
– Прошу прощения, запамятовал.
Сказанное нисколечко не убедило Григория.
– Зачем слили информацию?
– Так было изначально запланировано, – нехотя и сухо ответил Дроздов.
– Видимо, для того, чтобы обелить в глазах общественности особые военные силы, – высказал своё предположение Гриша, на что его собеседник, кивнув, согласился:
– В какой‑то степени.
– Почему нельзя было просто, законодательно запретить гильдиям переезжать в другие страны? – озвучил своё второе предположение Григорий. – Неужели опять из‑за общественности?
– Отчасти да. Вы ведь и сами понимаете, что за каждой более‑менее серьёзной гильдией стоят внушительные люди. Но, несмотря на свою внушительность, они не всегда оценивают реальность правильно.
– То есть, вы хотели принести Прану в жертву, чтобы немного отрезвить их? – воспользовавшись короткой паузой, спросил Гриша, довольно жёстко глядя Льву в глаза.
– Я бы не называл это жертвой. Скорей, это была вынужденная уступка.
– Хм! – Некоторое время Григорий молчал, но затем всё же спросил:
– Вы представляете, чтобы я сделал, если бы, вернувшись немного позже, обнаружил свою сестру мёртвой?
Дроздов невольно опустил глаза в стол. Конечно, ему было что сказать. Но, во‑первых, он прекрасно понимал Григория и, как следствие, не мог осуждать его действия. А во‑вторых, давление, которое излучал парень, было слишком сильным, оно гасило все здравые мысли и доводы, кои только могли прийти в его голову.
– Очень хорошо, что вы вернулись вовремя, – всё же выдавил из себя Лев.
– Верно. Это очень хорошо, – медленно произнёс Гриша.
Его слова будто бы обожгли холодом, но, в то же время, давление немного спало, и Дроздов вновь смог почувствовать себя более менее живым.
– Мы находимся достаточно в тяжёлой ситуации, Григорий Александрович. Население не в курсе, но государство работает на истощение. Тем более, после СВО, это особенно тяжело.
– К слову, я вот не пойму, неужели опыт применения дронов вам никак не помог в борьбе с порождениями Системы?
– Григорий Александрович, вы ведь и сами понимаете, в чём проблема.
– Да, понимаю. Они слишком медленные. Но ведь можно было разработать что‑нибудь более быстрое. Или в крайнем случае какого‑нибудь робота.
– Американцы пробовали. Всё, что у них вышло, это дорогая игрушка, которая способна противостоять максимум монстрам из B‑ранговых подземелий.
– Во дела, – протянул Григорий. Конечно, он не ожидал ничего особенного, но всё как‑то совсем печально выглядело.
– Григорий Александрович, повторюсь, страна очень истощена и живёт на честном слове. Заводы только и успевают производить боеприпасы для сдерживаемых подземелий С и D рангов. Нам и так пришлось сократить помощь союзникам… – но здесь Григорий неожиданно прервал монолог своего собеседника, недовольно пробурчав себе под нос:
– У России только три союзника: армия, флот и авиация.
– Да… в какой‑то степени вы правы… – согласился Лев, но затем, под пристальным взглядом Григория добавил:
– Я имел в виду общепринятый список союзных государств…
– Меня это не волнует! – оборвал своего собеседника Гриша. – Давайте лучше побеседуем о более насущных вещах. Например, вам уже звонили из Москвы?
– Да, нам велели всё тщательно расследовать и предоставить подробный отчёт о произошедшем в подземелье. Этим сейчас занимается расширенная группа под руководством моего сына.
– Когда мне стоит ждать гостей?
– Это зависит от вашего желания, я могу, как задержать, так и ускорить расследование.
– И при этом вы мне ни слова, ни полслова не сказали? – Григорий говорил без упрёка, но даже так Лев испытывал некую вину, хотя в действительности он не считал себя виноватым.
– Звонок поступил вчера днём, – ответил мужчина.
– Ладно, не критично. Но в следующий раз лучше сразу звоните мне по любым вопросам, которые касаются меня.
– Вас понял, Григорий Александрович, – без особой радости ответил Дроздов. Ему явно только и не хватало ещё одного начальника на старости лет, а тут вон какой, попробуй ослушайся.