Страница 60 из 2851
Проснулась от шума – было уже девять вечера, и из кухни слышался писк Алисы – оказывается, Маша закинула ей за шиворот кубик льда для сока. Юко и Женя хохотали, хальмони качала головой.
- Привет «шишкам»! Как успехи на рекламном фронте? – Поинтересовалась я.
- А, ну их! Надоели! Повернись, руку туда – ногу сюда, задницу вверх, смотри в ту точку! – Начала жаловаться Маша.
- Тебе что, опять дали какой-нибудь порошок рекламировать? – Улыбнулась Женя.
- Ага! Какую-то краску для волос с укрепляющим составом на основе чего-то зубодробительного! Без поллитры название того вещества точно не выговоришь! – Девочки засмеялись. - Не повезло мне с заказчиком, эх, не повезло!
Вон Алиска и Женька уже второй раз на яхте катаются. Тогда на них купальники одели, а теперь бикини с майками нацепили. А Юко - вообще! На «леталку» её сегодня посадили.
Правда, сама она не водила, а сидела рядом с водителем. Но ведь полетала! А мне только и досталось – у стиральной машины стоять или пачки со всякой гадостью в руках держать!
- А ты откуда про них знаешь? Вас же в разных местах снимают.
- Так вместе сегодня домой приехали. Вот и узнала! А ты что делала?
- Да, ничего, обратно деньги за наш вчерашний обед в ресторане отбивала. До шести черепа рисовала одноклассникам Сон Хена.
Пятьдесят штук намалевала, часть с саблями, а часть пустые, но зато надписи всем сделала разные.
Если опять будут клиенты, придётся новые трафареты делать, старые уже истрепались.
- Хорошо тебе! Сразу деньги на счёт получаешь! А нам заплатят только в конце января за все эти съёмки и нервотрёпку. – Откликнулась Алиса.
- Зато вы много получите сразу.
- Это да! Сорок тысяч на дороге не валяются.
Но если пересчитать на полгода, то получится, что нам за каждый день съёмки дают чуть больше тысячи пятисот долларов. А в месяц – не более шести с половиной тысяч.
- Ну а что, такая у этих рекламных агентств специфика. А твоя мама как, Юко?
- Намного лучше. Скоро ей начнут проводить реабилитационное лечение. Если всё пройдёт нормально, то через два месяца она выйдет.
Правда, работать она не сможет ещё полгода. Придётся посылать в Саппоро деньги, чтоб они продержались до того момента, когда мама сможет работать.
- Ну, за это не беспокойся! Поможем, если что!
- Спасибо!
В это время тренькнули наши голофоны. Пришли роялти, правда, меньше, чем в прошлый раз. Продалась всего сотня записей с «Ламбадой».
Только я хотела что-то сказать Юко, как пришли сообщения, что нас завтра в одиннадцать часов приглашают на Олимпийский стадион для участия в спортивных соревнованиях.
Что там за дисциплины будут, об этом ничего не написали. Но приписали, чтобы у нас была спортивная форма. И что теперь делать?
- Соньяо! Поезжайте в Каннам-Гу. Там недавно открылся новый спортивный магазин «Найк». Хоть и дорого, но зато настоящая фирменная одежда и обувь.
Так мы и сделали. Полетели в этот Каннам. Магазин впечатлил.
Каждой из нас полная экипировка обошлась почти в тысячу долларов.
Каждая девушка купила себе спортивную майку и трусики, форму из брюк и верха, материал которой меняет цвет в зависимости от освещения или поворота тела. Ещё у каждой из нас появились по две пары кроссовок.
Вернулись домой уже в полночь. Сразу же стали укладываться спать – ведь завтра важно не опоздать на стадион.
Пожелав всем спокойных снов я положила голову на подушку, но долго не могла заснуть. Ни о чём думать не хотелось.
Рядом посапывала Маша, завернувшись в мокрую простыню – было жарко даже ночью, не ниже двадцати семи градусов по Цельсию.
От нечего делать поплелась на кухню. Открыла холодильник и выпила трехсот граммовую бутылку холодного сока. Стало немного полегче.
Вернувшись к своей подушке, положила на нею голову и быстро уснула…