Страница 7 из 12
Анна подошла к трюмо, перед зеркалом посадила куклу Нюру, затем открыла маленькую старинную пудреницу, и зеркало направила в лицо куклы. Появилось легкое свечение, и кукла исчезла.
– Вот тебе привет из прошлого, девочка Нюра, – проговорила Анна, проведя пальцем по поверхности трюмо рядом со следом, который отчетливо говорил о том, что их миры все -таки соприкасаются.
***
Анна подумала, что то, что шторы оборвались—хороший знак. Это как перемены. Можно подумать и о хорошем.
– Отпуска сколько у меня не было? – спросила она себя вслух. – Правильно, два года, – сама себе ответила.
В приподнятом настроении Анна отправилась на кухню готовить завтрак.
Она подошла к раковине, чтобы помыть свою любимую чашку, но чашки в раковине не оказалось.
– Да, усталость, усталость, что ты творишь… Не помню, что чашку помыла, а вот то, что не помыла – помню, – пробормотала она, улыбаясь.
Открыв старинный буфет, Анна достала чашку с яркими большими цветами – ту самую, из которой когда-то пила чай бабушка Полина.
Налив чай, она оставила его остывать на столе и отправилась по комнатам, открывать шторы, как делала всегда – впускала новый день, словно продолжая бабушкино заклинание:
– День закончился – закрой, начался – открой.
В этот момент дом казался особенно живым, наполненным светом и тихой радостью, будто сам приветствовал Анну и новый день.
Она прошла мимо трюмо, мельком вспомнив, что сегодня собиралась убрать все тряпки и наконец помыть угол Снежной Королевы, как иногда называла это место.
Но, проходя мимо, вдруг замерла.
Перед зеркалом, на самом краю столешницы, сидела ее старая кукла Нюра – та самая, которую она когда-то потеряла и давно считала исчезнувшей навсегда.
Анна медленно подошла ближе, взгляд скользнул по поверхности трюмо, где теперь отчетливо виднелся еще один след пальца на пыльной поверхности.
– Вот тебе кукла Нюра. Нюра – для Нюры, – всплыл в памяти голос бабушки Полины, протягивающей ей когда-то эту куклу.
Анне никогда не нравилось это имя, но она терпела. Каждый раз, когда бабушка называла ее при ком-то Нюрой, та была готова провалиться под стол от стыда. Казалось, что все смотрят на нее и думают: какое странное имя для девочки. На соседней улице даже кошку страшненькую звали Нюркой. Вот и она, наверное, такая же – некрасивая, не такая, как все. Красивых девочек так не называют.
Анна смотрела на свое отражение в зеркале, на куклу, которую давно потеряла, и на второй след рядом с тем, что оставила сама.
Внутри поднималась жуткая, липкая тревога. Кукла была именно той самой – вот, губы неестественно яркие, накрашены фломастером, это они с Алиской когда -то пытались придать ей «живой» вид.
Анна отчетливо помнила: вчера куклы здесь не было. Как и второго следа на пыльной поверхности трюмо.
Словно кто-то еще, невидимый, был здесь до нее, и оставил свой знак.
Она медленно протянула руку к кукле, не сводя глаз с зеркала. Сердце стучало где-то в горле, а в комнате вдруг стало прохладно, будто кто-то открыл окно.
Она провела пальцем по второму следу – он был такой же, как ее собственный, и почему-то казался влажным, будто оставлен совсем недавно.
В этот момент ей почудилось, что в глубине зеркала что-то шевельнулось, словно тень или отблеск чужого взгляда.
– Это ты, Алиса? – вдруг вырвалось у нее, и тут же стало неловко: зачем она это сказала вслух?
В памяти всплыли детские игры с Алисой, их смех, фломастер, которым они рисовали губы кукле.
Вдруг ей показалось, что за спиной кто- то прошел – легкий сквозняк коснулся щеки, и в зеркале на миг мелькнуло чужое лицо.
Анна не выдержала и тихо спросила, глядя в зеркало:
– Кто здесь?
В ответ – только тишина, но в глубине души она почувствовала: кто – то действительно рядом.
В этот момент телефон на столе коротко завибрировал, словно возвращая все в реальность и рассеивая все страхи.
– Как ты? – высветилось на экране сообщение от мистера Х.
Анна переводила взгляд с телефона на куклу, потом на себя в зеркале. В нос забивался запах скошенной травы, в ушах нарастал гул, сквозь который будто бы звучали какие-то слова – неразборчивые, ускользающие.
– Кто ты? – вдруг закричала она, не узнавая собственного голоса.
– Мистер Х, – появилось новое сообщение.
Анна дрожащими руками схватила телефон и стала лихорадочно печатать:
– Кто ты?
– Я ответил, Мистер Х. Ты так меня назвала, я прав?
– Как ты узнал об этом?
– Знаю.
– Ты следишь за мной?
– Нет.
– А откуда знаешь?
– Просто знаю.
– Что тебе от меня нужно?
– Ничего.
– Я не понимаю.
– Ты многого не понимаешь.
– Перестань говорить загадками, кто ты?
– Я – Мистер Х.
– Я могу тебя заблокировать.
– Можешь, но не будешь.
– Почему?
– Просто не будешь.
– Мы можем поговорить? – Анна стала набирать номер, но в ответ – тишина, ни одного гудка.
– Нет, не сейчас.
– А когда?
– Когда придет время.
– Когда?
– Всему свое время. Ты всегда была нетерпеливой. Жди. Я рядом и считай, что я просто за тобой присматриваю.
– Подожди, у меня много вопросов…
– Я не знаю на них ответов, это твои вопросы. Мне пора, до завтра.
– Подожди…
Но сообщение осталось недоставленным.
Анна еще раз перечитала переписку, каждый раз останавливаясь на фразе: «Ты всегда была нетерпеливой».
Глава 8
– Аня, ты такая… нетерпеливая… – возмущается Алиса, крепко прижимая куклу к себе. – Сейчас я поиграю, потом ты. Ну и что, что кукла твоя, мы же лучшие подруги, ты должна со мной делиться.
Анна смотрит на Алису, сжимая в руках кукольное платье. Ей хочется возразить, сказать, что кукла её, что она придумала для неё новую прическу и хотела показать, как красиво будет смотреться голубое платье с кружевами. Но Алиса уже уверенно усаживает куклу на маленький стульчик, начинает расчесывать ей волосы и что-то напевать себе под нос.