Страница 57 из 139
— Улечка, — встряла Семеновна. — Ну так это только в сказках бывают учебники по магии, а тут мы — чем богаты. Что по опыту знаем или от родни слышали. Но если именно в этом заключается твой дар, то он не может принести тебе вред. Он дан точно не для того, чтобы ты пострадала.
— И что же мне теперь делать?
— Как что? Поговори со своей гостьей…
— Что?! — я аж подскочила. — Поговорить? Да я боюсь ее до чертиков. Я ж даже из дома той ночью убежала!
— Не стыдно? — гадко хохотнул с дивана Иоська. — Испугалась бабушку божий одуванчик!
— Да конечно, божий! Она же мертвая! — возмутилась я, поражаясь, как легко другим даются советы поболтать с покойником.
— Мертвая бабушка лежит в земле, — спокойно сказала Зара. — А это — ее тень, ее дух, или что-то еще, застрявшее в том доме. Они по своей воле в квартирах не торчат, им-то обычно есть куда уйти. А раз она до сих пор там, значит, что-то ее держит. Взаперти, в плену… она точно не свободна.
— Ей помощь нужна, Уль, — добавила Семеновна. — И кроме тебя помочь ей, видно, некому.
«Лучше бы я была пустая», — угрюмо подумала я, а вслух сказала не менее угрюмо:
— Да что я могу сделать?
Разыгравшееся воображение вдруг принялось рисовать в голове красочные картинки, как, услышав мои слова «Вам чем-нибудь помочь?», старушка прекращает причитать и плакать, медленно поворачивается ко мне со скрипом в закостеневших суставах, и ее мутные, мертвые глаза наливаются красным, а беззубый рот вваливается, распахивается черной дырой…
— Ульяна, что у тебя с лицом?! — выдернул меня из созерцания мысленных ужасов голос Зары, и я шумно выдохнула.
— Фантазия разгулялась, — буркнула я в ответ.
Что-то меня совсем не радовала такая перспектива. Стоило так старательно искать свой дар, если это означало, что теперь мне придется помогать мертвецам? Нет, не устраивала моя собственная дача, очень хотелось жить во Внутренней. Там природа лучше, деревья выше, птицы громче, солнце жарче… А теперь, небось, уже и не отвертишься. Все равно ж являться будут. Хотя, если вернусь в студию, туда точно никто не притащится. Разве только… в первый же год сдачи нашего жилого комплекса с одного из верхних этажей девушка сбросилась. Насмерть, конечно. А что, если и она застряла, и бродит по всему дому? Не ровен час, узнает, что тут живет этот, как его, медиум (я мысленно сплюнула), и наведается. И конец неприкосновенности энергетики моей студии… Ну, или просто у подъезда меня подкараулит. Умерла-то она не внутри, а рядом с домом.
— Смирись. — Покинувший насиженное место Иоська панибратски похлопал меня по плечу и оперся ладонями о стол. Его стройная гибкая фигура нависла надо мной. Он стоял слишком близко, и меня внезапно обдало внутренним жаром. Очень вовремя, конечно. — Я не понимаю, чего ты так паришься? Шикарная способность, я бы поменялся не глядя, если бы мог выбирать. Хотя нет, вру… я бы не поменялся. А вот те, кто на продуктах питания гадает или жутких пупсов делает, поменялись бы.
Зара, которая «жгет сахар», пронзила Иоську испепеляющим взглядом. А насчет пупсов я вообще не поняла.