Страница 19 из 33
Глава 15
***
Бой с тенью — вот так можно назвать мой сегодняшний день на работе. Да, впрочем, как и всю предыдущую неделю. Оказывается, на моей прежней работе у меня был полный релакс. Здесь же приходится каждый день сражаться и даже кофе делать себе самостоятельно, а то кто-то так и норовит плюнуть в чашку.
Я и забыла, что мужчины в моём офисе – холеные, ухоженные, в дорогих костюмах, кожаных туфлях и обязательно с посещением салона красоты раз в месяц – это не местные мужики, которые и в мороз минус сорок будут щеголять в шортах и футболке, чтобы не вспотеть! И смешно, и грустно!
Передо мной стоит бухгалтер отца, а его глаза внимательно следят за каждым моим движением. То, что отец пустил всё на самотёк в последний год, становится ясно по отчётности. Куча неточностей. И как вообще наши отчёты принимает налоговая!
— Остальные где? — спрашиваю холодным тоном.
Я знаю, как сделать так, чтобы у моих оппонентов мурашки побежали не только по спине, но и в яйцах. Сейчас передо мной женщина, но эффект такой, как нужно. Поднимаю взгляд на Галину Петровну и молча приподнимаю бровь, складывая руки перед собой.
— Кира, — начинает говорить эта возрастная дама с ярко-розовой помадой на губах и нездоровым румянцем на щеках.
— Демидовна, — поправляю я, не давая ей продолжить, говорить.
Галина Петровна вскидывает голову и обжигает меня злым взглядом. Интересно, с чего вдруг такая ненависть? За задницу никого не кусала.
Хотя вру! Кусала! Только ночью и получила от этого неимоверное наслаждение. Оказывается, иметь дома всегда готового мужика — это отдельный вид удовольствия.
Низ живота простреливает тёплым спазмом, и ноги машинально сжимаются плотнее. Ой, фу! Брысь из моей головы, Добрынин! Нужно ещё бы головой встряхнуть для верности, но не при подчинённых.
— Так где остальные отчёты, Галина Петровна? Где все ведомости, а также расходные накладные? И декларации я бы тоже хотела увидеть, — добавляю и растягиваю губы в улыбке.
— Кира Демидовна, позвольте дать вам совет, — тон Галины Петровны резко меняется, и она делает ещё один шаг к рабочему столу, почти нависая над ним. — Мы здесь не столица. Люди простые. И не привыкли, чтобы кто-то приезжал и начинал строить всех по-новому. Так можно остаться и без поддержки, знаете ли.
От слов Галины Петровны внутри поднимается какой-то нездоровый азарт, а ещё полное ощущение, что кто-то явно задержался на этой работе.
Улыбаюсь и расслабленно откидываюсь на спинку кресла. Ещё раз прохожусь по ней взглядом и пытаюсь понять, откуда такая смелость.
Любовница? Ну женщина в любом возрасте женщина! Только чья? Даже предполагать не буду, оба варианты слишком противны для моей расшатавшейся психики.
— Галина Петровна, позвольте дать вам совет, — в точности повторяя её тон и улыбку, принимаю прежнюю позу, складывая руки перед собой в замок. — Это не столица, и я не ваша подруга. И чтобы ваша прекрасная задница не вылетела отсюда со скоростью пушечного ядра, советую вам принести все запрошенные мной документы в течение получаса. В поддержке не нуждаюсь, а в одобрении — так и подавно. Я здесь босс, а вы подчинённая, которая хочет сохранить свою должность. Время пошло.
От каждого моего слова глаза Галины Петровны становились всё больше, а краснота уже перешла на шею и открытые участки рук, которыми она сжала папки.
Галина Петровна всю неделю кормила меня завтраками, а ещё явной подтасовкой всех бумажечек. Вот вроде взрослая женщина, а так и не допёрла ещё, что все запросы я сделала в первый же день. И ответы уже получила!
Жду очередную порцию дерьма, которого и так достаточно много слышала за последние дни, но в этот раз меня удивляют. Галина Петровна разворачивается на каблуках и быстро уходит.
— Ну спасибо, папуля, — вздыхаю я и тихо говорю сама себе, как только дверь закрывается.
Неделя. Целая неделя холодной войны. И ладно, если бы это были те самые обычные работяги, на которых и держится всё предприятие. Так нет же! Войну объявил офис. Особенно после того, как мой истеричный братец припёрся на следующий день со сломанным носом на работу и орал, что я специально явилась, чтобы развалить бизнес отца.
И да, я прекрасно знаю, что это Добрынин постарался! Что снова раздражает и не даёт отпустить всю ситуацию! И это один из поводов гнать его отсюда, но он будто специально проверяет на прочность мои нервы!
А ещё эти его предложения о помощи! Неужели я подаю вид слабой и ничего не умеющей женщины? Бесит!
Прикрываю глаза и пытаюсь подумать о чём-то приятном. И вот же зараза, в мыслях всплывает образ Добрынина. Голого. На моей кровати. Нахальная улыбка на идеально очерченных губах. Огонь в глазах и стояк между ног. Вот Аполлон во плоти! Я играю на его нервах, как умею. Но почему же у меня тогда чувство, что в ловушку попадаю я, и она скоро захлопнется, снова сломав меня!
Поднимаюсь с кресла и иду в угол кабинет, где стоит столик с кофе-машиной. Вставляю капсулу, ставлю чашку и нажимаю кнопку – нужно эту противную сладость заглушить внутри. Горечь кофе идеально подойдёт.
Но стоит машине пропищать, что кофе готов, как воздух в кабинете меняется. Мне даже не нужно смотреть в сторону входной двери, чтобы понять, кто пришёл.
— Нужно стучаться, — говорю я спокойно и, взяв чашку в руки, иду к рабочему столу. Ставлю её на стол, поднимаю руку и делаю жест, имитирующий стук в дверь костяшками пальцев, смотря прямо в невероятные глаза Добрынина. — Вот так это делается!
— Насколько я знаю, твой братец не являлся сегодня, крошка, — самоуверенно заявляет Добрынин. — Кто испортил тебе настроение?
Сама себе испортила! Но вслух это не скажу!
— Что тебе нужно, Добрынин? Или ты пришёл сказать, что удовлетворен и улетаешь домой? Так можно было и не говорить, а просто взять и уехать, — знаю, что перегибаю, но в данной ситуации вариант “сожрать своего парня” не такой уж и плохой.
Добрынин же, полностью игнорируя мои колкости, подходит ко мне, но останавливается в двух шагах.
— Пришёл посмотреть на то, как ты справишься с тем, что у тебя сегодня уже полдня простоя техники, а рабочие разошлись по домам, — отвечает Илья, а я напрягаюсь.
По спине пробегает противный холодок, но я стараюсь не подать вида. Смотрю на Добрынина, делаю глоток кофе, чтобы во рту разлилась приятная горечь, а не та, которая начинает давить на мозги!