Дерзкий Vs Мажорка

Глава 6

Варя

Поверить не могу, что реально пойду на этот концерт. И уж тем более, что предложила это именно Коновалову. Просто эти его слова… Моё давно отложенное желание… И само, блин, вырвалось.

Хотя уж точно не стоит никуда выбираться именно с ним, явно жаждущим меня отбитым типом. Он и без того не упускает возможности позвать меня куда-то, жесты какие-то в мою сторону выкидывать, парней от меня отстранять… Мне мало? Решит ещё, что это всё равно что-то значит, хоть и ради исследования.

Лааадно… Тогда я буду заниматься этими самыми исследованиями по-максимум. Прям реально подходить к ребятам и вопросы им задавать. Сегодня же подготовлю, какие. Все перемены буду этим заниматься. Коновалов поймёт, что я в том клубе буду исключительно ради этого, ну и музыку послушать. А он будет как фоновая грубая сила в случае каких-то проблем, которые в таком месте всё-таки вполне себе реальны.

Да и вести себя нормально вроде бы может. Два часа до пар мы даже написали введение, и Коновалов участвовал в этом. Оказывается, он даже неплохо соображает. Может, во многом плавает, но вникает быстро. И логика хорошо у него работает. Возможно, при других обстоятельствах и в других условиях из него и могло выйти что-то путное.

На парах я сижу с Женей, который явно улавливает от меня отсутствие интереса, но пока что вяло пытается продолжать со мной общение. Рано или поздно сольётся. Наверное, Саша думает так же, потому что ограничивается только тяжёлыми взглядами на нас. Отчасти и поэтому я не особо поддерживаю разговор с Женей: не хочу ему проблем. Это не значит, что я пляшу под дудку Коновалова, а просто мне сейчас не до противостояния ему. А когда захочется отношений, выбрать буду не из универа уж точно.

На более взрослых и серьёзных моих ухажёров Коновалов не замахивается. Как будто и не знает о них. Это хорошо — значит, не сталкерит вне учёбы.

* * *

Здесь гремит так, что, кажется, звук вибрирует во всём моём теле. Вот уж не думала, что живые концерты такие громкие. И вот как тут спрашивать о чём-либо людей? До самого конца вряд ли получится. Басы проникают в каждую клетку тела, хотя сейчас это даже приятно — выбивает из головы лишние мысли. Например, о том, какого чёрта я тут делаю с Сашей Коноваловым. Несмотря на то, что я вроде бы полностью оправдала себе этот жест на парах и свыклась с предстоящим, теперь, когда вот мы, тут, — сомнения опять грозят затопить с головой.

Местечко здесь, конечно… Мне никто из окружения ни за что не поверит, что я добровольно сюда зашла. В подвальном клубе душно и пахнет кальяном. Мелькают разноцветные прожектора, освещая то зал, то сцену, то разгорячённые лица ребят. Солист инди-группы, которая нравилась мне в записях, орёт так, что лучше бы под фанеру пел.

Но это всё ладно… В конце концов, я хотела испытать этот опыт. Куда сложнее мне от присутствия Саши рядом. Он не всегда у меня за спиной, но как будто держит на прицеле взгляда. Периодически подходит. А иногда с ребятами другими общается, ну или чуть ли не слэмится с парнями. Это явно его среда. Так легко в неё вписывается… А я вот уже несколько минут всё никак.

И вот он, очередной раз, когда Саша возникает за моей спиной. Чувствую волну жара по позвоночнику. Он довольно рядом… И каждый раз, когда вот так подходит,я вспоминаю тот его разговор с Сережей. Или как швырнул мне футболку, заставляя прикрыться. Или пикник на крыше… Да что там — даже то, что было недавно, примерно час назад, когда мы встретились в условленном месте, чтобы вместе пойти сюда. Я помню, как он тогда посмотрел на меня… Да, я нарядилась, как на рок-концерт: чёрные джинсы, кулон в виде гитары, косуха, распущенные волосы, стрелки на глазах. Непривычный для меня видок. Но его взгляд… Мне до сих пор и горячо, и неловко от него. Хотя тогда Коновалов бросил что-то вроде «норм так», но непривычно севшим голосом. Тоже волнующим почему-то.

Упорно не оборачиваюсь и не смотрю на него, но увы, отвлекаться от его присутствия не получается. И так уж необходимо было брать его с собой? Не похоже, что тут мне может понадобиться грубая мужская сила. Хотя не факт, что я бы чувствовала себя в такой безопасности, если бы была одна.

Ну вот… Мысли уже путаются.

— Варь, — неожиданно называет меня по имени Саша, наклонившись так, чтобы я слышала. Вздрагиваю от вибрации его дыхания, мурашки тут же по телу гулять начинают. — Я поспрашивал некоторых ребят по своим вопросам, но ты там свои вроде составила. Так что… Так и будешь стоять на одном месте, или, может, тоже возьмёшься?

Крепче сжимаю в руках тетрадь, которую зачем-то принесла сюда, хотя можно же было в телефон всё записать. И вопросы свои я там сфоткала. Которыми да, не делилась с Коноваловым.

Но вот уж не думала, что он здесь делом заниматься будет.

— Ищу подходящий момент, — довольно грубо бросаю, пытаясь вернуть самообладание. — Не врываться же в толпу с вопросами, пока группа играет. Да и вряд ли меня там услышат или слушать будут.

— Ну меня же слышали и даже отвечали, — он пожимает плечами, и от этого движения его грудь на миллиметр касается моей спины. По позвоночнику простреливает током. Новый вдох даётся с трудом. Да чёрт возьми… — Тут все свои. Простые ребята, которые подвыпили настолько, что на любую хрень готовы отвечать как угодно развёрнуто. Им даже по кайфу участвовать в каких-то исследованиях.

Зачем-то только и киваю, хотя Коновалов может это и не увидеть, ведь я по-прежнему к нему спиной и так и не оборачиваюсь.

Группа наконец заканчивает песню, и толпа взрывается одобрительным гулом. Я решаюсь. В конце концов, лучше хоть чем-то заняться, чем стоять на одном месте и из всего зала реагировать только на Сашу и на его какие-либо действия. Это вот вообще ни разу не входило в мои планы!

— Пойду к барной стойке, там посвободнее, — бросаю ему, не оборачиваясь, и начинаю пробираться сквозь толпу.

Пробираться сложно. Люди стоят плотно, меня толкают, задевают. Чувствую себя непривычно маленькой и какой-то беззащитной в этой разгорячённой толпе. Уже желаю, что вообще сдвинулась с довольно удобного отдалённого от остальных места… И вдруг чувствую горячую мужскую руку у меня на талии. Сразу понимаю, чья. Потому что, чёрт возьми, всё тот же жар по коже, который был, когда Коновалов тёрся где-то рядом. Только теперь усиленный настолько, что сохранять концентрацию всё сложнее.