Страница 7 из 89
Он смотрел на список и понимал простую, злую вещь. Купить он мог одно. Ну, край, два самых дешевых. А нужно было все. Щит, чтобы прикрывать не только себя. Дубина, чтобы не колотить тварей камнем, как дикарь. Броня, чтобы дожить до следующего зала. Девять искр. Смех, а не деньги. За все это надо было убивать и убивать, а искры падали по одной, по две.
Малое лечебное зелье.
Лечит раны, уменьшает боль.
Цена: 5 искр.
Зелье бодрости.
Восстанавливает силы, временно снимает усталость.
Цена: 3 искры.
Свиток «Щит веры».
Одноразовое использование.
Создает временную стену, которая принимает удар за вас.
Цена: 10 искр.
Свиток стоил десять. Это было даже больше, чем Костя мог себе позволить. Он иронично подумал об этом. То, что для тебя важнее всего, стоит дороже, чем ты можешь себе позволить.
Он купил кожаные наручи. За четыре искры. Это было и полезно, и не дорого. Он поднял запачканную ткань, выбросил ее и надел наручи на запястья. Кожа была негибкой, но идеально подходила к руке. Под наручами все еще болело, но теперь между рукой и воздухом был слой. Осталось 5 искр. Он их сэкономил. Сэкономил на черный день.
(Покупка: Кожаные наручи.)
(Осталось искр: 5.)
— Что купил? — Дэн наклонил шею.
— Наручи, — сказал Костя. — На остальное искр нет.
— А у меня ничего, всего две искры, — вздохнул Дэн. — В моем магазине были отмычки, веревка, склянка, чтобы маскировать мой запах. Фигня.
— Не фигня, — сказал Костя, — это то, что тебе нужно как классу, как тому, кто должен красться, а не сражаться. В нужный момент веревка ценнее меча.
Он даже не успел договорить.
— Мудро, — сказал кто-то рядом с ними, — хотя веревкой ни одно существо не убьешь.
Костя поднял голову.
Кто-то над ними стоял. Мужчина лет 40, очень подтянутый, с короткими, причесанными волосами и чистой одеждой, казалось, максимально чистой в первый день их миссии. Он смотрел на них сверху, тихо и слегка улыбаясь, как будто уже знал и был доволен тем, что нашел.
— Меня зовут Курт, — представился он и сел, не дожидаясь приглашения. — Я видел тебя в зале. Ты хорошо командуешь. Люди тебя слушают.
— Костя.
— Очевидно. Твой мальчик очень разговорчив, — сказал Курт, указывая на Дэна, который оставался незамеченным. — Костя, ты умеешь управлять стадом. Полезный навык, но ты используешь его не по назначению.
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, что ты тащишь за собой много людей, — сказал он безэмоционально, как будто считал в уме. — Я видел. Ты помог тому толстяку, пока все вокруг них были перебиты. И даже если это не твоя вина, это было обречено в любом случае. Это была пустая трата времени, и ты мог бы спасти двух легких вместо одного тяжелого. Посчитай.
Костя ничего не сказал. Что было так раздражающе, так это то, что Курт говорил точно так же, как Башня. Башня предупреждала его именно об этом. Чем сильнее лидер, тем слабее они, и в итоге ты только тащишь всех остальных за собой, а потом все они погибают. Только Башня говорила это с холодной рациональностью, а Курт — с ухмылкой на лице.
— Твой класс? — спросил Костя.
— Провидец. — Курт улыбнулся шире. — Забавно? Да. И очень хорошо для меня. Я вижу цифры. Сколько каждый стоит, как каждый выживет, его шанс. Все его навыки, предметы, уровень. Я смотрю на тебя. Я вижу. — Он сосредоточился. — Рыцарь-Спаситель. Завораживает.
— И что ты видишь?
— Я вижу дурака с доброй душой. — Это было сказано почти ласковым тоном. — Твой класс, Костя, не для тебя. Он для других. Ты — стена, и ты — целитель. Кто-то другой пострадает, ты примешь это на себя. Без других людей ты слаб, нет урона, нет силы, нет скорости. Но пока вокруг тебя есть другие, ты жив. Сам по себе? Ты пропал, Костя.
Он сказал это и откинулся назад, как будто довольный тем, что препарировал и выставил напоказ чьи-то внутренности.
— Знаешь, что это значит? — продолжил Курт. — Это значит, что ты всю дорогу будешь тащить на себе балласт. Слабых, раненых, детей. Потому что без них ты никто, а с ними ты медленный. Тебя сама Башня привязала к обузе. — Он развел руками. — Я бы на твоем месте застрелился. Хорошо, что нечем.
— А ты планируешь идти налегке, да? — спросил Костя.
— Я пойду с умом — Курт встал, отряхнул колени, хотя пачкаться тут было негде. — Я иду с теми, кто тянет вверх, и ухожу от тех, кто тянет вниз. Пока держусь рядом с тобой, кстати. Ты полезный. Стадо возле тебя жирное, а стадо это мясо для тварей. Пока грызут стадо, я иду дальше. — Не обижайся. Просто выживание.
Он отошел к другой нише и сел там один, спина прямая, руки на коленях. Он сидел как король в шатре, без никого, с кем можно было бы сидеть. Он сидел как волк, ожидающий.
Дэн смотрел ему вслед, и лицо у пацана было злое.
— Козел какой, — сказал он тихо. — Про Гаса так. И про меня — балласт.
— Ублюдок, — согласился Костя. — Но не глупый, вот в чем загвоздка.
Он и правда так думал. Хуже нет врага, чем тот, кто говорит правду с гнильцой. Курт был прав, совершенно прав. Его расчеты были хороши, но все остальное было мерзко, и было трудно отделить одно от другого. Костя знал все о своем классе, что сказал ему Курт, он знал это даже без Курта. Он знал, что сам по себе он слаб. Он знал, что будет нести свой груз до самого верха. Для Курта это была смертная казнь. Для Кости — это был смысл. В этом был смысл, он всегда так делал. Стоять перед другими и латать их дыры. Он не знал, как делать это иначе, и ему было все равно. Эта тусклая, серая линия, которую видел только Костя, спрятанная в углу, где сидел Курт, привлекла его взгляд. Все время, пока Курт болтал, число не менялось. Но в тот момент, когда Костя принял решение идти вперед, несмотря ни на что, что предсказывал этот идиот, счетчик начал ползти вверх.
(Готовность: 7 % → 8 %)
Свет в зале начал медленно гаснуть по краям, стягиваясь к дальней стене, к новому проему, где разгоралось знакомое светлое пятно. Тихая зона выпроваживала. Отдохнули, купили, хватит. Пора наверх.
Перерыв окончен. Открыт переход на следующий этаж.