Инициация

— Володя… ты совсем дурак? — тихо, с опасной ровностью спросил он, ткнув тяжелым указательным пальцем в нижний угол документа.

Владимир нагнулся вперед, тяжело сглатывая, и взглянул на указанное место. Там, поверх его собственной росписи, пылал свежий сургучный оттиск со старым львом и перекрещенными мечами, а под ним витиеватый размашистый почерк: «Сделка забракована Советом Старейшин Дома Лютояровых».

— Он… не мог! — истерично выдохнул Владимир, и лицо его пошло белыми пятнами. — Я же глава рода!

— Старик в своем праве, сука! — грохнул кулаком по столу Михаил. — По Имперскому Уложению любой знатный род имеет Совет Старейшин! Ярополк признан недееспособным физически из-за увечья, но не ментально! В случае отсутствия иных членов Совета должность главы автоматически занимает прошлый Патриарх, если он находится в ясном уме! Сука!

— Не может быть… — Владимир бессильно опустил руки. — Мы… мы можем аннулировать это решение?

— Аннулировать? — Михаил смерил его пренебрежительным взглядом. — Да, можем. Есть два варианта: либо собрать Губернскую Врачебную Комиссию, которая признает Ярополка умалишенным, либо убить старика.

— Как… убить? — трусливо переспросил Владимир, сжавшись в кресле.

— Да не строй ты лицо, как крестьянин, впервые попавший в Красную Зону! — поморщился Сабуров. — Мне и самому не хочется мараться о вашего старика. Чтобы наверняка завалить Ярополка на его же земле, мне придется оторвать от дел минимум двоих Воевод. Это слишком дорого и привлечет ненужное внимание.

— Он… настолько силен?

— Он силен ровно настолько, насколько ты глуп! — отчеканил Михаил. — Значит так. Через месяц собираем комиссию по его ментальной недееспособности. Официальное обращение подаешь ты, а врача и судей подкупаю я. Но за эти хлопоты сумма сделки уменьшается на двадцать процентов. Ясно, Володя?

Владимир откинулся на спину, тяжело дыша и глядя в потолок, а затем тихо произнес:

— Ясно. Но я вам не «Володя».

— В каком смысле? — Михаил аж бровью не повел от такой наглости.

— У нас разница в возрасте всего пару лет, — Владимир медленно повернул голову, и в его глазах впервые за вечер проскользнуло нечто твердое. — Как более знатный воин вы можете обращаться ко мне по полной форме имени, но никак не «Володя» и не «паря».

— Ты забываешься, — тихо и невероятно опасно ответил Михаил.

В то же мгновение воздух в кабинете сгустился. Сабуров выпустил плотную, давящую ауру Покрова Багадора. Деревянные панели на стенах застонали, пыль с карнизов посыпалась на ковер, а воздух заполнился едким запахом гари и раскаленного металла. Секунда, две… Никакой реакции.

Да, Сабуров давил далеко не на полную мощь, но обычный Гридень от такой концентрации мутагена мгновенно покатился бы со стула на пол, задыхаясь от боли. Но Владимир, хоть и не славился бойцовскими навыками, нес в своей ДНК пятьдесят процентов врожденного ИБР. Его кости и мышцы от природы обладали высокой плотностью. Он побледнел, тяжело задышал, но выдержал удар ауры, оставшись сидеть с прямой спиной.

— У меня тоже есть гордость, Михаил Константинович, — ответил Владимир, вытирая выступивший на лбу пот. — Думаю, нам пора пройти в общую залу. Мой сын уже прошел процедуру, по обычаям родов нас ждет совместная трапеза.

— Как скажешь, — сухо ответил Багадор.

Михаил переглянулся со своей женой Варварой, которая все это время сидела в углу кабинета, храня ледяное молчание. В ее глазах проскользнуло искреннее недоумение: даже она не ожидала, что у этого слизня Владимира найдется хоть капля духа, чтобы огрызнуться на главу Черного Клана.