Страница 11 из 124
Глава 4
Глава 4 О занимательных беседах по дороге на кладбище
Медное кольцо на указательном пальце средней руки
О том, как опасны алхимические эксперименты
— А вы и вправду на кладбище пойдёте? — откуда вынырнул мальчишка, я так и не поняла. Не было рядом никого, и вот уже стоит, на ноге одной подпрыгивает от распирающей энергии, и во взгляде — искренний детский интерес.
— Пойдём.
— Ночью?
— Ещё не ночь.
— Так пока доберетесь, так и будет, — возразил он и ногу сменил, но подпрыгивать не перестал.
Ну да, есть такой момент. Я посмотрела на солнце. Вроде бы и высоко, но памятуя вчерашний день, можно сказать, что смеркается тут быстро.
И стоило бы отложить поездку, да…
Мысль мне почему-то не понравилась. А чувствам своим я верить привыкла. Вроде как и планов особых на завтрашний день у меня нет, но почему-то неспокойно. Ревизор этот опять же. Когда он явится? Вдруг завтра?
Появится и запретит. Или ещё чего произойдёт. Мой жизненный опыт подсказывал, что произойти может буквально всё, и потому не стоит откладывать важное дело.
— Фонарь возьму, — решила я. И, сунув пальцы в рот, свистнула. Звук получился громкий, резкий. А восторга в глазах мальчишки прибавилось.
— Научите⁈ — шепотом спросил он.
— Эм… потом?
Не хватало ещё. Патрик не обиделся кивнул и сказал:
— Если вы тэра коменданта подзываете, то он на свист не придёт. Его так звать надобно. Словами. И вообще, может, не услышит. Он, небось, лопаты искать пошёл, потом людев… вдвоём-то вы много не накопаете.
Резонно.
И мне бы самой подумать стоило. Раньше я конкретного покойника откапывала. Ну двоих. Трое — максимум, и то там помощники были. А тут? Сколько понадобится? Дефицит кадров тут серьёзный, а кладбище старое, земля, небось, твёрдая. Так что да, комендант соображает.
Чтоб…
— А ты его найти можешь?
Патрик кивнул.
— Тогда найди и скажи, чтоб и мешок взял. А лучше два.
Кости в чём-то нести придётся. Даже если черепами ограничиться. Ну или позвонками. Черепа я не особо любила, хрупкие и объёмные, но у покойников в ним какая-то особая привязанность, что ли.
Я огляделась и снова свистнула.
Где его демоны носят-то?
Стоило подумать, и раздался грохот копыт. Да такой, что камни заплясали. Паренек оглянулся и застыл, рот приоткрыв. Я, уж на что привычная, и то залюбовалась. Скотина не скачет — плывёт над землёй. Черная грива полотнищем стелется, хвост трубой… в общем, красавец. Но не понятно, с чего он так топочет-то? И ведь точно знаю, умеет Скотина тихо ходить.
Бесшумно даже.
Подозреваю, что и ныне грохочет исключительно, чтоб на себя, чудесного, внимание обратить. А то вдруг кто этакое зрелище по собственному скудоумию да пропустит.
— Это ваш? — шёпотом спросил Патрик и на всякий случай поближе подвинулся, что разумно, потому что Скотина — он ведь не просто так Скотина.
Ещё та заразина.
— Ага.
Остановился конь резко, на дыбы взвился, красуясь.
— Хрю, — прозвучало откуда-то сзади. Я обернулась, чтобы увидеть, как из тьмы прохода высовывается любопытная харя Лютика.
— И он ваш?
— Это? Нет, это брата.
— А погладить можно? — спросил паренек по-прежнему шёпотом.
— Кого именно?
— А кого можно?
— Ну… Лютик, вроде, адекватный. Спроси у него, если разрешит, то гладь.
— Хрю, — Лютик выбрался, отряхиваясь на ходу. А я изо всех сил постаралась сохранить невозмутимое выражение лица. Нет, я знала, что Килли вяжет костюмчик, но…
Розовый!
Вот серьёзно? Розовый и со стразиками! Кружевной комбинезон сидел идеально, облегая пухлое тело Лютика. Сквозь дырки в кружевах пробивались завитки пуха, но выглядело это довольно симпатично. Правда, изысканный наряд несколько диссонировал с мрачным, полным осознания происходящеговзглядом.
— А что ты хотел, — сказала я, разводя руками. — Тяжела участь разведчика. Зато никто тебя всерьёз не примет. Враг, я имею в виду.
— Хрюк, — согласился Лютик и потряс головой, избавляясь от клочьев пыли.
Даже знать не хочу, где он лазил. Надеюсь лишь, что, если он отыщет что-то полезное, то скажет.
— А можно тебя погладить? — Патрик принял совет серьёзно. И к Лютику склонился. Тот смерил пацаненка суровым взглядом и кивнул. А потом сел и голову склонил, подставляя шею.
— Какой мягонький… какой хорошенький… — пальцы коснулись шерсти.
Скотина фыркнул и выгнул шею. Прошёл влево. Вправо. Нервно затопотал.
— А ты кусаешься, — сказала я.
— Урм! — сколько возмущения в голосе. И копытом притопнул, мол, кого это он просто так укусил. Ага, и голову задрал, сделал вид, что ему вот совершенно не интересно, что кого-то там наглаживают. Он вообще выше этих глупых нежностей.
И выше.
И шире.
— Всё одно красивый, — с придыханием сказал Патрик. — А офицеры говорят, что такого коня, наверное, даже у генерала нет… сегодня все только и делают, что ходят смотреть. Овсу вот приносили.
Скотина повернул голову в другую сторону.
— И жалели!
Ну да, его, бедного и несчастного, только и делают, что жалеют.
— А жалели почему? — уточнила я.
— Так… — на меня поглядели с недоумением. — Вы ж о нём не заботитесь.
И Скотина, не будь он скотиной, кивнул.
— Засунули в какую-то дыру и позабыли, позабросили. Денник не почистили, свежей соломы не принесли, покормить не покормили… — Патрик загибал пальцы, а Скотина на каждый кивал, поддакивая. — Вот и пришлось другим. Ему сперва тэр Кеннет овсу насыпал. Потом тэр Трувор, потом…
Парень принялся перечислять, на сей раз пальцы разгибая. И главное, список получался приличный.
— А ты что? Сожрал? — уточнила я, когда было названо шестое имя. Подозреваю, что сыпали они от души, ибо чего-чего, а овсу в крепости с излишком.
Скотина отвернулся, резко потеряв интерес к происходящему. И вообще сделал вид, что он так себе лошадь, обыкновенная, и человеческих словес не понимает.
— Всё сожрал, — подтвердил мальчишка. — И когда тэр Грегор узнал, сказал, что перекормили, что теперь точно заворот кишок случится. А всё от недогляду.
Он поглядел на Скотину и, вздохнув совершенно по-взрослому, добавил:
— А красивый. Жаль будет, если подохнет.
Выражение морды Скотины стоило того, чтобы это увидеть.
— Не подохнет, — поспешила заверить я. — Скотина у нас — тварь живучая. А переварить и камни способен, так что пусть кормят, если охота. Главное, чтоб в седло никто не лез.