Деклан

Глава 23

Деклан наливает себе ещё один напиток, прежде чем снова присоединиться ко мне на диване. Он поворачивается боком, прислоняется спиной к подлокотнику, кладёт ногу на подушку и протягивает руку ко мне. У меня сжимается грудь, а в животе словно роится гнездо пчёл, устраивающих вечеринку, но я двигаюсь навстречу к нему, прислоняясь спиной к его груди, пока он обнимает меня.

— Я слышал о похищении, — говорит Деклан. — Об этом не сообщали в вечерних новостях, но в нашем бизнесе есть свои каналы для такой информации. Я не особо обращал на это внимание, пока твой отец не попросил о встрече, и Фергюс не усадил его в кабинете.

— Он пошёл просить у Фоли деньги на выкуп, — говорю я.

— Да. У него не было всей суммы, и он уже задолжал Фергюсу. Он сказал, что ему больше не к кому обратиться, и он боялся, что тебя убьют, если он не уложится в срок.

Деклан крепко обнимает меня, прежде чем продолжить.

— Я не высокого мнения о твоём отце. Думаю, ты это, вероятно, уже поняла. Он всегда держался на периферии организации, никогда не был её полноправным членом, так сказать, но он хотел приблизиться. Он знал, что если будет отмывать деньги Фоли, то обеспечит себя на всю жизнь, даже со своей страстью к азартным играм. Фергюс не хотел иметь с ним дела, не в таких масштабах. Он был слишком ненадежным и отчаявшимся. Даже когда он был там, умоляя спасти тебе жизнь, у меня возникло ощущение, что его больше заботила не твоя судьба, а его собственная репутация. Меня это раздражало. Кормик О'Коннор, казалось, обладал всем — женой, ребёнком, множеством успешных бизнесов. Но он всё потерял. Проиграл всё в проклятый покер. Я подумал, что, вероятно, его ребёнка держал у себя букмекер. Когда твой отец предложил Фергюсу что угодно в обмен на деньги для своего ребёнка, Фергюс увидел возможность. У него были проблемы с Шоном. Тот не слушался отца, как тот хотел, и ему скоро должно было исполниться восемнадцать. Фергюс искал способ заставить его образумиться и взять на себя ответственность. Твой отец был в восторге от этой идеи. Выдать своего ребёнка за наследника Фоли означало бы для него стать намного ближе к организации, чего он и добивался. Это освобождало его от долга перед Фоли, и ему вообще не нужно было беспокоиться о том, чтобы найти деньги на выкуп. Он весь сиял, когда выходил, а я всё думал: «Как этот мужик может быть счастлив, когда он понятия не имеет, через что сейчас проходит его ребёнок?» Как только он ушел, Фергюс подозвал меня. Он передал мне фотографию, которую твой отец дал ему, вместе с листком бумаги:

— Это адрес, где её держат, — сказал он мне. — Возьми выходной на остаток дня. Подожди шестнадцать часов, а потом иди и забери её. Если пойдёшь слишком рано, это будет выглядеть подозрительно.

— Он уже знал, где я нахожусь?

— Да.

— Откуда?

— Без понятия. Я не спрашивал. У Фергюса было полно информаторов по всему городу. Он обычно знал всё, что творится, особенно если кто-то действовал на его территории.

Деклан тянется к кофейному столику и делает быстрый глоток из стакана с виски.

— Уезжая, я сел в машину и поставил твою фотографию на приборную панель, чтобы видеть её. Кажется, это была школьная фотография. На тебе было зелёное платье, и волосы были завиты. Ты выглядела скучающей на фоне синей стены, которая не сочеталась с твоими волосами.

— Я помню ту фотографию, — говорю я. — Она была сделана в восьмом классе.

— Ты была совсем ребёнком, — тихо говорит Деклан, — а я всё ещё злился из-за поведения твоего отца. Каждый раз, когда я смотрел на фотографию, я думал, что происходит с тобой прямо сейчас. Я гадал, о чём ты думаешь и как тебе, должно быть, страшно. Ты была того же возраста, что и моя сестра, когда её убили. Вернувшись домой, я не мог перестать думать о тебе. Я проверил адрес и обнаружил, что это был причал на главном пирсе у озера. Ты была всего в получасе езды. Тогда я начал думать, как долго могут тянуться эти полчаса для девочки на снимке. Мне это не понравилось, вообще. Я не мог вынести мысли о том, что ребёнок оказался в таком положении из-за поступков своего отца. Впервые с тех пор, как меня приютил Фергюс Фоли, я пошёл против того, что он сказал мне. Я не стал ждать шестнадцать часов, чтобы забрать тебя. Я схватил пистолет и ключи от машины и направился к озеру. Было поздно, темно, и шёл дождь. Когда я добрался до озера, вокруг никого не было — только одна машина с номерами другого штата. Я припарковался рядом с пристанью и направился к слипу

8

, номер которого совпадал с указанным на бумаге, которую дал мне Фергюс. Там стояла небольшая грузовая лодка, но на палубе никого не было. Поднявшись на борт, я услышал разговор двух мужчин.

— О чём они говорили? — спрашиваю я, когда Деклан замолкает.

— О неприятных вещах, — отвечает он. — По разговору я понял, что попал в нужное место.

— Значит, ты их застрелил?

Деклан кивает и делает ещё один глоток.

— Я спустился по лестнице в каюту. Первого я уложил ещё до того, как кто-либо из них увидел, как я вошёл. Второй запаниковал и полез за пистолетом, но там было тесно. Я вырвал его у него, приставил свой пистолет к его голове и спросил, где ты. Он сказал, что ты в грузовом отсеке. Я... вывел его из строя, прежде чем пойти искать тебя.

— Вывел из строя? — Я поворачиваю голову, чтобы видеть лицо Деклана, но он продолжает смотреть на свой стакан. — Что ты сделал?

— Я прострелил ему коленные чашечки, — наконец говорит Деклан после глубокого вздоха.

Он мельком смотрит на меня, прежде чем снова отвести взгляд.

Его челюсть напряжена, и я не уверена, то ли он просто не хочет, чтобы я знала подробности, то ли ему стыдно за содеянное. В голове я слышу два взрыва и крики, но воспоминание быстро меркнет. Меня осеняет, что это первый раз, когда он вообще признался мне, что убил кого-то, и я вздрагиваю.

— Мне нужно было убедиться, что ты там, где он сказал, — говорит Деклан, продолжая рассказ. — Если бы он солгал и они тебя перевезли, мне не у кого было бы спросить.

— Ты оставил его в живых?

— Не после того, как я тебя увидел. Ты была в трюме, там, где он и сказал. У тебя были завязаны глаза, связана по рукам и ногам, и ты плакала. Как только я тебя нашёл, я прикончил его и вернулся в трюм. Ты дрожала, когда я подошёл, и пыталась кричать. Ты была... ну, ты была в ужасном состоянии. Я просто хотел вытащить тебя оттуда, поэтому поднял и вынес с лодки.

У меня свело челюсть. Я слышу шаги на лестнице и пытаюсь вырваться из пут.

Шаги удаляются, и я слышу ещё один громкий взрыв.

Потом ещё один.