Страница 17 из 33
Глава 14
***
Открываю глаза утром и ловлю дежавю.
— Вот что за женщина? — спрашиваю я, но ответа не жду.
Раскидываю руки в стороны и улыбаюсь. Ночь с Кирой — это рай. Вот сейчас я понимаю это намного лучше, чем до этого.
Сильная, отчаянная, злая, горячая и невероятно страстная. А ещё у неё есть одна интересная особенность быть сверху, на что каждый раз получает ответ, что сверху буду я.
Сколько раз за ночь она кончила? Пять? Семь? Не помню. Но то, что она уже молила меня перестать — стало высшей точкой наслаждения. Вот только я рассчитывал на то, что она сегодня будет лежать рядом со мной сонная, разморённая, мягкая и уже влажная после сна, без её сурового взгляда, обещающего все кары мира.
Но этой вредной, строптивой женщины снова нет! И здесь уже возникает другой вопрос: как она уходит, что я её не слышу?
Поднимаюсь с кровати и иду в ванную. Сделать зарядку — пятнадцать минут. Привести себя в порядок — двадцать. Проверить почту и понять, как же действовать дальше — это намного больше нужно времени.
Выхожу из комнаты и спускаюсь. Только рабочий планшет со мной. Я пока дам ей возможность думать, что она всё контролирует. А пока…
— Батюшки! — присвистывает Маргарита Павловна. — Ну разве можно спускаться в таком виде к пожилой женщине? У меня же сердце слабое, Илья Захарович. И что-то мне подсказывает, что если я сейчас потеряю сознание, то ты мне не будешь делать искусственное дыхание, – подмигнула эта прекрасная представительница рода Зотовых, заставляя меня рассмеяться.
— Маргарита Павловна, вы, как всегда, прекрасны в своей прямолинейности, — говорю и, подойдя к её креслу, подхватываю свободную руку и целую. — Доброе утро.
— Ох, Илюша, смотрю на тебя и не могу понять, почему же Кира так быстро сбежала сегодня утром от тебя? — сощурившись, спрашивает Маргарита Павловна. — Неужели разочаровал?
— Даже не буду уточнять, что именно вы имеете в виду, — хохотнул я и присел напротив неё. — Кофе можно? — сразу поинтересовался.
— Марфушенька! — громко позвала Маргарита Павловна, и к нам подошла пожилая улыбчивая женщина с румяными щеками. Вот точно Марфушенька. — Сделай Илье Захаровичу кофе. Ему нужно взбодриться.
— Доброе утро, Марфа, — киваю я и сразу добавляю: — Двойной американо, одна ложка сахара, без сливок.
— Минуточку, — улыбается Марфа и уходит.
— Ну а пока мы ждём кофе, спрашивай, — говорит Маргарита Павловна, заставляя меня в очередной раз восхититься этой женщиной.
— Люблю деловой подход, — довольно киваю. — Но, может, для начала вы зададите вопросы? У вас их разве нет?
— Эх, Илья Захарович, — вздыхает Маргарита Павловна и переводит взгляд в окно. — Я слишком давно живу на этом свете, чтобы самостоятельно не ответить на свои же вопросы. Это вы ещё, молодёжь, стараетесь усложнять свою жизнь. Мне это уже не нужно.
— Согласен, — киваю и перевожу взгляд на Марфу, которая принесла кофе и стакан с парующей красной жидкостью, в которую вставлена палочка корицы.
— Ваш напиток, Маргарита Павловна, — улыбается Марфа, ставит стакан, передает мне кофе и уходит.
А я только бровь вскидываю, переводя взгляд со стакана на Маргариту Павловну.
— Что? — спрашивает она и улыбается снова. — Это Кире повезло, у неё есть жеребец. А мне только и осталось удовлетворять себя стаканчиком горячего глинтвейна.
— Превосходно, — снова рассмеялся я.
Мы молча пьём свои напитки, и что-то мне подсказывает, что мысли у нас плавают в одном озере.
— Ну что, Добрынин, готов поговорить? Горло смочил? — спрашивает тихо Маргарита Павловна, обжигая меня совершенно новым взглядом.
— Почему Кира не появлялась здесь? — спрашиваю я.
— Ты же и сам всё узнал, — хмыкает она, на что я только вскидываю бровь.
— Я-то узнал, но всё, что доступно для других, не всегда соответствует тому, что было на самом деле, — отвечаю.
— Правильно, — кивает Маргарита Павловна, и взгляд её теперь становится тяжёлым. — Мы её обидели. Нет, даже не так. Она ждала поддержки семьи, а её не последовало. Я была убита горем от потери мужа, а Демид… он ушёл в работу и пустил всё на самотёк.
— Из-за этого из дома не уезжают на десять лет, — отвечаю я и напрягаюсь.
— Она была молодая, горячая и влюбилась. Влюбилась так, что потеряла голову. А потом случилось то, что и происходит, когда любовь односторонняя. Она забеременела, а её не поняли, — голос Маргариты Павловны дрогнул, а у меня внутри всё зазвенело от напряжения.
— Я приехала, когда она уже была не похожа на себя. Только кожа да кости остались, — совсем тихо ответила Маргарита Павловна. — Эта дура, — зарычала она, — отвела её к какому-то дебилу криворукому. Заставили сделать аборт или притащили туда, не знаю. Хотя я не сомневаюсь, что Валентина была способна на всё, чтобы сохранить свою репутацию.
Чашка в руках треснула, и осколок вошёл в ладонь. Боль отрезвила, но не принесла облегчение. И вот сразу же возникает вопрос: какого хрена меня так кроет? Она мне никто!
— Плохие чашки, — хмыкнула Маргарита Павловна. — Марфуша, принеси аптечку! — крикнула она уже в сторону кухни. — Ты же это хотел услышать? — теперь вопрос был адресован мне.
— И почему же такая нелюбовь к родной дочери, Маргарита Павловна? — спрашиваю теперь я.
— Потому что с Валентиной в своё время точно так же поступила и её мать, — ответила Зотова-старшая. — А она решила по той же дорожке провести и собственную дочь. Да не учла она того, что из-за наследственности с моей стороны она не сможет больше иметь детей. Ах да, тот, кто ей «не подошёл», по словам Валентины, был Мишустин. Он же и сбежал куда подальше, лишь бы не пересекаться с Кирой. Так что если ты намерен серьёзно тягаться с Кирой, то готовься к тому, что она будет отбиваться. Всегда!
В доме резко хлопнула дверь, и влетел Пётр. Взвинченный, злой и на голове полный трындец!
— Ты знала? — заорал он, влетая в гостиную. — Знала, что эта дрянь отстранит меня? Она решила реорганизовать всё! На какие бабки?!
— Он всегда такой истеричный? — спросил громко, чтобы Пётр точно услышал. — И что же вы не научили его здороваться?
— Эх, пропустила этот момент, — хохотнула Маргарита Павловна и повернулась к внуку. — Пётр, я же тебя предупреждала, что ты слишком расслабил свою попу. Вот теперь не трогай сестру. Пусть она порядок наведёт.
— Да эта дура даже семью завести не смогла! Только сброд какой-то собирает…
— Кхм! — громко кашлянул я. — Что-то мне подсказывает, что сейчас понадобится ещё одна аптечка, — сказал и поднялся с места.