Страница 3 из 52
Так и «поток растущих детей» — это своего рода «демографический градусник», которым можно изучать демографическое здоровье русского народа в ежегодном календарном цикле на протяжении более 100 лет
Швецов.А давайте попробую изложить более просто.
При подсчёте количества умерших и родившихся невозможно учесть количество тех, кто в данный миг жив, здоров и тащит на себе не только себя, но и старых и малых.
Количество рождённых каждый год не подходит — не учитывается, сколько умерло после рождения.
Что всё–таки надо считать?
Башлачёв.Количество растущих из этих рождённых.
Давно известны таблицы смертности в демографии. И они показывают, что минимум смертности приходится на возраст около десяти лет.
В этом возрасте смертность микроскопическая.
А вот в диапазоне от двух до пятнадцати она достаточно мала. Намного меньше, чем взрослая смертность и намного меньше, чем младенческая.
Поэтому ограничимся интервалом от двух до пятнадцати лет, что позволит пренебречь смертностью в этом возрастном промежутке.
По мере вырастания численность не меняется (количество трёхлетних детей в этом году почти что совпадёт с количеством четырёхлетних в следующем году, и так далее по всем младшим группам).
Что показывает поток растущих детей
Данные переписей накладываются друг на друга и незначительные потери от детской смертности — это, по сути дела, толщина линии в местах стыка.
Швецов.То есть те, кому в 1977-м было два года, через 12 лет будут учтены, как 14-тилетние?
Башлачёв.Да. Это — довольно необычный показатель, но я его пытаюсь публиковать.
На эту тему я опубликовал в 2014 году статью «О новом методе измерения демографического развития на длинном временном интервале».[1]
Изложение этого метода можно найти и на других интернет–ресурсах.[2]
Швецов.Действительно необычный.
У нас считают количество родившихся и количество умерших, считают соотношение, общее количество населения, а вот именно динамику потока детей, как Вы предлагаете и показываете на этом графике, никто не рассматривает.
Башлачёв.Да, этого нет.
Но именно поток растущих детей — это главный динамический показатель демографического развития народа.
Он строится в ежегодном цикле по шкале календарные годы.
Швецов.Хорошо, предложили такую оценку текущего состояния. А что эта оценка даёт?
Показателей наклепать можно сколько угодно — было бы желание!
Башлачёв.Нет, Александр!
Это не текущее состояния. Это движения растущих детей по годам рождения.
Швецов.А давайте посмотрим, как это показатель сочетается с историческими событиями.
Вот начало двадцатого века. У нас идёт очень резкий подъём на этом графике.
Башлачёв.Этот подъём обусловлен той динамикой, которая сложилась в 19-м веке. Если нужно, то мы к этому вопросу потом вернёмся.
Потом было начало Германской войны. И тут провал — эти дети или погибли, или не родились.
Что и показывает поток о Германской и Гражданской войнах.
Швецов.Понятно. Мужья ушли на фронт.
Башлачёв.Об этом говорит перепись 1926-го года. Там же все эти растущие дети присутствуют.
Швецов.Там присутствуют те, кто родился в эти годы?
Башлачёв.Нет. Там присутствуют те, кто выжил. И по их возрасту можно установить их место в потоке русских детей.
Кончилась Германская война, потом смута закончилась.
И уже к 1923-му году число растущих детей (то есть число рождённых в 1923 и выживших к моменту переписи 1926) сравнялось с 1914-м годом.
По этому провалу мы можем определить детские потери, при этом невозможно определить — погибли ли эти дети или просто не родились, так как возможные отцы ушли на фронт.
Швецов.Когда говорят о людских потерях с 1914-го по 1920-й, то обычно приводят общие цифры. Ведь Германская прямо перетекла в Гражданскую.
Башлачёв.Можно разделить, сколько во время Германской войны и сколько в годы смуты.
Перепись 1926-го года показывает эту динамику.
Перепись 1939-го года показывает, как это шло после 1926 года.
Швецов.Прежде чем, мы перейдём к переписи 1939-го года, предлагаю ещё чуть–чуть задержаться на Германской и Гражданской.
Ведь переписи не велись постоянно — перепись отражает лишь текущее количество детей в той или иной области.
Германская война вынудила очень многих людей покинуть родные края. Счёт беженцев шёл на миллионы.
Да и Гражданская война людей вновь пораскидала и перетасовала — кто–то удирал от «красных», кто–то — от «белых».
Башлачёв.Если брать всю страну в целом, то эти перемещения не будут видны.
А вот если брать по областям, то можно.
Волны переселения несомненно будут оказывать влияние. Но об этом мы поговорим в другой раз.
А вот различные социальные потрясения отражаются на потоке выживших детей очень сильно. Смотрите на начало 30-х годов.
Швецов.Какой резкий провал!
Башлачёв.Да, и обратите внимание, что это началось в 1930-м году.
Нам часто говорят, что основные потери обусловлены 1937-м годом и коллективизацией. Но коллективизация длилась все тридцатые годы.
А в 1934-м вдруг подъём.
И в 1937-м — тоже нет провала.
Провал с 30-го года.
Швецов.Мы можем несколько увлечься 30-ми годами и забыть о том, с чего начали.
На примере 30-х годов видно, что предложенный метод динамической оценки, поток растущих детей, отражает различные социальные потрясения.
Предлагаю вернуться к началу XX-го века и пройти по всей диаграмме. Иначе неизбежно что–нибудь упустим.
Башлачёв.Что ж! Давайте вернёмся.
Швецов.Если читатель испытывает очень тёплые чувства к советскому строю и СССР, то не исключено, что в его голову уже сложилась картина под названием «Собрались два лютых антисоветчика, задавшихся целью написать антисоветский памфлет».
Скажем так, если изложенные факты и образ повествования вызывают острые боли во всём теле, особенно в виде покалывания в глазах, то никто никого читать не заставляет.
Все возможные последующие болезненные ощущения — это осознанный выбор читателя, за который отвечает он сам.
И никто иной.