Страница 138 из 346
– О, проснулись, господин Мейер! – делая шаг мне навстречу, сказал Вернер. – Городская стража здесь по делу. Твои люди сегодня рано утром совершили диверсию на моем поле! Какой‑то подонок пробрался на мои угодья и раскидал по молодым посевам ядовитый порошок. Растения сгнили за несколько часов. Уж не вы ли решили мне напакостить перед проверкой земельного инспектора?
Я нахмурился, краем глаза заметив, как Радован едва заметно покачал головой, мол, сам плохо понимает, что происходит.
– Это очень серьезное обвинение, – усмехнувшись, ответил я. – Но, увы, я слишком принципиальный человек, чтобы опускаться до чего‑то подобного.
Что всё это значит? Кому в голову взбрело раскидать ядовитый порошок по полю Вернера? Мы же ведь договаривались с Густавом и Казимиром, что не будет заниматься чем‑то подобным, хотя косвенно об этом речь заходила. Неужели кто‑то из них решился всё‑таки на это… Ничего не понимаю.
– Да неужели⁈ – фыркнул Юлиан Вернер. – Стража, покажите ему следы, которые тянутся от моего поля через межу и ведут аккурат к участку Господина Мейера! Словно этот вредитель сегодня на рассвете вернулся со своего грязного дела прямо к вам. Обыщите дом! Уверен, мешки с остатками этой отравы спрятаны именно там!
– Это правда? – обратился я стражнику, который, судя по всему, был старшим.
Грузный мужчина с обветренным лицом хмуро посмотрел на меня. Он переступил с ноги на ногу, и его поножи тихо звякнули.
– Доля правды в его словах есть, господин Мейер, – нехотя, басом ответил он. – Мы сами шли по этой цепочке отравленных всходов. Следы свежие и ведут прямо от границы владений господина Вернера к вашему недостроенному амбару.
– Вот видите! Видите⁈ – взвизгнул Юлиан. – Чего же вы ждете? Устройте осмотр. Если моему соседу‑землевладельцу нечего скрывать, то он будет не против.
Я проигнорировал слова Вернера. Ситуация была критической. Обыск в доме – это гарантированный провал. Стражники заглянут под кровать и найдут там свежесрезанный, сочащийся ядом чернокоренник. В глазах закона это мутировавшее растение станет идеальной уликой. Вернеру даже не придется доказывать, порошок это был или сок – меня просто упекут за решетку до приезда земельного инспектора.
– А где эти следы кончаются? – поинтересовался я у старшего стражника.
– Вот, здесь, между грядками, – указал пальцами грузный представитель закона.
Я активировал «Взор Фермера» и опустил взгляд на землю, внимательно разглядывая отпечатки рабочей обуви.
Система тут же подсветила мне форму, узор и глубину отпечатков, оставленных в земле.
Я внимательно всмотрелся в протектор подошвы… и мне стало не по себе. Рисунок примятой земли был мне слишком хорошо знаком.
Специфический, глубокий крестообразный узор с наполовину стертым правым каблуком. Точно такие же сапоги носил один из моих бригадиров – Болеслав. Да и глубина проседания почвы идеально подходила под его вес.
Какого черта⁈
В голове мгновенно закрутился вихрь наслаивающихся друг на друга мыслей. Такого не может быть. Зачем Болеславу посреди ночи сыпать отраву на грядки Вернера?
Либо его подставили, либо кто‑то из рабочих втихую стянул у бригадира сапоги, пока тот спал, чтобы перевести все стрелки на нашу ферму. Не понятно, кто и зачем это сделал, но факт оставался фактом: следы были подлинными, они вели от уничтоженных посевов прямо к моему амбару.
– Ну что, господин Мейер? – выкрикнул Юлиан. – Вижу по вашей физиономии, что вы узнали чьи это следы! Капитан, чего вы ждете⁈ На этой земле сейчас ошивается целая орава работников, – Вернер ткнул пальцем в сторону работяг. – Прикажите всем до единого снять обувь прямо сейчас! Давайте просто сравним подошвы каждого присутствующего здесь со следами. И мы мгновенно узнаем, кто именно сегодня на рассвете бегал отправил мои посевы.
Лицо капитана стражи прояснилось. Такой простой метод устраивал куда больше, чем осмотр дома.
– А это дельная мысль, – согласился старший стражник. – Всем оставаться на своих местах! Построить бригаду! Живо снимайте сапоги для осмотра, иначе пойдете в управу за сопротивление следствию!
Я медленно повернул голову и встретился взглядом со стоящим в толпе Болеславом. Бригадир замер.
Неужели это и правда твоих рук дело… Но зачем?