Страница 3 из 12
– Слушай, без обид, но что-то похоже ты не очень справляешься со своими обязанностями. Я давно хотел с тобой об этом поговорить, но как-то откладывал, думал, сама поймешь и сделаешь выводы, – Стас не любил все эти разговоры, обычно этим в компании доводилось заниматься Анне.
– Что произошло? – как можно спокойней произнесла Анна.
– Не строй из себя дуру, – резко произнес Стас.
– Я действительно не понимаю, что произошло, но, судя по всему, ты хочешь, чтобы я написала заявление об уходе?
Сказанная фраза прозвучала даже не вопросом, а констатацией факта.
Анна понимала, кода-то придет ее черед. Сколько раз она произносила перед зеркалом свою прощальную речь…
– Коллеги, я долго думала, что сказать перед тем, как закрою сейчас эту дверь и надеюсь, никого из вас больше не увижу. Вы кичливое, никчемное сборище подхалимов. Вы готовы предать, подставить, забыть. Вы готовы промолчать, чтобы сохранить свой бонус. И я вас понимаю, каждый из вас расскажет о том, почему ему так важна его зарплата и почему он промолчит. Я такая же. Я так же молчала. А сейчас рада тому, что ухожу и могу громко сказать: мы никто, мы ничего не делаем, мы раздуваем свою значимость сидя на совещаниях. И буду ли на этом совещании я или кто-то другой, ровным счетом ничего не изменится. Мы маленькие болтики странного и ужасного механизма. Мы все – ничто и никто. И я просто безумно рада тому, что я наконец-то могу дышать, говорить то, о чем думаю, могу всех вас послать далеко и громко хлопнуть дверью.
Анна глубоко вздохнула. Она знала, что так она не скажет и ее прощальная речь будет такой же приторно- противной, как и голос секретарши Людочки:
– Коллеги, я благодарна каждому из вас, кто поддерживал меня, кто был со мной рядом эти годы. Мы росли вместе, делая компанию сильней, мы поддерживали друг друга. Вы все специалисты, с которыми иногда сложно, но в тоже время очень легко, мы все решали одну большую задачу, и каждому из вас я хочу сказать спасибо. Спасибо за то, что все мы работали как одно целое. Я всем вам желаю успехов и буду рада слышать каждого из вас.
Интересно, а если бы у нее хватило сил действительно сказать все то, что она думает? О компании, о сотрудниках, о Стасе? Как бы они тогда себя чувствовали?
Анна задумалась и повернула голову к открытому окну, которое обычно было закрыто.
Из окна повеяло запахом только что стриженной газонной травы.
Запах медленно пробирался в помещение, забирался в ноздри, словно приглашая: «Пошли гулять, Аня».
– Тетя Тамара, а Аня пойдет гулять? – звенит в ушах звонкий детский голос.
– Вам бы все гулять и гулять, – в голосе матери хоть и есть нотки упрека, но Аня знает, что та не против. Но пройти воспитательный процесс нужно и поэтому она покорно ожидает, когда лекцию закончат. – Вот не успеете оглянуться, а все, времени и нет, что не прочитали сейчас, потом и не сможете. Что, думаете всем богатые мужья достанутся? Ой, девчонки, не надеялись бы вы на это. Сегодня мать говорила дольше обычного, Анна даже удивилась.
Анна не заметила, сколько времени была погружена в свои воспоминания. Ей казалось, что она отсутствовала долго. Но судя по речи Стаса прошло всего несколько секунд.
Она медленно подошла к Стасу и не отводя взгляда произнесла:
– Стас, а тебе никто не говорил, что ты скоро станешь совсем плешивым?
– Что? – опешил Стас
– Ничего, кроме того, что я сейчас сказала, – женщина подошла к нему совсем близко и, притянув за лацканы пиджака, прошипела, – ты плешивый облезлый кот, который не пропускает ни одной юбки. Ты три года имел меня и морально и физически, ты – большой ноль без палочки, так пусть теперь так и будет – Ноль!
Анна, отпустила руки, резко развернулась и, хлопнув дверью, вышла из кабинета генерального.
– Людок, слаба на передок, – голос Анны был низкий и глухой, – можешь зайти.
Людочка, опешив, прижалась к стенке под пронзительным взглядом женщины, которая вышла сейчас из кабинета генерального, и мало чем напоминала Анну Петровну, которая полчаса зашла в этот кабинет.
Глава 4
Часы показывали 11 часов 30 минут.
Анна заехала на офисную парковку и приложила пропуск. Дверь не открывалась.
– У меня пропуск не срабатывает, – обратилась Анна к охраннику на входе в офис.
– Анна Петровна, разве вы не уволились вчера? – охранник удивленно смотрел на нее.
Он помнил, как она вчера прошла мимо него, посмотрев на него таким взглядом, что он прирос к своему месту. Стало как-то жутко от ее взгляда, который пробирался внутрь, словно пытаясь там что-то отыскать, оставляя за собой холодные следы мурашек на всем теле.
Страх диктовал отодвинуться подальше от нее. Но сегодня подобных ощущений не было.
«Надо же, что навыдумывать-то можно», – думал он, глядя на стоящую перед ним эту обычную серую офисную мышь, одну из тех, кто проходит мимо каждый день, без имени и без лица.
– Не поняла. Я не увольнялась вчера. Вы что-то путаете. Вчера было воскресенье. Пропустите меня, – резко произнесла Анна. —Если вы больны, то я нет, – добавила она.
– Анна Петровна, сегодня вторник. И впустить я вас не могу. Приказ у меня вас не впускать, – охранник пытался быть вежливым. Мало ли что у этого руководства на уме. Сегодня уволилась, завтра тебя уволит.
Анна заметила календарь на стойке. Вторник.
– Вы издеваетесь? Какой вторник? Сегодня понедельник!
Она точно знала, что сегодня понедельник: вчера она была на даче, собирала смородину, сегодня проспала и пришла на работу.
Охранник достал телефон и протянул ей экраном вверх: вторник.
Анна достала свой мобильный телефон – вторник.
– Я не понимаю, – прошептала Анна, обхватив голову руками.
– Ну все бывает, может, переработали. Анна Петровна, идите домой. Я не могу вас пропустить.
Анна машинально стала набирать Стаса, но по звонку было понятно, что он ее заблокировал.
Она медленно побрела в сторону сквера и присела на лавку. Набрала свою помощницу, та скинула звонок.
«Что происходит?» —сотня маленьких молоточков стучали у нее в голове.
Телефон завибрировал в кармане.