Остров Туманов

В квартире было три комнаты и большая кухня-гостиная. Одна из комнат была отдана под спальню родителей, а две другие занимали Эстер и Дженса. Когда родилась Лили, комнату Эстер отдали ей, а саму не подселили к Дженсе. Когда же сестра с отцом пропала, Фрида убрала кровать старшей дочери и её письменный стол, оставив средней больше пространства. Дженса находила это странным. Мама словно не верила, что её дочь когда-нибудь вернётся. И отдельно стоял другой вопрос, куда делись все вещи Эстер. Нет, некоторую не одежду сейчас носила Дженса, а вот милые сердцу мелочи? Неужели мама все выбросила?

Начать свои поиски Дженса решила со своей комнаты. Все же на верхние полки шкафа она не заглядывала со времён пятого класса. Увы, там не нашлось ничего интересного. Точнее интересное как раз было, ведь копаться в старых письмах и вещах, о которых забыл, всегда занимательно, но это точно не то, что искала девушка. Когда же её за изучением коробки со старыми игрушками застала Фрида, то очень удивилась, и Дженсе пришлось оправдываться, что она просто хотела освободить место в шкафу. И так метр за метром Дженса принялась изучать каждый уголок квартиры, надеясь, что вскоре доберется до дневника сестры.

Так прошло три дня. На четвертый метель стихла, оставив город похороненным под толстым слоем снега.

— Дверь на улицу не открывается! — радовалась Дженса. — Сегодня в школу не иду!

— Ещё чего, у тебя и так три дня внеплановых выходных было, — возмущалась Фрида. — Бери лопату и вперёд.

— Может, привязать к ногам лыжи и десантироваться из окна, — задумалась несостоявшаяся прогульщица. — Махать лопатой — последнее, что она хотела. И ради чего, ради школы. Вот на работу или репетицию, всегда пожалуйста.

— А толку, — проворчала Лили. — До наших окон снег все равно не дошел.

— Соседей снизу пожалей. Представь, какого им было бы под толщей сугробов.

Фриде же надоели эти праздные разговоры, которые её дочери устроили, лишь бы не идти на учебу, и она, воспользовавшись правом сильного, быстро выгнала их на улицу, чтобы шли грызть гранит науки.

Превращенный в огромный сугроб, город выглядит по-другому. Дженса с Лили даже забыли свои обычные споры и играли в игру "отгадай, чем этот сугроб был раньше". Пока лидировала Дженса.

— Так не честно, — возмущалась младшая сестра. — Ты в лесу сидишь, как ты город так хорошо знаешь?

— Наблюдательность. В лесу без нее никак.

— Ах так. Тогда что это за сугроб?

— Машина, — влет ответила Дженса, вглядываясь туда, куда указала сестра. Сугроб действительно был округлой формы и стоял на обочине дороги.

— А какая?

— Я откуда знаю. Тут кто угодно мог припарковаться.

— Проиграла.

— Не честно! Но ладно, дай подумать.

Конечно, пытаться угадать, что за машина погребена под толщей снега, все равно, что просить слепого описать цвета, которые он никогда не видел, но Дженса сдаваться сестре не собиралась. И тут она разглядела слабое мигание на крыше. Если судить по форме, то это с огромной вероятностью полицейская машина. Только чего они не выключили мигалки, или хотели таким образом запомнить, где припарковались. Но что-то не давало Дженсе покоя.

— Стой здесь, — приказала она сестре, а сама направилась к машине и принялась её откапывать. Конечно, одними только руками сделать это было не так-то просто, но Дженса через минут десять все же добралась до дверей, и с ужасом поняла, что они открыты. Случайные прохожие, которые проходили мимо сначала смотрели со снисхождением на девочку, откапывающую чужую машину, но затем, сообразив, что что-то не так, принялись помогать. Совместными усилиями они докопались до салона, который полностью был завален снегом из-за открытых дверей. Из-под снега торчал стаканчик с остывшим кофе, словно те, кто сидели в этом автомобиле просто в один прекрасный момент исчезли, будто их никогда и не было.

И это было лишь началом. К концу дня выяснилось, что в городе не осталось ни одного полицейского.

— Это просто мистика какая-то! — воскликнула Дженса, когда прочитала новости.

— И кто нас теперь будет защищать? — робко пискнула Лили.

— Не знаю, — Фрида тоже выглядела растерянной. — Значит так, в школу теперь ходите только вместе и никаких прогулок после занятий. Уроки закончились, сразу домой. Ясно, Дженса?

— Да я и не спорю, — вздохнула старшая дочь перед тем, как уйти в свою комнату.

Исчезновение полицейских подняло в городе волну паники. И как бы мер не старался стабилизировать ситуацию, в срочном порядке вызвав из запаса всех ушедших на пенсию служителей закона, и выдернув из законных отпусков тех, кому повезло не исчезнуть, ничего путного не выходило. Люди начинали уезжать. Роуз сказала, что видела на набережной очередь на паром. Люди бежали, причем бежали налегке, с одним чемоданом или рюкзаком.

— Этим хоть есть, куда бежать, — вздыхала Роуз. — А мы в городе квартиру продали. Нам-то куда возвращаться?

Дженса её понимала. Не так-то просто начать жизнь с нуля, особенно когда ты спешно сбежал буквально, в чем был.

Сочельник выдался безрадостным. Опять началась метель и шторм. Паромную переправу закрыли, к большому неудовольствию тех, кто хотел встретить Рождество на большой земле. Планы у всех в эти дни пошли коту под хвост. Фрида ведь уже давно задумывалась пригласить на праздничный ужин родителей Роуз, но сейчас люди старались лишний раз из дома не выходить, так что все встречи и мероприятия пришлось отложить на неопределенный срок, а Рождество встречать в узком семейном кругу.

Вечером на двадцать пятое декабря из-за шторма неожиданно отключилось электричество. Стало жутко холодно, хотя резервные генераторы запустили быстро, дом успел остыть. Приходилось зажигать свечи и кутаться в пледы. И даже ёлку было не включить, чтобы хоть как-то поднять себе настроение.

Дженса и Лили сидели в гостиной. Старшая пыталась читать бумажную книгу, а младшая тупо пялилась на пламя свечи. Фрида подошла к дочерям с тарелкой печенья.

— Вот и Рождество скоро, — сказала она, глядя на часы. Сестры синхронно оглянулись и тоскливо посмотрели на мать. В этот раз столь любимый ими праздник не принес им ничего, кроме тоски. Не спасала ни мамина выпечка, ни куча подарков, ожидающая своего часа под ёлкой.

— Знаете, — Фрида присела рядом. — Я не хотела об этом говорить сейчас, но, наверное, после праздников мы с вами уедем из города.

— Мы поедем к папе? — сразу же воодушевилась Лили, на что мать и страшная дочь переглянулись. Тема была скользкая.