Страница 2 из 102
Лео был прав: фирма-производитель Вундервафли нигде указана не была. А от официального наименования — МБРБК БПЛА ИИИ, то есть мультизадачный боевой разведывательно-бомбардировочный комплекс БПЛА с использованием искусственного интеллекта — можно было вывихнуть челюсть или заржать по-лошадиному:
— ИИИ!
В отличие от названия, процесс взаимодействия с Вундервафлей оказался на удивление прост и понятен, не уставая преподносить приятные сюрпризы. У старшего сержанта Бадрачук имелось профильное образование и опыт работы с ИИ-дронами, но Калина была уверена: она бы справилась и без опыта, и без образования. Ну, пришлось бы подольше повозиться, и все.
Уверенности в себе Калине было не занимать. Без этой уверенности, временами переходящей в откровенную наглость, при ее-то имени и внешности — никак. Черноволосая смуглянка, «метр в кепке», ветер дунет — унесет. Тут уж или быть вечной жертвой и объектом насмешек — или… Еще в детском саду Калина без колебаний выбрала второе «или». В итоге ветром уносило всех, кто имел неосторожность докопаться до безобидной на вид девчонки.
Малявка черномазая?
А золой в рожу? Кто теперь черномазый?
Цыганва? Погадать?!
Сейчас нагадаю! Сто чирьев на задницу, бельмо на глаз, типун на язык, всю жизнь будешь спички в кредит брать!
Калинка-малинка, ляжем на перинку?
Давай, ложись. Только жестко будет.
А я люблю жестко!
Без проблем!
Удар лбом в солнечное сплетение. Удар накатанный, отточенный, проверенный. Бугай по кличке Ржевский сгибается пополам, хватает ртом воздух. Теперь подбить дураку ногу — и ложись на пол, красавчик.
Предупреждали: жестко будет.
В кого она уродилась смуглой да чернявой, Калина знала прекрасно. В маму, а больше в деда — маминого папу. Дед был натуральным индусом, в смысле индийцем… Ну, вы поняли. Давным-давно он приехал в Советский Союз из города Калькутта, штат Бенгалия. Ага, бенгальские огни и бенгальские тигры. Чаттерджи Вишванатх учился в университете, чтобы вернуться домой дипломированным специалистом, но в итоге женился и остался.
Вскоре бабушка Оксана родила Калинину маму.
Дедова четвертушка у Калины выглядела тремя четвертями. Натуральные индийцы, с которыми Калина позже познакомилась, принимали ее за свою. А когда Калина хвасталась, что дедушка — потомственный брахман из соответствующей касты…
Тут же просили с дедом познакомить. Без проблем, знакомила.
Дедушка Чат был семейной легендой — вполне, кстати, живой и бодрой! Где он работал и чем занимался добрых двадцать лет в СССР, а потом еще тридцать в независимой Украине, никто толком не знал, даже бабушка Оксана. Ну, бабушка, может, и знала, но помалкивала, храня интригу. Одно можно было сказать точно: семья товарища, а позже господина Чаттерджи не бедствовала. Достаточно было зайти в дедову квартиру, чтобы в этом убедиться.
В детстве Калина бывала там регулярно — дедушка Чат во внучке души не чаял. Она забиралась с ногами на бордовый диван, пропахший благовониями, и листала написанные на непонятном языке тяжеленные книги — книжищи! — с цветными картинками. На картинках сражались многорукие боги и чудища, шли в атаку боевые слоны, возносились к небесам величественные храмы, а смуглые красавицы млели в объятиях смуглых героев.
Калина воображала себя такой красавицей. Но куда чаще — отважной героиней на колеснице, поражающей злобных врагов огненными стрелами! Героини в книжках отсутствовали, только герои-мужчины; богини были, а героинь — хоть шаром покати!
Но кто мешал Калине воображать себя кем угодно?
Дедушка, бывало, садился напротив и рассказывал внучке сказки — пересказывал истории из книжек. Далекую и загадочную Индию он называл Бхаратой. Города и храмы, боги и богини, подвиги воинов, верность их жен, мудрость наставников…
Несколько раз, придя в гости, Калина заставала деда в гостиной в окружении сидящих прямо на полу патлатых молодых людей. Они внимали дедушке с горящими глазами, раскрыв рты. Маленькую Калину дед тоже учил. Показывал на картинку: «Кто это, по-твоему? А это кто? Хорошо! А как его зовут? А чем они занимаются?» Калина уже давно сопоставила дедовы сказки с картинками — и отвечала бойко, уверенно, даже если в итоге ошибалась.
Только зубодробительные имена ей поначалу трудно давались. Ничего, привыкла.
Позже дед стал учить ее санскриту — языку, на котором были написаны книги. А заодно начал рассказывать новые сказки: заумные и нудные. Калина даже папе на деда пожаловалась. Мол, у деда нормальные сказки закончились, остались одни дурацкие. И продекламировала отрывок по памяти, ехидно подражая дедову голосу.
Папа рассердился. Он старался не подать виду, но Калина все равно заметила. Вечером папа шепотом кричал на маму на кухне, за закрытой дверью:
«Что твой отец себе позволяет?! Дурит ребенку голову своими ведами-шмедами?! Только религиозного мракобесия нам не хватало! А ты куда смотришь? Завтра же пойду к нему…»
Видимо, у папы с дедом состоялся серьезный разговор. Больше дедушка не рассказывал Калине сказок — ни скучных, ни интересных. И санскриту учить перестал. А у Калины появились другие интересы, и у деда она стала бывать реже.
Почему она сейчас вспомнила про деда?
Надпись.
Одну надпись на дроне она все-таки нашла — на внутренней поверхности аккумуляторного отсека. Когда аккумулятор был вставлен, он полностью скрывал написанное. Но сейчас аккумулятор пребывал на зарядке, Калина случайно заглянула в отсек — и вот, пожалуйста:
काली
Санскрит. Что за слово? Кажется, она уже видела его в дедовых книгах. Нет, не вспоминается. Калина схватила другой дрон, третий… На каждом — та же самая надпись. И на задней крышке процессорного блока, куда Калина не поленилась глянуть, забравшись под стол.
Название фирмы? Модель? «Вундервафля» на санскрите?
Калина не удержалась, хмыкнула.
Индия с Украиной вроде бы не сотрудничает, держит нейтралитет. По крайней мере, в области вооружений. Пакистан? Боеприпасы поставляют, хотя и не афишируют. Да ну, откуда у пакистанцев такая крутая разработка?
Кто?!