Страница 23 из 124
Глава 8
Глава 8 О нежити, проблемах оборотней и иных важных вещах
Испанец, занесший саблю над его женщиной, опустил ее на его голову, отрубив ее напрочь.
О недостаточно галантном обращении некоторых испанцев с отдельно взятыми женщинами.
Помнится, в далёком детстве Трувор мечтал о подвигах.
Чтоб как в книге.
Дракона одолеть. Девицу спасти. И чтобы все восхищались и восхваляли. Что ж, порой мечты сбываются, но чаще всего именно тогда, когда понимаешь, что не очень-то оно и надо было. И вообще всё как-то иначе представлялось.
Ни лат.
Ни копья.
Конь, если это можно было назвать конём, куда-то ускакал, а вместо принцессы виднелся мелкий некромант. А вот дракон наличествовал. Он поднялся, отряхнулся так, что стальные шипы на хребте зазвенели и поглядел на человека. Там и вовсе развернулся, явно намереваясь с Трувора спросить за нанесённые обиды. И главное, сам Трувор где-то дракона даже понимал.
Вот что это за «кис-кис»? Или вообще «цыпа-цыпа»? Где уважение?
Тварь приоткрыла пасть и коротко рыкнула. А потом снова начала раздуваться.
— По харе лупите! — крикнул некромант. — Не дайте ему выдохнуть!
Трувор мысленно поклялся себе в следующий раз мечтать аккуратней, а то ведь не приведи Всевышний исполнится. Воздух, подчиняясь его воле,сгустился, сжался до плотного, ощутимого под пальцами комка, который Трувор подкинул и сам, в приступе глупейшего — взрослые люди так себя не ведут! — азарта, швырнул с криком:
— Лови!
И главное, дракон услышал.
Понял.
Клацнули челюсти, перехватывая шар. И тварь глотнула. Икнула.
Икнула снова.
И тонкая оболочка шара растворилась.
— Ложись! — Трувор упал на землю, осознав, что забыл предупредить некроманта. Сверху грохнуло и как-то так, со всхлипом, что ли. Над головой что-то просвистело.
Шмякнуло.
Раздался влажный всплеск.
Следом резко завоняло.
— Вот знаете, — голос некроманта был полон печали. — А давайте вы в следующий раз просто в сторонке постоите, а?
Трувор поднялся.
Ну… что сказать. Он, кажется, слегка переборщил с зарядом силы.
— Она здоровой казалась, — произнёс он, чувствуя, что краснеет. Благо, вокруг темно и ничего не видно. Ни его красноты, ни кишок твари, которые раскидало прилично так. Вот прилипший к скале хвост заметен. Но на него можно не смотреть. — Я и подумал, что надо побольше силы вложить.
— Ага, — некромант подошёл к остаткам туше, которую практически разорвало пополам. Ну, не совсем, чтобы пополам, даже скорее на части, но это же мелочи. — Не думал, что воздух на такое способен.
— Если сперва сжать большой объем в малый, а потом резко убрать оболочку, то происходит стремительное возвращение к исходному объёму с выбросом энергии.
— Вашим выбросом энергии его кишки по всей округе разметало, — некромант наклонился и поднял что-то мелкое и вида отвратного. — А железы теперь где искать?
— Какие?
— Ядовитые. У матерого скальника в зобу железы есть. Они вырабатывают жижу, та копится, а потом, смешиваясь с воздухом, и образует газ, который вы и видели. Между прочим, из этой жижи много чего полезного сделать можно.
— Ну, извините.
А в мечтах принцесса преисполнялась благодарности и сама бросалась на шею Трувору, покрывая его поцелуями. Потом, по мере взросления, поцелуев становилось больше, а в принцессе проявлялось некоторое сходство с очаровательной Анни, дочкой булочника. И порой дело заходило куда дальше поцелуев.
А главное, никаких там кишок.
Желез.
И прочего.
— Я вообще-то опасался, что он вас сожрёт.
— Скальник? — удивился некромант. — Подавится. Говорю ж, они здоровые, но тупые.
Он вздохнул и поднял шматок мяса, прилепившийся к длинному искривлённому шипу.
— И шкуру попортили…
Да уж, в мечтах принцессы благодарнее. То ли потому что принцессы, то ли потому что мечты. А от некроманта он, кажется, простого «спасибо» не дождётся.
— А вы как его убивать собирались?
— Я… да вот, — некромант провёл рукой, и из земли поднялись тонкие нити. — Это парализующее заклятье. Пара секунд и тварь застывает. Остаётся подойти и ударить клинком в глаз. И гуманно, и шкура целая… да ладно, не расстраивайтесь. Я на первой охоте со страху чёрной смертью так влупил, что и болотник, и всё болото в тлен обратилось.
— Я не расстраиваюсь.
Просто… просто получается, что Трувор не спасал, как ему представлялось, а вовсе даже мешался.
— А потом ещё как-то на стаю мерзляков напоролся. В старом замке. Туда отца моего пригласили, чтобы глянул. Что-то в подвалах то ли выло, то ли скреблось. Ну, беспокоило людей, — некромант носком сапога подкинул кусок оторванной лапы. — Отец тогда и отправил. Сказал, что я большой уже и сам могу поработать. Я ж тоже думал, что большой и сам могу.
— И вижу, что смогли?
— Пришлось. Полез, а там ведь замок не просто старый, он древний. И подвал один, потом другой, потом третий винный, четвертый… а там и катакомбы. Ну, а в катакомбах и мерзляки. Это вроде крыс, только покрупнее раза в два. И силой одарённые. Холодом. Когда стая мелкая, то справиться с ними легко, — некромант, опустившись на корточки, заглянул в пасть. Точнее в то, что осталось, потому что нижнюю челюсть разворотило полностью. — А вот когда крупная, тут уже сложнее. Эти в катакомбах жили давно, там потом нашли проходы, вели к тропам горным. Они и выползали. Охотились… ну, как повезет. И мне обрадовались, как родному. А я, как увидал, что стены льдом затягивает, причём плотненько так, так и понял, что сейчас будет плохо.
Он пошатал зуб.
— Кстати, надо будет выдрать. И иглы. Металл хороший, Килли чего-нибудь да сотворит. Это, конечно, не камень, но тоже неплохо. На починку големов, например, пустить можно.
— Нечего там чинить, — признался Трувор. — Так что с мерзляками?
— Ну… у меня тогда со страху спонтанный выброс силы случился. И не осталось ни мерзляков, ни их останков… а жаль, их шкуры ценятся, особенно на юге. Охладительные плащи выходят. И мешки, и целые шкафы для продуктов. И в целом-то многое шьют. Мне Карлуша эти шкуры потом полгода вспоминал.
А всё одно, принцесса была бы благодарней.
Но где ж её взять-то?
— Ладно, с этим потом разберемся, — некромант, оставив в покое зуб, поднялся. — Идём.
— А люди?
Он оглянулся и крикнул: